Когда-то мы… - Мария Павловна Златая

– Сегодня хороший вечер, не закрывайся от меня.

Его теплый шепот окутал снова меня в то комфортное состояние, в котором я пребывала еще минуту назад. Рука тем не менее приобняла меня за талию и губы Дена оказались так близко от моих. На них была улыбка, я закрыла глаза… Он поцеловал меня неторопливо, ненастойчиво, я почувствовала запах его парфюма, в тот миг голова моя была пуста, из нее исчезли все мысли, я просто жила в ту секунду, минуту… Может, это продолжалось вечность, может, всего несколько минут. Ден, оторвавшись от моих раскрасневшихся губ, повел меня, безропотную и тихую, снова туда, где в моей голове могло что-то проясниться. Испытывала ли я угрызения совести? Я их просто гнала пока от себя подальше. Хотя бы на вечер я почувствую себя девчонкой, которая не думает уже как взрослый человек о будущем, о жизни… Мне же всего 16 лет… А Кир ломает меня, он заставил меня отказаться от обычной жизни молодых девчонок, от беззаботности, дискотек, общения… Так мне становилось легче.

Все перевернулось моем сознании, когда, танцуя медленный танец с Деном на достаточно близком расстоянии, потому что от выпитого шампанского я немного неустойчиво чувствовала себя на каблуках, мои глаза увидели Кира. Что было в его взгляде? Ненависть, злость, жесткость… все вместе, наверное. Я не ожидала его увидеть, здесь точно. Поэтому, наверное, вела себя так легко, так бездумно… Потому что это был только один вечер, когда я позволила забыть себе про всех и все… Но Кир не дал мне сделать даже этого… В тот момент мне захотелось просто оттолкнуть от себя Дена и убежать куда-нибудь. Кир не должен был это видеть, он не должен был сюда приходить… Это должно было все стереться временем и моей памятью… Он не должен был знать… Пусть я злилась, сейчас вела себя как кошка, но я знала, что это только сегодня, но я принадлежу только ему, Киру… только ему и телом и душой, вся, без остатка. Это было неоспоримо ничем и никем.

Меня просто затрясло мелкой дрожью, Ден озадаченно посмотрел на меня:

– Ты замерзла? Холодно?

Я отрицательно повертела головой, потому что сказать даже слов не могла.

Кир был в легкой ветровке, джинсы облегали его накаченные ноги, волосы причесал, знал бы он, сколько взглядов девчонок он на себе собрал.

Словно в тумане я видела, как к нему подошла Вика, как он протянул ей руку, как повел ее танцевать… Я оцепенела от шока. Впервые я испытала такое сильное чувство ревности, просто увидев его руки на талии другой… другой… До этого времени я была единственной, которую эти руки имели право трогать. Я словно увидела его со стороны, как в немом кино, я практически была готова броситься к ним и оттолкнуть от него ее…

Но все во мне оцепенело. Ден заметил мой взгляд и попытался выяснить, в чем дело:

– Что-то случилось?

Я только смогла проговорить два слова:

– Хочу на воздух…

Я шла, что есть сил, Ден накинул на меня мамину шубку и держал за талию. Я резко отстранилась и пошла вперед. Я уже ревела, и ненавидела Кира… Вику… этот вечер… себя…

Ден все еще был в недоумении:

– Вера, что произошло то? Я ничего не понимаю?

Меня трясло от слез, от чувства вина за эти поцелуи с Деном, от этого танца Кира с Викой. Ден, пытаясь меня успокоить, просто притянул меня к груди и обнял:

– Что ты, что ты… Все, успокойся…

В тот же миг я почувствовала, что Ден просто куда-то отлетает, вот он уже на земле, над ним Кир, его кулаки избивают Дена, тот просто пытается защититься, укрыться от ударов. Я закричала, что есть сил:

– Оставь его, что ты творишь! Животное! Хватит! – я вцепилась что есть сил в руку Кира и чуть не отлетела сама. Он, наконец-то, пришел в себя, и отстал от Дена. Я видела кровь на лице Дениса, скрючившегося и стонущего.

– Что ты творишь? Зачем ты так? – я жадно ловила воздух и вздрагивала от слез. Тушь размазалась по щекам, волосы разметались. Кир просто обезумел. Я впервые видела его таким, поэтому, когда он схватил меня за руки и жестко притянул к себе, я стала вырываться и еще сильнее плакать. Но он не собирался применять ко мне физическую силу, он просто говорил мне то, что я не могла оспорить:

– Ты его жалеешь, да? Прости, я не знал, что это твой парень… А я… я животное… – ему тяжело давались эти слова, но он держался, – ты с ним уже спала? Да? Уже? Даже отъезда моего не стала дожидаться.

– Что ты говоришь, это просто брат Жени… я его второй день знаю.

– Спала с ним? Целовалась? – его глаза просто почернели от злости, я лишь отрицательно мотала головой. – Ты же все для меня…

– Я просто танцевала… а ты… с Викой…

– Теперь с кем захочу…

Я вспыхнула как спичка и прошептала:

– Вика вряд ли пойдет на твой чердак…

Кир резко отпустил меня из своих рук и кисло усмехнулся:

– Дело в чердаке? Ах, вот оно что… ты же ходила… тебе же нравилось… А он… – Кир махнул в сторону Дена, – наверное, тебя в более уютное место приглашал…

После этих слов он ушел быстрым шагом и я осталась стоять одна… рядом с уже вставшим Деном, рядом с озадаченной Женькой, которая все, вероятно, слышала. Она сгребла меня в охапку и повела внутрь помещения, усадив меня в раздевалке, она пошла с Деном отмывать с него кровь. Я не верила в происходящее. Но больнее всего было осознание того, что он не простит меня, больше не простит… Уже через несколько минут я решила для себя, что пойду к нему, буду просить прощение, буду просить его все забыть. Потому что не смогу без него…

Утром я была в ужасном состоянии, прокручивала внутри себя все произошедшее, старалась не плакать, мне были нужны еще силы, чтобы вечером попытаться все исправить. Почти в 9 часов я натянула штаны и теплую куртку, проскользнула незаметно из дома и пошла к чердаку. Задняя калитка была открыта, на дворе никого не было, тенью я пробралась к чердаку и открыла дверь. Там никого не было, может, пока это было к лучшему. Я увидела старенький камин, вероятно, его принес Кир, чтобы нам было здесь тепло этой зимой… нам… Я включила его, и постепенно помещение стало отогреваться. Я