Время желаний - Иван Кузнецов

– Илья…

– Какой я вам Илья?! Вы за кого меня принимаете? Меня зовут… – Он запнулся, недоуменно уставился на свои руки, словно видел их впервые в жизни.

Я ударил. Грубым, жестоким заклинанием, которое применял лишь несколько раз. Глаза парня остекленели, лицо утратило выражение. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался только хрип. Из уголка рта побежала струйка слюны.

– Что вы делаете? – выкрикнула Меган.

– Не мешай! – Я искренне надеялся, что она заткнется и не станет вмешиваться. У меня не было времени что-либо объяснять. Не сейчас, когда единственный свидетель умирал на наших глазах. Потом мир померк.

Короткий полет. Пустота. Обрывки. Картинки. Клочки мыслей… Я с трудом продирался сквозь разлагающееся сознание Герасимова. На месте последних минут жизни – зияющая дыра. Кто бы ни сотворил пауков, он позаботился о том, чтобы они уничтожили всякое упоминание о его личности.

Но я и не пытался восстановить недавние события. Меня интересовало прошлое. Теннисный турнир. Пляж. Окунуться в море. Провал… Я-Илья иду по горячему тротуару и пью «Ягуар». Провал… Сумрак – ненавижу, всегда жаркий, всегда липкий, но он помогает проходить сквозь закрытые двери. Зачем? А почему бы нет? Весело. Туристы – чужие. Лохи. Обмануть весело. Грабить весело… Провал. Растерянность. Испуг. Не увидел, не почувствовал. «Морфей»! Не действует. Сидят. Смотрят. Не боятся. Безразличные. Как коровы. Запах. Резкий, терпкий. Свет. Странный. В Сумраке. Вне Сумрака. Сквозь Сумрак… Провал. Провал. Провал…

Я попытался еще раз вскрыть чужую память, но на месте воспоминаний порхали лишь темные бессвязные картинки. Затем пропали и они.

Я открыл глаза. Илья сидел на газоне, тупо глядя перед собой. Меган придерживала его голову и пыталась разогнать стайки прожорливых паразитов. Разумеется, безуспешно.

Пошатываясь, я подошел и сел рядом. Перед глазами пульсировали разноцветные круги.

Прочесть мысли Иного почти невозможно, это искусство доступно лишь Великим и требует особой связи. Как между учителем и учеником.

Однако чужой разум – лакомый объект. И за тысячелетия Иные придумали немало способов обойти естественную преграду. По крайней мере частично. Ментальное подчинение вампиров, всевозможные сыворотки ведьм или слияние разумов, подобное тому, что применил я.

Беда насильственных способов в том, что они в той или иной степени необратимо разрушают объект воздействия. Будь Илья Герасимов в порядке, мое вторжение оставило бы в его памяти белое пятно в пару месяцев глубиной. Не считая мелких кратковременных последствий вроде заикания или частичного паралича.

Впрочем, будь Герасимов в порядке, я бы никогда не применил подобного заклятья, ибо за такое полагается развоплощение. По-хорошему, мне не стоило вмешиваться и сейчас, целее будешь. Но я увлекся. К тому же было интересно, насколько велик кредит доверия, выданный Джованни.

– Да помогите же, – едва слышно прошептала Меган. Я покосился на Герасимова. На бессмысленный взгляд, на сбегающую из уголка губ тонкую струйку слюны, изъеденную серую ауру, похожую на слепленное из газет папье-маше.

– Он мертв.

– Он дышит!

Я покачал головой.

– Недолго осталось. Сознание полностью разрушено. Скоро начнут отказывать рефлексы. Потом остановится сердце. Он мертв.

– Да как вы можете! – Показалось, Меган влепит мне пощечину. Но она только сжала кулаки.

Я пожал плечами.

– Ты не сможешь спасти всех, кого хочешь. Привыкай. Как привыкают остальные.

– Какой же вы все-таки подлец. – В глазах Меган стояли слезы. Светлая Инквизиторша, оплакивающая Темного жулика…

Она осторожно опустила Герасимова на землю и со злостью на меня посмотрела.

– Пойдемте! Это заклятье действовало очень быстро. Значит, его наложили недавно. Убийца все еще там. – Она решительно направилась к подъезду.

– Нет.

Меган остановилась, словно врезалась в стену.

– Я туда не пойду. Дождемся Дозора.

– Что, испугались? – ненатурально рассмеялась она.

– Можно сказать и так. У меня нет никакого желания ловить за руку мага, творящего подобные заклинания. Но если тебя утешит – не думаю, что он прячется в квартире жертвы. Убийца сделал свое дело и ушел. Через портал или высокие слои Сумрака – не важно. В доме ему оставаться незачем. Впрочем, я все равно не собираюсь рисковать, поэтому останусь здесь. И ты тоже.

