Алая граница - Андрей Лег

мозги Филипу. Поэтому во время очередной очной встречи, чужак вынужден был согласиться отказаться от простой и удобной одежды, в пользу более престижной. Так они нашли равновесие оставаясь максимально недовольными друг другом, но примирившиеся с неудобствами.

Шагая по улицам и стараясь вдыхая воздух городской жизни, Филип с ностальгией вспоминал город из прошлой жизни. Такой большой, такой живой. А сейчас он шагал по небольшому городку, в котором царило спокойствие почти как в небольшом селе его родного мира.

Новый дом выбор которого, после долгого спора походившего больше на разговор шизофреника со стороны, они в итоге в едином порыве свалили на неудачно подвернувшегося им под руку Ивана, представлял из себя небольшое прямоугольное здание высотой в три этажа. На первом этаже обитали хозяева и несколько постояльцев, чей доход не позволял назвать их бедными, но зажиточными тоже. Также внизу располагалась и кухня, которая обеспечивала не самую плохую еду жильцам. На втором расположились в данный момент пара купцов вместе со своими слугами, а третий заняла их группа выкупив этаж на шесть месяцев вперёд.

Сегодня его встретили все. Иван, чьи пальцы теперь перманентно были покрыты чернильными пятнами, Светлана что оделась в привычную рясу, да и семья слуг, что отвечала за уборку в их помещениях. Правда по этой же причине пришлось купить сейф и договориться с хозяевами о разрешение прибить его к полу. В него и легли как деньги вырученные от продажи части камней, сами камни, а также дворянская грамота, документы на владения во Франции, чья юридическая ценность была сомнительна. А также несколько писем на дорогой бумаге и надписью на французском. Подчерк был каллиграфический, что вызывало лёгкую зависть у Филипа, который и по сей день писал как курица лапа.

В дом он спокойно, но светился так что выглянувшая хозяйка, тоже расплылась в счастливой улыбке. Юноша «видел» и «слышал» как в голове у женщины щёлкает калькулятор, подсчитывающий будущие барыши.

- Герр Лиис! - подскочила она к вошедшему и поклонилась: - Вижу у вас хорошее настроение. Хотите чего особенного?

- ДА! Лучший ваш обед и бутылку вина от вашего друга, которого вы так рекомендовали! Мои наверху?

- Да, герр Лиис. Они тоже уже как раз заказали обед... и... - женщина протянуло было руку в привычном жесте, но тут же отдёрнула ожидая вспышки гнева со стороны аристократа. Она не раз попадала под горячую руку своего постояльца, но тот платит несколько больше чем она в принципе раньше выручала за третий этаж, и поэтому терпела. Однако не знала, что сегодня ей повезло натолкнуться на того, кто не видел проблемы в предоплате особенно в этом странном на его вкус мире. Поэтому отдав ей несколько купюр неглядя направился к лестницу, сверкая довольной улыбкой.

Наверху его встретили Иван, который как раз выходил из своего кабинета и одна из служанок, что подметала пол.

- Господин. - сохраняя лицо непроницаемым, так как видел уже привычные черты чужака, легко поклонился ему мужчина, что уже совсем не походил на того старика, которого Филип впервые встретил в этом мире. Нет печать скорби с его лица никуда не ушла, однако ухоженный внешний вид, творил чудеса. Но больше всего выделялся в новом облике Ивана Христофоровича его простой, но сделанный своими руками нательный крест.

- Значит всё-таки решился... - задумчиво протянув утвердил, подходя, Филип.

- Мы люди простые господин. - Иван открыл дверь и приглашая войти своего хозяина: - Нам божественные игры малопонятны.

- Ага конечно. - Филип зашёл внутрь и устроился в кресле, которое для себя в самом начале их переезда сюда, притащил Стефан хрен знает откуда. И они оба были готовы убить любого кто посмеет посягнуть на их кожаное чудо.

- Нет я конечно рад что вы со Светой перестали прожигать друг друга как кошка с собакой, но обратиться в её веру? Тебе не кажется что это слишком радикальное решение?

- Она хорошо владеет словом, не хуже чем ножом.

- Ты снова пытаешься намекнуть что она не так проста. Кажется мы это в троём обсудили. И я до сих пор стараюсь не думать, как это выглядело со стороны. И так ситуация на анекдот походила, встретились четверо в трактире. Мой слуга, моя монашка, я и моя шиза...

- Не стоит так переживать господин, - раздался голос у него из-за спины: - ваша милая особенность на фоне некоторых извращений цветочки. Рада видеть что вы вернулись невредимым.

При этом она положила руки ему на плечи и легко их размяла. После чего наклонилась и томным голосом произнесла: - Господин будем исповедоваться в грехах?

- Вообще я собирался сказать, что заказал нам праздничный обед в честь моего повышения...

- Обещаю не накладывать на вас епитимию в честь этого события. А теперь идёмте господин, пока хозяйка готовит на обед. Иван... - она улыбнулась мужчине и тот со вздохом отодвинул бумаги.

За Светланой, как и за соседями были закреплены две комнаты, вот одну из них она и приспособила под походную церковь, в которую разместила некоторую утварь как вывезенную из страны, так и сделанную на полученные деньги. Стефан, когда контролировал тело на отрез отказывалась входить в помещение где было столько символов чужого Бога. Да и сами ритуалы вызывали у парня ничто иное, как ненависть.

- Как проходит миссионерская деятельность? – спросил Филип, когда они закончили и девушка осенила своего господина крестным знамением. Как и обещала епитимию накладывать она не стала, однако как и обещала несколько месяцев назад не стала отпускать ему грехи.

- Никак господин. – грустно улыбнулась девушка: - Иван моё единственное достижение на поприще миссионерства. Люди в этом городе, как, впрочем, и стране слишком верят в науку, звон монет и редко задумываются о спасение души. Те немногие кто заинтересовываются обычно немедленно уходят, когда узнают, что за моим учением не стоит «настоящий» бог или хотя бы дух.

Сказав это девушка усмехнулась и добавила оскалившись, совсем по мнению Филипа неестественно. Обычно не эмоциональная девушка будто принуждала себя растягивая губы в улыбке. При этом её лицо выглядела так будто вот треснет по только ей известным границам: - Некоторые правда не понимали вежливых отказов и считали, что я ещё подрабатываю проституткой. Не то чтобы я была оскорблена, но… скажем так для самых непонятливых пришлось провести индивидуальные беседы.

- Надеюсь они живы?

- Господин, неужели вы считаете, что я способна так легко убить человека?