Как выйти за пределы своих возможностей. Наука и искусство высоких достижений - Джорджио Нардонэ

на удачу, которые, однако, могут стать формой обсессивно-компульсивного расстройства вместо того, чтобы благотворно влиять на достижение результатов. И всё же, если удерживать эти действия в рамках ритуала перехода из одного состояния в другое, они будут играть фундаментальную роль. Почти все известные хирурги перед входом в операционный зал совершают ритуалы, предвосхищающие благоприятный исход событий. Также редко можно встретить актёра, который бы не воспроизводил ритуальные схемы перед началом выступления: в театральной среде существуют стандартные словесные формулы, которые произносят незадолго до появления перед публикой.

Александр Македонский, воспитанный матерью в магической и эзотерической традициях, перед каждой битвой совершал специальные умилостивляющие ритуалы для предвосхищения благоприятного исхода событий, которые содержали также визуализации его будущих деяний. Рассказывается, что в ночь перед одной битвой во время похода на Индию великий полководец увидел в таком состоянии жертвоприношение своего коня Буцефала. И действительно, животное было ранено и погибло в реальной битве, защитив Александра от копья индийского царя Пора. Александр бросился на Пора и нанёс ему удар по бедренной артерии. Македонский царь всё же спас противника от смерти от кровопотери и, несмотря на изначальную вражду, сделал его своим почтительным союзником и сатрапом империи.

В книге «Возродиться и победить» фехтовальщик Альдо Монтано рассказывает о нашей работе над сложностями, блокирующими его достижения; о том, что именно ритуалы перед соревнованиями стали причиной проблемы, перестав быть функциональным способом входа в состояние благодати спортсмена и превратившись в череду всё более сложных компульсий.

Нивелирование дисфункциональных ритуалов и замена их на упражнения по гипнотической визуализации стали основными методиками для повторной активации потрясающих способностей Альдо и его возвращения к победам.

Одна из самых повторяющихся ошибок, особенно среди спортсменов, – это отношение в подготовительной фазе, предшествующей исполнению, как к поиску ментальной концентрации посредством когнитивного акта, т. е. рационального усилия по планированию спортивного действия. Однако, как мы доказали, на этом этапе нужно исключить размышление, чтобы дать место самовнушению через совершение ритуала. Речь не идёт о том, чтобы максимально осознавать происходящее; напротив, нужно войти в состояние расширения восприятия и перформативного транса, которое не имеет ничего общего с рациональностью и, более того, полностью нарушает её критерии, поскольку транс связан с ритуальными действиями магического содержания по привлечению благоприятного исхода.

Исследователи, ограниченные строго научными концептуализациями, часто отрицают описанный выше аспект. Эмпирически он является эффективным: поскольку его нельзя объяснить исключительно рациональными методами, с ним много экспериментируют, повторяют и оценивают его результативность. Действительно, наука достижения высоких результатов не может быть ограничена рамками одного метода; она должна исследовать всё, что позволяет двигаться вперёд. Чтобы преодолеть свои ограничения, не только индивид должен выходить за пределы самого себя, но также и направление, изучающее достижение высоких результатов, должно выявлять динамики этого процесса и воспроизводить эффекты, подниматься над самим собой и своими проверенными методами.

Глава 2. Развивать талант

Талант поражает цель, которую никто не может поразить; гений поражает цель, которую никто не может увидеть.

Артур Шопенгауэр

Пробовать, чтобы совершать открытия

Через 20 лет ты будешь более сожалеть о том, чего не сделал, чем о том, что сделал.

Поэтому полный вперёд! Отчаль от тихой пристани и позволь ветру наполнить твои паруса. Исследуй. Мечтай. Открывай.

Марк Твен

Если бы можно было посчитать количество растраченных талантов, человечество бы осознало одно из самых тяжких и постоянно повторяемых преступлений против самого себя. В каждой сфере деятельности человека на один признанный талант приходится множество непроявленных талантов. Тем не менее, этот неоспоримый исторический факт никогда не вызывал достаточно внимательного рассуждения, и, тем более, для его исправления не искали подходящего решения.

Нам часто приходится слышать, что настоящий талант проявляется благодаря естественному отбору. Однако же чуть более внимательное наблюдение даёт понять, что этот детерминистский взгляд столь же ошибочный, как и его последствия.

Как мы уже показали в предыдущих главах, целеустремлённость и устойчивость, гибкость и способность адаптироваться, обученное бессознательное и состояние перформативного транса – это не подарки природы, а завоевание человека.

Даже самый яркий и мощный талант без взращивания и совершенствования останется непроявленным или будет приложен в тех сферах, где не раскроется весь его потенциал.

В течение нескольких веков педагогику, и следом за ней и психологию, интересовала тема гениальности. Тем не менее, многочисленные проекты школ для гениев не принесли никаких плодов. Вундеркинды и те, кого ими считали, отобранные для развития в искусстве и спорте, в большинстве своём показывали посредственные результаты.

В этой связи, однако, важно подчеркнуть, что во всех случаях подающих большие надежды детей отбирали на основании характеристик, которые считались необходимыми для гениального художника или спортсмена. Измерялись такие параметры, как ум, физические данные или определённые способности, например, к математике или музыке.

Подобный подход к оценке исключил бы из школы для гениев маленького Леонардо да Винчи или юного Эйнштейна. Александра Македонского никогда не допустили бы ни в военную академию, ни в спортивную команду, потому что он не обладал необходимыми физическими преимуществами, хотя и был победителем Олимпиад и одним из самых доблестных борцов в истории. Следовательно, нужно подвергнуть сомнению действенность оценочных критериев для отбора талантов: в большинстве случаев, эти параметры измеряют уже проявленные качества, а не истинную предрасположенность.

Используемые параметры подобных оценок диктуются теориями, на которых они основываются. Эти теории налагают строго определённые и ограниченные стандарты в соответствии с некоторыми предположениями, а скорее даже – предрассудками и недоказанными научными данными. К таким параметрам относятся коэффициент интеллекта, необходимый гению, или определённые физические пропорции для разных видов спорта. Такой подход всецело базируется на безоговорочно принятом допущении, что талант является природным даром. Как мы уже многократно обсуждали в этой и других работах (Nardone, 2017), «звёздами» не рождаются и не становятся: ими рождаются и становятся.

По этой причине отбор талантов на основании тестов и измерений, которые априори оценивают особенности индивида, оказывается абсолютно неэффективным в прогнозировании того, имеет ли человек способности, чтобы стать гениальным учёным, великим артистом или выдающимся спортсменом.

Во второй половине XIX века сэр Фрэнсис Гальтон, двоюродный брат Чарльза Дарвина, разработал методологию определения задатков гения, измеримых в раннем возрасте. Эта работа сразу же стала основой для исследований интеллекта, проводимых многими известными психологами, такими как Равен (1966), Кеттел (1973), Айзенк (1975), Векслер (2004) и Бине (2016). До Гальтона, однако же, умственные способности, характер и темперамент оценивались на основании реальных достижений человека, который раскрывал свои таланты, пробуя себя в деятельности. В педагогической традиции древних делался