Бастард Императора. Том 11 - Андрей Юрьевич Орлов

Глава учил. Учил его, как пользоваться энергией. Нужно только постараться…

Представив себе сетку энергоканалов внутри, как учил Сергей, он постарался «влить» всё в руку и каким-то чудом у него получилось сдвинуть меч. Но это всё, чего он добился.

Собравшись уже рвануть обратно, так как ничего не получилось, Славка замер, чувствуя, что если сейчас уйдёт, то явно сделает глупость. Он развернулся, скрипнул зубами и вновь взялся за рукоять.

Глава ждёт. И он притащит ему эту чёртову громадину!

Крича от натуги, парень, каким-то неведомым чудом, через боль, всё же смог взвалить меч себе на плечо и поковылял по коридору. Каждый шаг отзывался болью, но он терпел и шёл.

Слышны были удары волн о щит и дирижабль то и дело вздрагивал, а Славка, шаг за шагом, пусть и крохотными, но продвигался вперёд. Чувствуя боль в спине, парень повернул за угол и в этот момент дирижабль качнуло так сильно, что его повело назад. Меч соскользнул с плеча, а в следующую секунду коридор огласил дикий крик боли и хруст.

Соскальзывая, меч упал прямо на руку, придавливая парня к полу. Ощущая на руке тяжесть меча, Славка яростно пытался выбраться, но ничего не получалось. Когда паника сошла на нет, парень попытался аккуратно выбраться, но ничего не вышло.

Он начал думать и его вдруг осенила мысль. Капля. Жёлтая капля энергии в кармане. Достав её, парень посмотрел на неё и тихо произнёс:

— Простите, глава.

Не тратя больше времени, Славка укусил за край капли. Поначалу у него ничего не получалось, но потом она начала поддаваться, и он таки смог откусить кусок, который тут же через силу проглотил.

Потратив последние силы, лёжа на полу в коридоре, парень старался сохранять самообладание, под аккомпанемент невероятной боли в раздробленной руке.

Вдруг, внутри живота стало нестерпимо жарко и… Больно. Парень скривился от новой порции боли, но неожиданно понял, что не чувствует её в руке, да и сил явно стало больше.

Кое-как ему удалось сдвинуть меч с руки, а потом и встать. Засунув каплю в карман и зарычав, Славка взвалил меч на плечо и пошёл в сторону каюты.

Когда он пришёл в рубку, то увидел, что у Эйр в спине торчат крупные осколки толстого стекла. У Саши глубокий порез на щеке. Егор держится за грудь, и все остальные тоже с повреждениями.

Славка прошёл вперёд и увидел… Своего главу. От не щуплого парня с подкаченным телом и уверенным взглядом, от него сейчас остался только лишь этот самый непоколебимый и уверенный взгляд, который яростно смотрел вперёд и всё также внушал уверенность в победе здесь и сейчас. Кожа словно высохла и посерела. Сергей как будто в одночастье сбросил половину своего веса. Его лицо было залито кровью, которая текла из глаз и ушей.

Перенапряжение. Причём максимальной стадии. Славка слышал о таком. После такого… Не выживают.

Сглотнув ком в горле, парень опустил меч к ногам главы и дрожащей рукой взял серую худую кисть Сергея, кладя её на рукоять. Во вторую руку он положил каплю и отступил на шаг.

* * *

Сквозь чёрные пятна увидел, что все, кто мог, посмотрели в сторону, а через мгновение я увидел Славку. Мой меч Рода подошёл, едва стоя на ногах и держа на плече «Вершину». Облитый чем-то чёрным, скорее всего кровью, так как я не различаю цветов, и с одной болтающейся, словно плетью рукой, Славка опустил «Вершину» к моим ногам. Парень аккуратно взял мою руку и положил её на рукоять, а во вторую вложил каплю, которую достал из кармана.

Точно. Всё верно. Я теперь не один. Со мной все они. А значит…

Я и до этого не собирался помирать. У меня максимум было бы сильнейшее истощение и жизнь на грани ближайшие месяцы. Уверен, что выкарабкался бы, но… Теперь, с мечом и каплей, а также верой моих людей, я и подавно со всем справлюсь.

Потянул энергию из капли и меч в этот момент тоже вдруг дал мне часть своей энергии. Опасность была всё ближе, поэтому я сосредоточился.

Картинка вдруг резко сменилась. Мгновение назад я практически ничего не видел и вот, я уже снаружи дирижабля, словно наблюдаю всё со стороны.

Мир вокруг превратился во что-то серое. Некогда жёлтая пожухлая трава стала чёрно-серой. Эта участь коснулась всей природы вокруг. И лишь под дирижаблем сохранялся маленький участок жёлтой травы.

На этом участке лежали люди. Взрослые накрыли своими телами детей, прижимая их к земле, чтобы тех не достала возможная атака. Большинство умерло в первые мгновения появления волн. От колонны выжило около двух третей людей. Вокруг было много серых пятен, которые некогда были красные. Тела были перемолены чуть ли не в труху, уничтожаемые неведомой силой.

— Мама… Мне страшно, — вдруг услышал я чей-то детский голос и оказался внизу, среди массы людей, которые боятся поднять голову и закрывают глаза, чтобы не видеть всего творящегося ужаса.

— Не бойся, сынок, господин барон обязательно защитит нас…

— Но… Наш ведь почему-то разозлился на нас… — тихо заметил ребёнок. — И выгнал.

— Да… — замялась его мама. — Но… Этот другой, милый. Этот барон из сказок. Из тех самых, в которых могучие войны защищают тех, кто не может это сделать сам, как защищал нас твой папа…

Вперёд пополз сперва один мужчина, затем и другой, из самого конца, а затем и другие начали ползти.

— Дайте место детям позади, — прохрипел один из них, у которого была прострелена нога и он стискивал зубы от боли. — Мы хоть и не бароны из сказок, — мужчина хекнул. — Но тоже ещё хоть на что-то способны.

— О господи… — произнёс кто-то из мужчин.

— Что там, дорогой? — воскликнула его жена.

— Ничего! Ничего! — тут же быстро произнёс он. — Не смейте поднимать голову! Смотрите только в землю!

В этот момент сверху послышался громкий скрип. Это дирижабль качнуло от очередного удара, и он немного сдвинулся назад, уменьшая жёлтую полосу ещё немного. А там, вдалеке, виднелась надвигающаяся непроглядная тьма.

Картинка вновь сменилась. Теперь я был внутри грузового отсека и видел хмурые лица своих воинов. Они сидели и смотрели в пол, хмурясь от каждого гулкого удара волны снаружи.

Какой-то парень вдруг начал молиться.

Его сосед посмотрел на него и произнёс:

— Не на того ты молишься, Стёпа, — покачал он головой. — Боги, возможно, и существуют, но сейчас не они защищают нас, братец. Вера — это здорово. Но она должна быть здравой.