Скука Харухи Судзумии (Перевод с английского) - Нагару Танигава

Мне было жалко их. Перенесенное ими потрясение отказывалось выветриваться.

Следующей отбивать отправилась моя сестра. Шлем был для нее слишком велик и закрывал почти половину лица, так что я не могу обвинять ее в том, что она плохо держала равновесие. Эта козырная карта, которую я специально приберег в рукаве для того чтобы проиграть, махнула сейчас битой, отбила подачу питчера и зашвырнула мяч за изгородь. Иными словами — хоум-ран.

Неважно, насколько безумным всё становилось — должен же быть хоть какой-то предел нелепости происходящего? Чтобы одиннадцатилетняя пятиклассница отбила за изгородь мяч, пущенный со скоростью километров эдак в 130 в час (как мне показалось) — это просто невозможно.

— Удивительно!

Харухи эта искаженная реальность не смущала ни на йоту. Она схватила мою сестру за руки и, весело улыбаясь, устроила с ней дикие пляски.

— У тебя невероятный талант! Перед тобой большое будущее! Ты моментально попадешь в бейсбольную лигу!

Сестра весело визжала, вертясь в едином танце с Харухи.

Как бы это сказать? …Ммм, счет теперь 9–3.

Я сидел на скамейке, обхватив голову руками.

Избиение противников хоум-ранами продолжилось. Счет 9–7. Семь хоум-ранов подряд в одном ининге. Думаю, мы поставили новый рекорд.

Мощно отбив мяч, Танигути прибежал обратно к скамейке:

— Я решил войти в бейсбольную команду. Не думал, что это во мне есть, я чувствую, что попасть в Кошиен — не просто мечта. Мне даже показалось, что бита сама ударила по мячу!

Вслед на ним, Куникида подтвердил: «Воистину так!»

Они были возбуждены, Цуруя-сан, громко смеясь, хлопнула Асахину-сан по плечу, та занервничала. Я рад, что эти трое настолько недалекие.

— Настало время показать им, чего мы стоим на самом деле! — объявила Харухи, подняв биту. Разве это не реплика питчера?

Я уже начал уставать от шмякающих звуков, с которыми мячи ударялись о табло на дальней стороне поля.

Теперь — 9–8. Противник уже сменил трех питчеров. Уверен, что они не нуждались в моей жалости, но все-же я решил пожалеть их. Бедные парни.

Порядок бьющих снова сменился — и Асахина-сан, Нагато и я — все выбили хоум ран. Счет наконец-то был в нашу пользу — 9-11. Одиннадцать хоум-ранов подряд… Я подумал, что это надо прекратить пошустрее, поскольку наши противники на нас уже не смотрели — все взоры были притянуты к нашей бите. Может они решили, что она волшебная? Ну, вообще-то, естественная мысль.

Прежде чем передавать биту моей сестре, я подошел к Нагато и сказал: «Хватит».

Редкое зрелище — чтобы Нагато моргала много раз подряд. Обычно она моргает раз в десять секунд, или около того.

— Ясно, — ответила она, после чего коснулась пальцами кончика биты и что-то быстро проговорила. Я не расслышал что именно, да и расслышал бы — все равно бы не понял.

После этого Нагато быстро убрала руку, вернулась на скамейку и снова открыла свою книгу.

Эхх!

Когда моя сестра, Коидзуми и Куникида снова отправились отбивать — все эти предыдущие хоум-раны словно бы и не случались. Они мазали по мячу и всех их подряд отправили в аут. Наше жульничество закончилось.

Забыл упомянуть — в этом турнире есть лимит по времени в девяносто минут на игру. Такое неизбежно, если организаторы намерены успеть провести все матчи, запланированные на день. А это значит, что следующего ининга в игре не будет. Мы победим, если игра закончится во второй половине четвертого ининга.

Нам действительно так нужно победить?

— Мы обязаны, — сказал Коидзуми, — Мои коллеги звонили, благодаря нашим усилиям, закрытое измерение перестало разрастаться. Однако, хотя оно и перестало расти, «аватары» все еще там, так что надо придумать, как подчистить бардак. Но то, что закрытая реальность перестала расти — это определенно хорошая новость.

Тем не менее, если противники перевернут ситуацию — все мы встретим свое Ватерлоо. Я не готов представить, в каком настроении тогда будет Харухи.

— Вот почему у меня есть предложение.

Коидзуми обнажил белые зубы в улыбке настолько яркой, что захотелось отправить его сниматься в рекламе зубной пасты. После он шепотом изложил мне суть своего предложения.

— Ты серьезно?

— Очень. Свести потери по очкам к минимуму — это для нас единственный способ.

И снова мне остается только воскликнуть: «Эхх!»

Мы запросили у арбитра возможность поменять наш порядок на поле.

Нагато заменит Коидзуми в роли кетчера, Коидзуми отправится в центр поля, а я поменялся местами с Харухи и стою сейчас на питчерском холмике.

Когда Коидзуми попросил Харухи отказаться от питчерской позиции, та подулась какое-то время, потом выяснила, что замещать ее буду я, посмотрела на меня задумчиво и сказала:

— …Ну, тогда ладно. Но если твои мячи отобьют — ты всех угощаешь!

После этого она удалилась на вторую базу.

Нагато просто рассеянно стояла на месте, так что нам с Коидзуми пришлось помогать ей надеть нагрудник и головную защиту. Личность с нулевым эмоциональным фоном — неужели подойдет на роль кетчера?

Нагато широкими шагами прошла за дом и присела на колено.

Итак, матч продолжился. Наше время истекало — у меня даже не осталось минутки разогреться. Похоже, мне придется впервые в своей жизни выступить в роли питчера без всяких предисловий.

Что ж, можно просто бросить мяч и посмотреть, что получится.

Шшух!

Мяч, в который я вложил все свои силы, приземлился в перчатку Нагато без какого-либо удара. Плохая подача.

— Играй серьезно!

Это дико заорала Харухи. Я всегда смертельно серьезен! В этот раз я решил попробовать крученую подачу.

Вторая подача. Я очень хотел, чтобы мне удалось подурачить противников чуть дольше, но… Бита метнулась к моему слабому мячу. Все кончено. Эта подача была недостаточно хороша…

— Первый страйк! — громко объявил арбитр. Бьющий промазал. Страйк был неизбежен, но бьющий, всё же, в неверии уставился на перчатку Нагато.

Я понимаю его чувства. Его реакция вполне логична — прямо перед ударом о биту мой слабый мяч сделал нырок вниз сантиметров на тридцать — и приземлился в перчатку. В такое никто не поверит.

— …

Нагато оставалась недвижимой и только слегка двинула пальцами, посылая мяч обратно. Я получил мяч и снова отвел руку.

Не важно, сколько раз я бросал, прямой подачи не получалось. Третья подача вышла далеко за зону отбивания, вернее такой она должна бы быть, но пролетев несколько ярдов, мяч подправил свою траекторию и, игнорируя все законы инерции, гравитации и аэродинамики, свернул. Он даже несколько ускорился по пути в перчатку.