На цепи - Уваров

Я принял боевую форму в прыжке и набросился на тварь сзади. Вцепился зубами ему в загривок. Предки! Чуть клык не сломал! У этой зверюги кости обтянуты кожей, ни жира, ни мышц как у меня!

Но я успел вовремя. Купол исчез, и ведьма бросилась бежать. Куда не смотрел, не до этого было. Я повис на твари, пытаясь добраться зубами до шеи, рвал когтями кожу на ее спине и боках. Сволочь пыталась меня сбросить и наконец ей это удалось.

Я отлетел и ударился спиной о толстый ствол дерева. Зверюга тут же бросилась ко мне. Мы снова сцепились. Тварь прокусила мне руку, но и мне удалось вцепиться ей в длинное ухо и откусить половину. Ну и гадость! Если бы я был в истинной форме, меня бы точно стошнило.

Тварь взвыла и снова отбросила несчастного меня на несчастное дерево. В этот момент ведьма накинула на тварь сеть. Точно такую же сеть, в которую я попался на равнине.

Но зверюга разорвала ее без особых усилий! Я удивился, судя по возгласу, ведьма удивилась не меньше. А тварь снова готовилась к прыжку, но я уже был на ногах и решил попробовать обхитрить гадину. Не знаю, насколько она умна, но зверь обычно не прет на того, что больше тебя в два раза.

Я начал накладывать новую иллюзию прямо поверх старой. Разум словно воспарил над лесом. Если создаешь что-то большее, чем ты есть, то и на мир ты будешь смотреть глазами этого большего.

Зверюга передумала прыгать, смотрела на меня снизу вверх, рычала и скалилась. Не понимала, почему я вдруг подрос в два раза. Испугалась тварь? Ну-ну. Я зарычал, что есть мочи, и белый тут же исчез в белом мороке портала.

Ведьма стояла у костра и оглядывалась по сторонам. Она снова набросила на себя щит. Я же убрал иллюзию, но не боевую форму, и стал принюхиваться. Ничего! Предки, я не чуял эту тварь! Быть такого не может! Кабанов чую, ведьму чую, даже старую белку в дупле неподалеку чую, а белую тварь нет!

— Где оно? — спросила ведьма, тяжело дыша.

— Не знаю, — прорычал я.

— Ты говоришь в этой форме?

— Говор-р-рю. Кр-р-рови много.

— Где?

— Из меня течет.

Ведьма бросилась собирать вещи. Одним взмахом руки потушила костер и открыла портал. Я вошел в него следом за ней, не меняя формы.

Мы оказались в кромешной темноте, но уже через мгновение помещение осветили десятки магических ламп. Их мягкий теплый свет разлился по дому, и я смог осмотреться. Мы находились в прихожей. Справа виднелась кухня с кучей шкафчиков и огромным очагом в центре, слева двери вели в большую гостиную. Широкая деревянная лестница уходила на второй этаж.

Я повернул в гостиную, где сразу приметил широкую тахту. Оставляя кровавые следы на дощатом полу, я дошел до ложа и завалился прямо на цветастое покрывало. Тахта жалобно скрипнула под моим весом, но выдержала, а я снова вернул иллюзорную форму человека, только без одежды. Это маленькое дополнение к иллюзии было мне ни к чему.

Из логова я выходил обнаженным. Перед охотой мы всегда раздевались, чтобы не порвать ее при трансформации, так я и ходил нагишом, только колдуны за иллюзией этого не видели.

Рука болела. Тварь оставила на предплечье кучу дырок, из которых сочилась кровь. Голова немного кружилась, но пока что было терпимо. Бывали у меня раны и похлеще этих.

Ведьма хлопала дверцами шкафов на кухне, а затем заявилась в гостиную с кучей банок и склянок на серебряном подносе. Стекло на нем дребезжало, точнее дрожали руки ведьмы. Странная она. Академию закончила, а такая трусиха.

Увидев меня в полном небоевом обличии Кера выгнула дугой бровь, поставила поднос на круглый столик рядом тахтой и, сорвав с кресла плед, бросила его в меня.

— Прикройся, животное бесстыжее!

— Я не бесстыжий, я больной.

— На голову, — буркнула ведьма и начала откупоривать бутылочки и баночки, нюхать их, мешать в пузатой кружке какие-то настойки. Капля того, капля сего… В итоге кружка была протянута мне с выражением на лице презрительным и брезгливым. Я не стал изображать из себя сильного и независимого, а молча взял кружку и выпил лекарство. Вкус оказался на удивление приятным, что не могло не радовать.

Ведьма, тем временем, снова сходила на кухню и вернулась с кувшином тёплой воды и мотком чистой ткани. Она обмывала мои раны все с тем же брезгливым выражением на лице, а я просто молча наблюдал за ее движениями. Она словно боялась сделать мне больно, хотя ей должно было быть все равно.

Затем она взяла тонкий пузырек зеленого стекла и капнула на одну из дырок. Я взвыл! Буквально! В руку будто воткнули раскаленный кинжал.

— Терпи, — бросила ведьма и нацелилась на вторую дырку.

— С ума сошла! — взревел я. — Убери эту дрянь! Само пройдет!

— Ага, через месяц, а ты мне нужен здоровым уже через три дня!

Сучья дрянь! Сучьи обозы! Сучья белая тварь! Какого она появилась в этом сучьем лесу⁈

Вторая капля зелья чуть не стала для меня последней, но я терпел, стиснув зубы. Когда экзекуция кончилась, Кера сделала мне повязку и принялась убираться. Вскоре она принесла две кружки, и, протянув мне одну из них, пояснила:

— Общеукрепляющее.

Сама забралась в кресло с ногами и начала пить маленькими глотками, глядя при этом в одну точку.

Рука начала успокаиваться. Нет, она все еще болела, но уже терпимо и жжение прекратилось. Теперь я мог оглядеться. Я поначалу принял это помещение за гостиную. Здесь и правда стояла тахта, на которой я лежал, пару удобных кресел. Напротив был очаг. В богатых домах его называли камином. А вот у дальней стены стоял массивный стол с писчими принадлежностями и шкафы с сотнями книг в красивых ярких обложках. Шкафы вообще занимали чуть ли не все стены комнаты кроме той, где стояла тахта. И окон здесь тоже не было, как и…

— А где мы? — спросил я.

— В цитадели Эрифды.

— Это же просто дом…

— А ты думал у нас в каждом мелком городишке стоят башни с пространственным расширением? — усмехнулась Кера. — Хотя здесь в подвале тоже применяли это заклинание. Там лаборатория.

— А где жильцы этой цитадели? — спросил я, прислушиваясь, но