Последний "бизнес" - Аркадий Адамов

Завод первым в районе отрапортовал о создании народной дружины, численность ее значительно превзошла первоначальные наметки. Об этом ребята с гордфстью прочли на следующий день в газете.

И вот сегодня предстоит, наконец, настоящее дело. Кто его знает, как оно еще обернется. Но одно ясно: свидание с Машей опять откладывается.

В это время у кафедры появилась улыбающаяся девушка со стопкой книг и журналов в руках. Высокая, тоненькая, в аккуратном синем халатике. Крупные волны каштановых, с бронзовым отливом волос, легкий, с изломом разлет бровей и большие, такие ясные и чистые серые глаза. Маша! Какая она все-таки красивая!

А Маша уже увидела его, кивнула головой и улыбнулась ему, только ему одному. И сразу, как по волшебству, волна радости подхватила его, все кругом засверкало, заискрилось, все стало другим. Удивительную, сказочную власть имеет такая улыбка.

Маша между тем пошепталась с другой девушкой в синем халате, и та стала за кафедру. А Маша, улыбаясь, уже шла к Николаю.

– Здравствуй, Коля.

Николай осторожно пожал теплую маленькую руку.

– Ты что так рано?

– Да вот в штабе дружины вечером надо быть. - Николай махнул рукой. - Дело тут одно затевается.

В глазах Маши мелькнула грусть, а потом появилось беспокойство. Ох, как научился читать в этих глазах Николай!

– Ну, чего ты? - грубовато и ласково спросил он.

– Какое же вы дело затеваете?

– Да так, - с напускной небрежностью ответил Николай. Паренька одного там... в общем обидели. Разобраться надо.

– Как так обидели? Где?

В больших Машиных глазах теперь стоял испуг.

– На вечере одном. Да ты не пугайся! С ним все в порядке, выздоравливает уже.

– Выздоравливает?

Николай почувствовал, что окончательно запутался в несвойственной ему попытке скрыть что-то от Маши, и с облегчением понял, что теперь уже можно говорить все напрямик.

– В общем какая-то шпана драку там затеяла, ну и порезала его... слегка.

– И вы туда пойдете?

– Надо.

Маша опустила глаза, будто боясь, что Николай прочтет в них что-то такое, чего ему не следует знать, и тихо спросила:

– Ты мне потом все расскажешь, да?

– Ну, ясное дело, расскажу, - улыбнулся Николай.

Маша минуту помолчала, потом, казалось без всякой связи с предыдущим, сказала:

– Я очень интересную книгу прочла. Она тебе понравится. Про капитана Невельского. И жена у него тоже смелая была.

– О Невельском знаю, - кивнул головой Николай. - Его именем бухта на Сахалине названа. Дикое место. Скалы кругом, об них волны, как пушки, бьют. А за скалами - горы и леса. Там народ такой - айны - живет. Длинные бороды носят.

– Ой, откуда ты это знаешь? - всплеснула руками Маша.

– Действительную в тех местах служил, - почему-то смущенно ответил Николай.

– И ничего мне не рассказывал!

– Просто случая не было.

– Обязательно расскажешь, - улыбаясь одними глазами, строго сказала Маша.

– Слушаюсь, - в тон ей шутливо произнес Николай и добавил: - Книгу эту ты мне отложи. И потом еще Гейне, кажется... Помнишь, ты мне рассказывала? Про медведя. Как он с ярмарки убежал.

– "Атта Троль"? - засмеялась Маша и мягко добавила: Конечно, это Гейне.

Николай покраснел.

– Ну, вот что, - он вдруг вспомнил, что ему надо спешить, посмотрел на часы. - Мне пора, Маша.

– Что ж делать, иди... - Она опять опустила глаза, но Николай успел заметить в них искру тревоги.

– Да не бойся! Полный порядок будет, - с вновь обретенной уверенностью сказал он.

Выходя из зала, он оглянулся. Маша стояла на прежнем месте и, встретив его взгляд, улыбнулась.

Штаб помещался в сером четырехэтажном здании заводоуправления. У входа прибили табличку: "Штаб добровольной народной дружины завода".

В этот час в просторной комнате народа почти не было: назначенные в патруль дружинники должны были собраться вечером.

За небольшим, покрытым куском красного сатина столом сидел дежурный член штаба старик Проскуряков в очках и новом костюме и о чем-то негромко разговаривал с сидевшим напротив него, спиной к двери, человеком.

В стороне на стульях расположилась вся бригада Вехова. Борис Нискин и Таран играли в карманные шахматы, а Коля Маленький громко, не стесняясь, говорил Куклеву и Степе Шарунину: - Вот, значит, один наш ученый и предположил: а может, такую площадку построили эти космонавты, чтобы обратно улететь к себе домой? Такой, значит, ракетодром. А почему нет?

– А почему да? - неторопливо спросил Илья Куклев. - Где доказательства?

