Принц на черном джипе - Наталья Гладышева

— Кто-то завтра будет наказан, — сказал мужчина вслух, собираясь приняться за важное дело, отворот себя любимого от глупой дурехи, которая нашла-таки на свою попу серьезные проблемы.

— Или…, - поднявшийся было Сергей сел обратно на кровать. — Если уж шлепать и тыкать носом в лужу…

Довольно улыбнувшись пришедшей в голову мысли, мужчина растянулся во весь свой немаленький рост на постели и зажмурился, заранее смакуя то, что приготовил для девчонки на завтра. Очень кстати вспомнилась просьба о том, чтобы Васька узнал про дискотеку… Если сегодня не было, то, может, завтра или послезавтра? Пару дней Сергей Иваныч был готов потерпеть.

Глава 4

Завтрак девушки проглотили мгновенно, выслушав сетования бабы Даши на то, что засиделись допоздна и теперь ходят квелые. Возражать не стали, только согласно покивали, обещали исправиться и снова уединились в комнате у Таньки.

— Я проверить хочу, — заявила Манька. — Пойдем к бабе Нюте в гости сходим, а?

— С ума сошла! — воскликнула обреченно Татьяна. — А я бабуле помочь хочу. А то приехала и за вчера так пальцем о палец и не ударила. А ей тяжело нам готовить и в доме убирать. Пока полы не помою и во дворе немного порядок не наведу и шагу за забор не сделаю!

— Я тебе помогу, — не стала ерепениться Манюня. — Но потом мы пойдем и проверим.

— А если не подействовало? — раздосадованно спросила Татьяна.

— Вот и узнаем. Сразу же, — ответила Манька и первой пошла на выход из комнаты.

Чего откладывать дело, когда любопытство покоя не дает? С делами девушки управились споро. Энергия Манюни и неуемное любопытство служили хорошим стимулятором для завершения домашних дел побыстрее. Баба Даша разохалась, все сетовала на то, что внучка отдыхать приехала, а мол она — баба Даша — и сама управится. Но было видно, что такой порыв к помощи по дому со стороны девчонок, ей приятен. Пока Татьяна изобретала причины для того, чтобы не ходить к дому страшного человека, Манюня успела быстро поплескать на горящее ярким румянцем лицо холодной водой из умывальника на улице, переплести косу и довольно заметить:

— Вот теперь я готова.

— К чему? — спросила Татьяна и подошла к умывальнику, собираясь тоже немного смыть пот и грязь с рук и лица.

— К покорению мужских сердец, — фыркнула неугомонная Манюня и поморщилась. — Ты скоро?

— Ох, Манька, не доведет нас до добра эта глупость, — проснулась Татьянина интуиция.

— Танюх, — удрученно вздохнула Маня. — Я тебя не узнаю? Ты ли отмутузила Ваньку в прошлом году за то, что он к тебе целоваться лез и лапал? Куда все девалось? Где твои боевой дух и задор?!

— Тяжело у меня на душе сегодня, — призналась Таня. — Я как вспомню этот взгляд, как подумаю о том, что Сергей Иванович все узнает… Мне сразу дурно становится. Давай не пойдем, а?

— Не ссы! — ввернула свое любимое Манька и решительно направилась к калитке. — Чего он нам сделает? Одни мы ходить не будем. Да и, может, их дома нет. Они каждый день на целый день уходят…

— Тогда к чему этот поход к баб Ане в гости? — задала логичный в этой ситуации вопрос Татьяна.

— На всякий случай, — отмахнулась от нее подружка и заспешила вперед по улице.

— Сумасшедшая, — прошептала Татьяна и догнала Маньку.

Таня была девушкой не робкого десятка. И по деревьям лазала, и темноты не боялась, как и змей, и пауков, и прочих столь нелюбимых девушками живых организмов. Спокойно могла пройти мимо огромного пса, забраться на скалу и погонять на велосипеде по проезжей части. Но сейчас ее мучило дурное предчувствие пополам с чувством вины. Только теперь до нее дошло, что использование приворота — это лишение другого человека права выбора и вообще подлый поступок. А будучи максималисткой, могла делить мир только на белое и черное. И приворот в белое никак не вписывался. И никакой испуг и любопытство не могли оправдать подобную подлость. Вот и шла Татьяна к дому баб Ани как на Голгофу. На ее радость объектов приворота у баб Ани не обнаружилось.

— Чуть свет встали, голуби, — подслеповато щуря глаза на гостий и шамкая беззубым ртом, вещала баба Нюта. — И укатили… Далече укатили…

— Вот тебе и приворот, — растерянно сказала Манька, когда баб Аня, вдоволь наговорившись, отпустила девушек восвояси.

— Не подействовало, — воспрянула духом Татьяна и уже с более легким сердцем предложила подружке поплавать и позагарать.

Если Сергея Ивановича сотоварищи нет в деревне, можно чувствовать себя спокойно. Некому пугать и приводить в ужас. Девушке казалось, что все обошлось. О коварных планах обозленного Сергея Иваныча она даже и не подозревала.

— Только недолго, — заявила погрустневшая Манюня. — Сегодня вечером идем на дискотеку. И возражения не принимаются.

Воспрянувшая духом Татьяна была готова и на это безумство. Она на все была готова от мысли, что приворот не удался. Чего грустить и бояться, когда жизнь так прекрасна и получилось все самым наилучшим образом?

Вечером девчонки прихорашивались вполне уже в ровном расположении духа. На речке в этот раз их никто страшный не побеспокоил, кроме знакомых деревенских ребят. С ними купаться было весело и легко. Можно было визжать во всю силу своих молодых легких, уворачиваясь от хватких рук парней, брызгать на них водой и смеяться до упаду. Так что второй день пребывания Татьяны в гостях у бабули прошел просто замечательно. И дискотека теперь виделась не таким уж безумным мероприятием. Ванька, прошлогодний ухажер Татьяны, вытянулся, возмужал и не забыл своей влюбленности в симпатичную блондинку. Танюше его внимание льстило, Ваня был парнем видным и умным. Шел на золотую медаль и занимался спортом, что было удивительно для деревни, пусть и такой большой как Вешки. Даже не деревня, а целый поселок получался. Мальчишка не вписывался в окружение. Явно был на голову выше сверстников по развитию. Считался непревзойденным авторитетом среди них и предпочитал не спортивные штаны, с застиранной футболкой, а вполне стильные шорты и облегающую майку. Это одеяние во всей красе показывало достоинства поджарого, гибкого тела. Если добавить к этому выгоревшие, как и у Маньки, до белизны волосы и белозубую улыбку на загорелом лице, да синие глаза васильки… Не одно девичье сердце в деревне было разбито.

Таня собиралась на дискотеку с некоторым волнением. Авансы загорелого и красивого Ваньки не оставили ее равнодушной и в этом году она не была так отрицательно настроена против его ухаживаний, как в прошлом. Сердечко Танюши сладко замирало, а в желутке свернулся тугой ком непонятного предчувствия. Казалось, что в такой прекрасный вечер, рядом с таким великолепным кавалером как Ванька, обязательно случится нечто значительное, важное, что перевернет всю жизнь кверх ногами.