Стриптиз на дорогах - Михаил Серегин

Появление у крыльца шикарного спортивного автомобиля собравшуюся общественность несколько всколыхнуло. Милиционеры, очевидно, предположившие, что приехало какое-то начальство, побросали сигареты и приняли деловой вид, хотя совершенно было непонятно, каким делом можно было заниматься у двери на крыльце.

Старик, притушив похожим на древесный сучок пальцем свою цигарку, во все глаза уставился на невиданный автомобиль.

Когда из машины показалась Саша, деловитость на лицах милиционеров сменилась выражением живейшего интереса, а что отразилось на лице у сидевшего под крыльцом деда, задравшего кверху голову в тот самый момент, когда Саша, одергивая коротенькую юбочку, поднималась на это самое крыльцо, – невозможно пером описать.

Дежурный, которому столичные посетители явно были в новинку, провел Сашу прямо к начальнику отделения, который непонятно по каким причинам был на своем месте, хотя рабочий день давно закончился.

Первые несколько минут разговора начальник осторожно приглядывался к собеседнице, судя по всему, ожидая какого-то от нее подвоха, – дежурный, как Саша поняла, успел сообщить про шикарный автомобиль у крыльца отделения, – но, когда Саша первый раз расплакалась, успокоился, утвердившись во мнении, что имеет дело всего лишь с несчастной потерпевшей, хоть и приехавшей из столицы.

– Понимаете, Александра… Простите, не расслышал вашего отчества.

– Антоновна…

– Понимаете, Александра Антоновна, – начальник закатывал к потолку выпуклые водянистые глаза, показывая, как лично он расстроен ее рассказом, – по данным нашего ведомства, подобные пропажи по всей стране происходят довольно часто. И знаете, что самое интересное?

Саша вдруг почувствовала, что смертельно устала.

– Что – самое интересное? – спросила Саша.

– Что заявившие о пропаже, – поднял вверх палец начальник, – в большинстве случаев через какое-то время – через неделю или через несколько дней – сообщают о том, что пропавшие нашлись или каким-то образом дали о себе знать. Вы понимаете? И еще нужно учитывать такой фактор, что не все заявившие считают необходимым уведомить органы о нахождении пропавших.

– Но ведь… – устало возразила Саша, – моя подруга пропала при довольно странных обстоятельствах. Я же вам рассказывала…

– Да это ничего не значит, что при странных, – успокоил начальник, – почти всегда люди пропадают при странных обстоятельствах. Более того… – начальник перегнулся к Саше через стол и, задержав свой взгляд на ее просвечивающей сквозь почти прозрачную рубашку груди немного дольше, чем этого позволяли приличия, заговорил тише, – я должен вам сказать, что по моим личным наблюдениям – люди, исчезающие при… м-м… особо странных обстоятельствах, как потом оказывалось… исчезали по собственной инициативе, вот… Логично как можно загадочнее обставить собственное исчезновение, чтобы труднее было искать.

Начальник, бросив прощальный взгляд на Сашину грудь, вернулся в исходное положение.

– То есть… – проговорила Саша, – вы хотите сказать, что моя подруга сбежала сама от меня?

– Я ничего не хочу сказать, – быстро ответил начальник, на миг отгородившись ладонями от Саши, – я просто привел в пример статистику. Моих собственных, так сказать, наблюдений…

– Зачем ей было сбегать от меня? – проговорила Саша. И хотя начальник местного отделения Министерства внутренних дел думал, что она говорит с ним, она же спрашивала саму себя. – Эльвира Максимовна прекрасно бы уехала куда ей заблагорассудится без меня, но при этом бы меня предупредила. К тому же она оставила у меня свою машину и… Нет, чушь это все… Не может этого быть. Просто-напросто такого быть не может, – Саше на ум пришло вдруг где-то услышанное выражение, – потому что не может быть никогда.

– Как я понял, вы утверждаете, что это было похищение? – осведомился начальник.

– А что же это еще могло было быть?

– А вам предлагали заплатить за вашу подругу выкуп?

– Н-нет…

– Тогда какое же это похищение, если вам не предлагали заплатить выкуп? – восторжествовал начальник.

– Так времени-то прошло совсем немного! – нашла в себе силы воскликнуть Саша. – Меньше суток всего времени прошло!

– И это ничего не значит, – снова возразил начальник, – в большинстве подобных случаев похититель связывается с близкими похищенного очень скоро – трудно найти место, где можно было бы безбоязненно держать заложника. К тому же близкие не успевают обратиться в органы правоохранения. Конечно, случаи бывают разные, но…

– Я поняла, – сказала Саша, а начальник откровенно зевнул.