– А кто же еще мог построить? Я же тебе объясняю, ей миллион лет! Человечество еще в обезьянах ходило. А плиты в тысячи тонн весом каждая и отшлифованы.

Таран сделал ход и, подняв голову, лукаво сказал:

– Обезьяны все могут. Я знаю.

– Ты как пошел? - сердито спросил его Борис. - Я же делаю вилку. Обезьяна и та увидела бы.

Коля Маленький не привык спускать насмешек.

– Так то обезьяна... - ядовито вставил он, - а то наш Вася Таран. Две, как говорят, разницы.

Илья Куклев задумчиво произнес:

– А может, и в самом деле другие миры есть? Может, и прилетал кто оттуда?

– Мы так же далеки еще от великих тайн вселенной, важно объявил Коля Маленький, - как первая обезьяна от кибернетики. Но путь этот мы пройдем быстрее.

Он явно где-то вычитал это. Но ребята, и Куклев, и Степа Шарунин не обратили внимания на книжность его слов. Даже Борис оторвался от шахмат и минуту задумчиво глядел куда-то в пространство, потом, вздохнув, заметил:

– Не может пока человеческий разум вместить все это.

Но Коля Маленький быстро возразил:

– А все-таки до Луны мы уже добрались. Значит, до Марса, например, добраться - это уже дело техники. Я так полагаю, это наш разум не может вместить, а ученые небось уже вместили.

– Между прочим, чем темнее человек, тем все ему кажется проще, - насмешливо заметил Таран.

Но его не поддержали. А Коля Маленький мечтательно произнес:

– Эх, я бы полетел, скажем, на Марс. Только бы разрешили. Честное слово, полетел!

В этот момент в дверях показался запыхавшийся Николай. Старик Проскуряков поглядел на него поверх очков и постучал пальцем по своим часам.

– Опаздываешь, Вехов. А хлопцы ждут.

– Мы ему все прощаем, - немедленно отозвался Коля Маленький. - Обождем своего бригадира.

Таран лукаво подмигнул.

– У него, дядя Григорий, уважительная причина. В библиотеке его задержали.

Ребята добродушно заулыбались.

– А вы - цыц! Заступники! - строго прикрикнул Проскуряков и, обращаясь к Николаю, тем же тоном добавил: - Иди сюда.

Сидевший у стола человек оглянулся.

– Ну, будем знакомы. Огнев, - весело сказал он.

– Вехов, - ответил Николай, пожимая протянутую ему руку.

– А ну, хлопцы, - все так же строго сказал Проскуряков, - подсаживайтесь.

– Твое счастье, - проговорил Борис Нискин, пряча в карман шахматы. - Через три хода ты бы у меня горел, как швед под Полтавой.

Таран покровительственно похлопал его по плечу.

– Запомни, Боренька, кому не везет в игре, тому везет в любви.

Коля Маленький не преминул вмешаться:

– Везет! Надо иметь нахальство, чтобы играть с самим товарищем Нискиным и еще на что-то надеяться...

Когда все разместились вокруг стола, Огнев спросил:

– Ну так что вы с этим красным уголком задумали?

За всех ответил Николай:

– Хотим шпану ту найти. Чтоб не повадно было впредь драки устраивать.

– Гм... Искать - это, кажется, в задачу дружин не входит, - покачал головой Огнев.

Василий Таран насмешливо заметил:

– Между прочим, только утюжить улицы тоже радости мало. Девчата, например, смеются.

Огнев улыбнулся.

– Зато надо. Очень даже надо и полезно. А что начальство думает? - обернулся он к Проскурякову.

– Искать - дело не наше, это верно, - подтвердил тот. Но работу в этом уголке наладить, чтоб хлопцы и девчата вечера там спокойно устраивали, это, полагаю, наше дело, кровное, - и строго сказал, обернувшись к Николаю: - Под таким углом и действовать. Ясно?

– Можно и под таким углом, - усмехнулся Николай.

Коля Маленький весело подмигнул товарищам.

– Нам главное - что? Действовать! А угол сам придет.

– Интересно, как драка началась, - вмешался Таран, Очевидцев надо найти, особенно девчат.

Коля Маленький в ответ презрительно сказал:

– Эх, темнота! А правила конспирации? Вон я читал, один шпион провалился из-за того, что женщине доверился.

– Положим, мы не шпионы, - рассудительно возразил Илья Куклев и, что-то сообразив, толкнул стоявшего рядом Степу Шарунина. - Ты ведь рядом живешь. Может, что слышал?

Степа метнул на него испуганный взгляд.

– Что ты! Ничего я не слышал...

– Что ты, что ты! - передразнил его Коля Маленький. Живешь рядом, так надо слышать! - И, обращаясь к остальным, энергично добавил: - Ну как, хлопцы, по коням? Надо хоть взглянуть на этот красный уголок.