По ступеням «Божьего трона» - Григорий Грум-Гржимайло

Это и было главной задачей новой экспедиции, к которой Григорий Ефимович начал готовиться с января 1889 г., – «доделать недоделанное». Девятое по счету (с учетом еще студенческих поездок) путешествие должно было стать самым масштабным и продолжительным. И, естественно, требовало средств, которых, как всегда не хватало. После того как военные отказались финансировать изыскания в Центральной Азии (правда, затем «смилостивились» и выделили небольшую сумму), пришлось, как всегда, скрести по всем возможным «сусекам». Часть денег выделило РГО, часть – великий князь Николай Михайлович. Но этого было мало, и Грумм-Гржимайло снова обратился за помощью к графу Шереметеву. Его письмо – это одновременно и крик души, и четко продуманный план, с небольшой, но необходимой примесью лести:

«Многоуважаемый граф Сергей Дмитриевич! После смерти Пржевальского экспедиция его была, как вам известно, сильно урезана, маршрут изменен и сокращен. Протест Совета Географического общества не мог повлиять на Военное министерство, которое решительно объявило, что ему нет никакого дела до специально научного изучения Тибета и Кашгарии. Но Совет не оставил этого дела и, так как экспедиция Певцова будет преследовать исключительно военные цели, отведя научным второстепенное место, в принципе решил снарядить новую экспедицию в те же страны, которая связала бы старые маршруты Пржевальского с маршрутами Певцова и Потанина. Честь ведения этой экспедиции выпала на мою долю, и вы понимаете, граф, с какой радостью я принял это предложение. Вопрос остановился за средствами.

От себя Географическое общество могло решиться выдать из запасного капитала всего только 2000 рублей, но ему на помощь поспешил прийти его высочество великий князь Николай Михайлович, который передал Обществу 6000 рублей. С этими средствами, однако, еще очень трудно пробраться в Тибет и пройти маршрут в 18 000 верст (около двух лет). Мы хлопочем в Военном министерстве – через Обручева – мало шансов, однако, на помощь с этой стороны, и вот волей-неволей приходится прибегнуть к помощи тех, которые в пределах возможного никогда не отказывали в помощи и всегда были отзывчивы на каждое чисто русское национальное дело. Вы, многоуважаемый граф, стоите среди этих людей и к вам-то и хотел прежде всего обратиться президент Географического общества с просьбой о посильной поддержке экспедиции. Я, однако, предпочел лично написать к Вам об этом, для того, чтобы вы не подумали, что мы намерены эксплуатировать вашу чрезмерную доброту. Если раз вы решились пожертвовать крупную сумму, то это вовсе не значит, что вы в состоянии и еще раз выделить из доходов своих другую, хотя бы и меньшую сумму.

Я скажу откровенно, что мне очень тяжело писать настоящие строчки после того, как я, не желая вас утруждать новой просьбой, и для того, чтобы не показаться вам излишне назойливым, обращался к вашему брату, графу Александру Дмитриевичу, и получил от этого последнего решительный отказ…

Что же делать, однако! Впереди огромное дело, ради которого можно же и погнуть шею! Я так и делаю и, как видите, граф, снова прошу. Если мы сами будем сидеть сложа руки и ждать подачки – то, без сомнения, последняя не скоро придет!

Итак, многоуважаемый граф, помогите, не мне, Григорию Ефимовичу Грумм-Гржимайло, а тому делу, которое завещано нам великими покойниками.

Протягиваю вам руку именно потому, что имею в виду это дело и твердо уверен, что вы ее не отпихнете от себя. Я отдаю себя всецело делу, не откажите же в поддержке и вы…»

Что ж, таков удел путешественника и исследователя, не «обремененного» состоянием. О том, какими усилиями, прежде всего, моральными, это давалось, Григорий Ефимович писал в следующем письме С. Д. Шереметеву: «Вы, граф, и понятия себе составить не можете, сколько трудов, хлопот и огорчений стоит мне всякая моя экспедиция, а нынешняя в этом отношении превзошла все прочие.

Я не могу и приблизительно указать вам, сколько передних я осмотрел, сколько ухищрений ума пришлось употребить на то, чтобы добиться хоть каких-нибудь результатов… Расшаркиванья, просьбы, всевозможнейшие любезности лицам, которые этого никоим образом не заслуживают, наконец, лесть и тому подобное. Словом, все оружие просителя было пущено мною в ход; зато я и вижу теперь результаты».

К сожалению, в силу ряда причин на этот раз даже такой, казалось бы, надежный «источник», как граф Шереметев, иссяк (что абсолютно не испортило отношений между крестным отцом и крестником). К счастью же, немного раскошелились государственные учреждения – Министерство просвещения, Академия наук, Военное ведомство. А еще 500 рублей Григорий Ефимович присовокупил к бюджету экспедиции… продав собственные ковры, микроскоп, часть альбомов. В общем, чтобы отправиться в это путешествие, он был готов практически на всё…

Изначально основная часть маршрута должна была пройти по южным склонам Памира. Он был одобрен Советом РГО, однако затем этот же Совет, в силу ряда обстоятельств, настойчиво порекомендовал изменить маршрут. Главной причиной этого была «Большая игра» – длившееся без малого столетие противостояние между Российской и Британской империями за господство в Центральной Азии. Интересы России, военно-политическое присутствие которой c начала XIX в. все дальше и дальше простиралось на юг, в итоге столкнулись с интересами Британии. Последняя прежде всего опасалась за свои индийские владения, и, надо сказать, не без оснований: еще в 1801 г. Павел I поддержал идею Наполеона о совместном походе русско-французских войск в Индию и направил в Среднюю Азию 20 тыс. казаков – и только смерть императора от «апоплексического удара» помешала этим планам.

Британцы, в свою очередь, стремясь обеспечить буферную зону между своими владениями и российскими, в 1838 г. вторглись в Афганистан. Им удалось захватить Кабул и посадить там своего марионеточного шаха, однако в 1841 г. они были изгнаны из страны. Таким образом, Первая англо-афганская война закончилась поражением Британии.

Во второй раз британские войска вторглись в Афганистан в 1878 г., и на этот раз они добились своей цели. Вторая англо-афганская война стоила британцам больших жертв, в какой-то момент их гарнизон в Кабуле был окружен стотысячным войском повстанцев, но в итоге после подписания мирного соглашения эмир Афганистана обязался координировать свою внешнюю политику с Лондоном.

С этого момента наступила кульминация «Большой игры», и «холодная война» между Россией и Британией едва не перешла в самую что ни на есть настоящую. В 1885 г. отряд русских войск под командованием генерала А. В. Комарова захватил Мервский оазис и двинулся дальше, в сторону оазиса Пендже (Панджех). Британия потребовала от эмира Афганистана выдвинуть войска навстречу русским. Кратковременное стояние по разным берегам реки Кушки завершалось боем 18 марта 1885 г., в ходе которого отряд Комарова наголову разбил афганцев.