Гиперанатоксин - Юрий Манаков

В первую очередь это следствие того, что волчья сущность либерализма рядится в овечью шкуру и использует методы раковой опухоли. Метастазы болезни врастают в общество постепенно, разрушение государства происходит тихой сапой, почти всегда под лозунгом обещания светлого будущего - 'раньше было плохо, мы сделаем лучше'. Гнусные идеологи либерализма без зазрения совести используют современные медиа технологии, типа принципа 'квадрата Малевича', когда заурядное, часто вредное явление и на практике - обычная пустышка, преподносится как нечто ценное и в виде величайшего достижения всех времен и народов. Грязные приемы подмены понятий и умаление достоинства народа, например, когда новые 'российские' называются новыми русскими или 'российская' мафия объявляется русской. В обществе неподготовленном к такому виртуальному террору - это приносит свои страшные и разрушительные плоды.

Как следствие, к власти приходят компрадоры, белое объявляется черным и наоборот. Государство и народ теряют нормальные ориентиры. Патологические отклонения меньшинства провозглашаются нормой. Активно идут в рост, цветут и пахнут - нетрадиционная сексуальная ориентация, гедонизм, иждивенчество, фобии… Причем, все это 'впаривается' агрессивно, с надрывом и пеной у рта, обвиняя несогласных и сопротивляющихся, во всех смертных грехах и в первую очередь, что является верхом цинизма, в фашизме.

На другом канале на экране проникновенно рассказывал сказки и размахивал демократическим флагом записной дерьмократ. Профессиональный провокатор Гаврюша - усатый и пузатый таракан, в очередной раз на короткое время вылез из темной щелки, отрабатывать деньги за скромную трапезу с кусочком белого хлеба, маслицем и черной икоркой…

Я в сердцах сплюнул и дальше переключался в режиме ошпаренной кошки. Каждая новая картинка добавляла уверенности - гоминид занимался служебно-розыскной деятельностью. И разыскивал он на Земле, ни кого-нибудь, а меня! Видимо, если снести мою буйную голову на нейтральной территории, где-нибудь на Земле, то Хозяева отнесутся к этому с пониманием и санкции с их стороны будут не слишком обременительны для архантропа.

Тем временем, внутренне чувство подсказывало - истекают последние мгновения моей работы без помех. Хозяин Базы возвращается и наша личная встреча в этом помещении может иметь неприятный конец…

Все, пора… и я ткнул в голубенькую точку, возвращая портал на свое законное место в пещеру на острове Безруких в храме Ярости. Поднялся с насеста и с опасением, поглядывая краем глаза на дверь, направился к Воротам. Уже занося ногу, чтобы переступить порог перехода, увидел, как открывается дверь, и вскинутую в странном жесте руку шимпанзе.

Шаг из комнаты… и меня закрутил водоворот темного торнадо, швыряя из стороны в сторону. Мелькнула мысль - 'кажется, я, наконец, просочился… с посторонней помощью… в канализацию'.

Через секунду резко посветлело, в лицо ударил поток воздуха и, вращаясь во всех трех плоскостях, я начал падать с высоты порядка ста метров. Преодолевая тошноту, - все-таки из меня не готовили летчика, зацепил взглядом широкую гладь океана, горизонт и несколько далеких островов. Затем резко выбросил руки и ноги в сторону, создавая моменты противовращения. Сгруппировался и, помогая себе торможением о воздух, добился вертикального положения тела перед тем, как врезаться в воду.

Удар оказался силен. Потребовалась масса усилий, чтобы сначала погасить скорость, а затем начать всплывать на поверхность, помогая себе в этом мощными гребками рук и ног. Тормозить и выныривать пришлось долго - все-таки железа на мне понавешено о-го-го. Но и сил у меня было невпроворот и я справился. Вымахнув из воды, сделал глубокий вдох и успел заметить верхушки нескольких кустов, растущих на ближайшем маленьком островке. Плыть до него предстояло меньше километра. Это, конечно, не сахар, но сил опять-таки должно хватить. И самое главное - на такой дистанции можно не избавляться от совсем нелишних для меня тяжестей - кольчуги, меча, одежды и рюкзака. Поэтому, сцепив зубы, начал энергично загребать руками и ногами, процентов на девяносто, расходуя силы, чтобы остаться на плаву.

Может плыть помогло течение, но не прошло и часа, как я в сильно измотанном состоянии и в растрепанных чувствах, с облегчением почувствовал под ногами твердую почву. Выйдя из воды, упал, раскинув руки, лицом вниз на прогретый солнцем песок маленького пляжа. Болела спина, дрожали ноги, руки отваливались от усталости, но в целом самочувствие было нормальное - бывало и хуже. Отдышавшись, перевернулся на спину, уселся и огляделся по сторонам.

Островок совсем крошечный. Чисто песчаный пупырь в океане - метров сто в длину и тридцать в ширину. Видимо, во время сильных штормов волны перекатываются через него из конца в конец. Сейчас на острове росли четыре молоденькие пальмы-проростка в центре. По краям - небольшой участок занятый хилыми колючими кустами и роскошная куча плавника, состоящая в основном из одного разлапистого и массивного пня диаметром метров пять. Комель и корни этого монстра торчали наподобие тела и щупалец осьминога, навевая весьма неприятные ассоциации.

Я поднялся на ноги и приступил к разоблачению. Стянул рюкзак, кольчугу, меч, ботинки, с трудом, но запихнул все это барахлишко в рюкзачок. Снял одежду, сделал из нее скатку и остался в чем мать родила, опоясавшись лишь ремнем с кинжалом в ножнах. Так-то лучше будет… Погоды стояли не сказать, что б слишком жаркие, но нам, северным людям, вполне подходящие.

Теперь предстояло определиться - куда же меня занесло и, если выбираться отсюда, то в какую сторону податься. Судя по погоде и теплой морской воде, я не сильно удалился по широте от первоначального места пребывания. Более точно сей факт можно определить в полдень. Но, как далеко меня забросило по долготе, - вопрос открытый. Если это Страна островов, то размеры у нее больше десяти тысяч километров. Плюс ко всему я мог оказаться в южном полушарии. Но в качестве рабочей гипотезы будем считать, что я в северной части мира.

Короче, попал я в вагон для не курящих. Что делать - непонятно. На Земле мы нынче, не мудрствуя лукаво, используем GPS, дешево и сердито, а в старые добрые времена на флоте для этого имелись специальные хронометры. Но, мы вроде не из тех, кто пальцем сделанные. А посему, попробуем привлечь для выживания все свои, без ложной скромности, незаурядные способности и профессиональные навыки.

Учитывая, что время в Новом мире измеряют в основном клепсидрами, лучшее, на что я мог рассчитывать при определении долготы, - на свои внутренние биологические часы, точность которых составляла где-то плюс-минус пять минут. Это давало ошибку определения положения около сотни километров. Конечно, грубовато, но хоть что-то. Следовало лишь хорошенько вспомнить какую-нибудь точку отсчета в полдень.