Вид у Меган был такой, словно она готовилась наброситься на меня с кулаками. Или разрыдаться. А может быть, то и другое одновременно. Но она просто села на лавку и стала ждать.

* * *

Дозорные прикатили через пять минут или спустя полчаса, если считать от звонка Меган. Не сказать, что слишком быстро. Зато на оперативников Светлые не поскупились – четверо Иных в полной боевой выкладке. Для провинциального Дозора совсем неплохо.

Пока Инквизиторша вводила их в курс дела, пока они пытались привести Илью в чувство с помощью какого-то целебного амулета, пока обыскивали подъезд, я так и сидел на газоне. Пелена перед глазами развеялась, однако любое резкое движение вызывало тошноту. Прогулки по дебрям чужого сознания никогда не давались легко.

Все это время неподалеку отирался белобрысый парень лет тридцати. Маг, навскидку уровня пятого-шестого. Зачем его приставили ко мне, ума не приложу. Задумай я какое злодейство, он даже пискнуть не успеет, не то что позвать на помощь.

Следователи вернулись через полчаса. Герасимов еще дышал, но глаза были закрыты, и, судя по бледнеющей ауре, смерть стояла на пороге. Посовещавшись, Светлые перенесли его на заднее сиденье старенького «опеля». Меня они старательно игнорировали.

– Нашли что-нибудь? – Вопрос был риторическим. Просто ужасно не хотелось вставать, и я решил потянуть время.

Худощавый сутулый мужчина с узким интеллигентным лицом обернулся.

– Нет, квартира пуста, подъезд тоже. И крыша. Никаких следов магии, никаких изменений в течении Силы. Магический заряд жильцов дома не отличается от среднего по городу.

Последнее уточнение было ценным. Выходит, убийца не подпитывался от окружающих. Либо готовил заклинание заранее, либо хватило собственных запасов. Последний вариант выглядел пугающе. Сложные заклинания энергоемки, на их создание уходит очень много сил. А ведь убийца приберег что-то и для отступления.

– Спасибо.

Светлый кивнул и сел за руль. Особой неприязни я не ощутил, но общаться со мной дольше, чем требует элементарная вежливость, он не собирался. Подошла Меган. Эмоции схлынули, теперь ее лицо не выражало ничего.

– Вам придется объясниться, – сухо потребовала она. – Вторжение в чужой разум, использование запрещенных заклинаний, отказ в содействии сотруднику Инквизиции.

Я с иронией посмотрел на девушку. Общение со Светлыми коллегами явно не пошло ей на пользу. К счастью или несчастью, у меня не было желания препираться.

– Да, конечно. – Я медленно поднялся. – Мы можем зайти в квартиру Герасимова. Ему она больше не понадобится.

Она дернулась, как от пощечины. Хотела что-то сказать, но передумала.

– Я позвоню Джованни.

– Валяй.

Звонок не отнял много времени, как и реакция на него. Над злополучным газоном раскрылся еще один портал, куда более выверенный, в шаге от земли. Джованни, в светлом летнем костюме и почему-то с тростью, явился лично.

– Не слишком экономный расход ресурсов, – заметил я.

Инквизитор отмахнулся.

– Рассказывай, – коротко бросил он.

– Разговор будет долгим, – предупредил я. – Лучше подняться в квартиру Герасимова.

Инквизитор кивнул. В отличие от помощницы моральных терзаний он не испытывал. Сапоги мертвеца оставались для него просто сапогами.

Мы обосновались на кухне. Я бегло осмотрел трехкомнатную квартиру. Судя по свежему ремонту, Герасимов купил ее вскоре после становления. Улучшение личного благосостояния – первое, чем занимаются новоиспеченные Иные наравне с местью и возвращением старых долгов. Разумеется, если мы говорим о Темных Иных.

Квартира выглядела ровно так, как я представлял. Одна комната пустовала. Вторая, жилая, была под завязку забита электроникой. На стенах висели плакаты с полуголыми девицами, на полу под гигантской плазменной панелью стояла пара пустых бутылок из-под пива. В третьей комнате раскинулась огромная кровать с водяным матрасом.

– Держу пари, в ванной джакузи, – пробормотал Джованни.

Мы обосновались на кухне, на удивление скромной.

Чая найти не удалось; похоже, хозяин пил только кофе. Зато бар оказался забит под завязку. Большинство бутылок были початы.

Брезгливо морщась, Джованни долго перебирал купленную юношей выпивку. Меня по-прежнему мутило, и потому от алкоголя я воздержался. Хорошо, в холодильнике нашлась минеральная вода. Меган демонстративно проигнорировала наш выбор. Села на табурет, прислонилась к стене и уставилась в окно.

– Ну, рассказывай, – задумчиво разглядывая одну из бутылок на просвет, произнес Джованни.