– Вот и хорошо, что поняли, – обрадовался он, – знаете, у меня очень много работы. Вот – по ночам сидеть приходится с бумажками… А самое лучшее, что вы сейчас можете сделать, – это поехать куда-нибудь и получше выспаться. А утром вернуться на то место, где вы договорились встретиться со своей подругой. Я просто уверен, что она вас там будет ждать…

Саша поднялась.

– Кстати, – спросил вдруг начальник, – а где вы будете ночевать? Ведь вы, как я понял, не местная?

– В машине переночую, – сказала Саша и вышла.

Начальник сидел еще некоторое время за столом неподвижно и смотрел на дверь, захлопнувшуюся за Сашей.

– М-м-м… – промычал он негромко, – вот это сиськи… Эх, чего там!

Он схватил трубку со стоящего на его столе телефона и быстро набрал номер.

– Алло? – заговорил в трубку начальник, – Машенька? Привет. А это я, твой Алешка… Да… Да… Ты на меня не обижаешься, что я к тебе тогда не приехал? Что? Да меня жена, зараза, не пустила… Сказала – знаю я твою рыбалку… Не обижаешься? Ну и славно… А я к тебе сейчас приеду. Как?! Как это – не надо? Ты чего? Я – бабник? Какая это телка на тачке ко мне приезжала?! Когда?! Прямо сейчас? Ах да вспомнил, это по работе… И откуда ты так быстро все узнала?.. Ну так я приеду сейчас. Ага… Да говорю тебе – по работе! Я ее как звать даже не знаю!..

Ехать Саше было совершенно некуда, а главное – просто не хотелось никуда ехать. Она села в машину, завела мотор, тронулась с месте и, бездумно избегая встречных и обгоняющих машин, покатила по наугад выбранной дороге, которая через какое-то время привела ее во двор кафе «Придорожное».

Саша резко затормозила и огляделась в изумлении. Она приехала сюда, не руководствуясь никакими соображениями – просто смотрела на дорогу перед собой, ни о чем не думая, ничего не чувствуя, крутила руль.

Она не очнулась даже тогда, когда выехала за город.

Замедлив ход, машина Эльвиры Максимовны вкатилась на место для стоянки машин, где сейчас было пусто, и остановилась.

Саша вышла из машины. Здесь было тихо, ни одно окно в помещении кафе не светилось, и дверь, похоже, была закрыта. Саша постучалась, но ей никто не ответил. Она несколько раз ударила в дверь каблуком туфли, но это тоже не принесло никакого результата.

Саша обошла вокруг кафе – и не нашла ничего, кроме трех до отказа забитых различной дрянью и страшно воняющих мусорных баков.

Когда Саша вновь вернулась к машине, ей было ясно, что здесь нет ни одного человека. Неожиданно это открытие успокоило ее, и она, забравшись в машину, свернулась калачиком на заднем сиденье и уснула.

Стук в окошко автомобиля заставил Сашу очнуться от полудремы, в которой она находилась уже часа два – с тех пор как взошло солнце.

Саша подняла голову, одновременно кое-как расчесывая пятерней встрепанные волосы. В салоне из-за поднятых стекол было душно, и Саша с удовольствием открыла дверцу, за окошком которой маячила невыразительная рожа бармена-буфетчика.

– Доброе утро, – сказала она ему.

– Доброе, доброе… – проворчал бармен-буфетчик, головой и половиной туловища влезая в машину и оглядывая внутренности салона. – Вы что – ночевали здесь? – поинтересовался он.

– Да, – ответила Саша и потянулась.

– А кто вам это разрешил? – строго спросил бармен-буфетчик.

Саша не сразу нашлась, что ответить. Бармен-буфетчик вытер ладонь об обтянутое матрасной рубашкой брюхо и потрогал чехлы на сиденьях.

– Я постучала в двери, мне никто не ответил, – проговорила Саша, – я хотела переночевать, но тут не было никого, понимаете? А адреса гостиниц в вашем городе я не знаю – спрашивать не у кого было, когда я спохватилась – ночь была давно.

– Хорошие чехлы… – неожиданно проговорил матрасный бармен-буфетчик, – новые… Кожа?

– Кожа, – ответила Саша и вспомнила вдруг, как Эльвира Максимовна любила хвастаться именно этой машиной. Кожа, из которой были сделаны чехлы, в частности, была одной из ее любимых тем для разговора.

– Странная какая-то кожа, – морщил лоб бармен-буфетчик, пытаясь размять краешек чехла в толстых пальцах, – грубая какая…

– Это крокодилья, – пояснила Саша.

– Ка-ак?!

– Крокодилья кожа, – повторила Саша, – это, конечно, нестандартное решение, но вся модель – и дизайн салона тоже – эксклюзивное произведение.