Семь. Гордыня - Антонио Морале

Вечно у неё то ссоры, то ругань, то скандалы, интриги и расследования.

— Почему они с мужем детей не заводят? С детьми было бы ещё веселее, тем более, места полно.

— Говорит, ещё молода для этого. Но мне кажется, просто боится.

— Ясно…

Сын с отцом сидели на широком белом диване в огромном торговом центре и перебрасывались ненужными, пустыми фразами, не зная, о чём ещё поговорить. Слишком большая пропасть между ними, слишком много всего произошло. Вернее, не произошло. Они совсем не знали друг друга.

Михаил Сергеевич закинул ногу на ногу, локоть на спинку дивана, расстегнул пуговицы пиджака и с явным интересом любовался двумя эффектными блондинками, примеряющими красивые свадебные платья. Девушки что-то шепнули друг дружке, весело рассмеялись и снова упорхнули в сторону примерочной.

— Мы не общались с тобой больше года, сын.

— Два года, два месяца и тринадцать дней, отец, — с укором произнёс Алекс.

— Ого, какая точность!

— Люблю цифры, — пожал парень плечами.

— Сердишься на меня? — с легкой грустной ухмылкой поинтересовался Гордеев-старший и мельком взглянул на своего мальчика.

— Последний раз ты звонил мне два года назад, и мы поговорили целых три минуты. А неделю назад меня поставили перед фактом — собирай манатки и уматывай из Академии, твой отец хочет видеть тебя дома. Как думаешь, я сержусь?

— Значит, сердишься, — вздохнул Гордеев, кивнув своим мыслям.

— Нет. Мне просто насрать на тебя, как тебе было насрать на меня все эти двенадцать лет.

— Тогда почему приехал? Тебе ведь не обязательно нужно было возвращаться именно сюда, в этот город. Я открыл счёт на твоё имя, денег хватило бы на среднюю серую жизнь.

— За деньги спасибо, — парень помолчал. — Катя хочет, чтобы мы помирились. Она считает это неправильным. Говорит, мы два самых родных человека, и так не должно быть. Да и вся моя семья здесь, Лизка, Вовка и Ванька. Родные люди, как-никак, хоть я их совсем не знаю.

— Умная… девушка, — с заметной запинкой произнёс Гордеев-старший.

— Вот не начинай, а!

— Что не начинать? — удивлённо поднял одну бровь мужчина.

— Как будто я не понял твоего этого «девушка».

— Ладно, понятливый ты наш. На сколько она старше тебя?

— На пять лет.

— И ты не думаешь…

— Не начинай, пожалуйста. Я же просил! И так стараюсь нормально с тобой общаться. Поверь.

— Хорошо. А она знала, чей ты сын, когда вы познакомились?

Алекс с шумом выпустил воздух через ноздри и тяжело вздохнул.

— Не всё вертится вокруг тебя, отец. И нет, не знала. Она думала, что я обычный студент военной академии.

— Обычный студент с часами, стоимостью с хорошую квартиру, — кивнул Гордеев на запястье сына, — и фамильным замком?

— Вот хрень! — выругался парень и прикрыл коллекционные часы ручной работы ладонью, будто это что-то могло изменить.

— Вот тебе и хрень. Хочешь, проверю её?

— Делай что хочешь, я ведь всё равно тебе запретить не смогу. Ты всё сделаешь по-своему, как всегда.

— Хм… — хмыкнул отец Алекса. — Ты прав. И если честно, я уже проверил.

— И как?

— Можешь жениться, за ней никто из наших конкурентов не стоит, а сама она… — Гордеев тяжело вздохнул. — В общем, могло быть и хуже. Можете жениться, только с детьми пока не спешите. Рано тебе ещё.

— Вот уж спасибо! — с сарказмом фыркнул Алексей. — Но твоего разрешения я не спрашивал.

— Мальчики! Какое платье вам больше нравится? — донёсся до Гордеевых голосок подружки невесты.

Чтобы не было так одиноко и скучно в компании мужчин, Екатерина пригласила на примерку свою близкую подругу Инну, и девушка по полной выполняла поставленную перед ней задачу — не давала скучать, советовала с выбором платья, подсказывала, а ещё шумела, болтала без умолку и не переставала строить глазки Гордееву-старшему.

Девушки походили на друг дружку, как сёстры — одного роста, одной комплекции, да и по остальным, важным для женщин параметрам, даже цвет волос и глаз совпадал. А это значит, примерка платьев должна была пройти в два раза быстрее, но что-то в этом случае математика так не работала, выбор ТОГО САМОГО платья затянулся уже на третий час.

Сейчас перед отцом и сыном стояли две ослепительно красивые невесты. Катерина примерила длинное платье, закрывающее даже кончики пальцев на ногах, но кокетливо оголяющее грациозную женскую спинку почти до самой впадинки между упругих половинок попки. А Инна вертелась в коротком платье-колокольчике, демонстрируя свои длинные стройные ножки в белых чулочках, и полностью спрятав лицо под фатой.

— Так какое? — не выдержала Инна и строго нахмурилась под непроницаемой вуалью, забыв на секунду, что её лицо никто не видит.

— Левое.

— Правое.

— Хм… Понятно, — фыркнула блондинка. — Пошли, Кать. Ещё по одному, и будем сами принимать решение, от этих двоих помощи никакой.

Девушки развернулись и снова скрылись в примерочной.

— Кажется, мне нужно выпить кофе, у меня уже в глазах рябит от обилия белого цвета. Ты со мной? — мужчина поднялся с дивана, посмотрел на сына, дождался утвердительного кивка и двинулся в сторону кофейни…

— А эта подруга Екатерины, она как, свободна? — задумчиво поинтересовался Гордеев у сына, осторожно попивая горячий, обжигающий эспрессо.

— Свободна, насколько мне известно.

— Кажется, она не против пообщаться поближе.

— Ты только недавно мне мораль читал и намекал, что Катя может охотиться за деньгами, а теперь сам туда же? — хмыкнул Алекс.

— Э, нет! Я жениться не собираюсь. Может, приглашу её в ресторан… пару раз. Да и всё.

— Катя считает, что нам нужно сходить к психологу, — неожиданно сменил тему разговора Алексей.

— Да? Ну раз нужно, сходите.

— Ты не понял, нам — это мне, тебе и ей.

— А мне-то зачем? — удивлённо покачал головой Михаил Сергеевич. — Я не псих. Вам нужно, вы и идите.

— Не ёрничай, пожалуйста.

— Наладить отношения?

— Угу.

— Не верю во всю эту херню. Чего люди только не придумают, когда некуда девать свободное время и деньги, — тяжело вздохнул Гордеев-старший. — Так что, я — пас. Вы уж там как-нибудь без меня.

— Хорошо. Не в первый раз, — легко согласился Алекс, равнодушно пожав плечами, и щелкнул пальцами, подзывая официанта. — Ещё чашку кофе принеси. Ты будешь? — обратился он к отцу.

— Нет, — Гордеев поднялся со стула. — Пойду гляну, что там твои красавицы выбрали в этот раз, может, это ускорит их, а то мы до вечера здесь проторчим, — проворчал мужчина, взглянув на часы. — Это же надо, три часа на такую бабскую чепуху убить!..

Огромный зал свадебного салона пустовал, девушки всё ещё были в поиске того самого, единственного и неповторимого подвенечного белоснежного чуда.

— Три часа… — снова