Раскалённая луна - Мария Куприянова

Только начальства здесь не хватало! Мало мне приключений в "ю-тюбе"!

— Вы сами вызывали, — я с неприязнью на него посмотрел. Теперь он мне никто, и холопствовать никто меня не заставит. Только бы отделаться от него быстрее…

— Вызывал, — Николай Александрович покраснел и виновато улыбнулся.

Что это с ним? Насколько я его знаю, он никогда не проявлял сострадания к подчиненным. Тем более, к уволенным.

— Что, передумали? — ожидая ответа, я не сводил глаз с одутловатого лица Сыча. Багровые пятна начали расползаться по его щекам, достигли ушей и перекинулись на шею. Глупая улыбка застыла на губах, в уголке рта показалась слюна, вены на висках вздулись, отбивая ритм бешено грохочущего сердца. И вдруг я понял — любое мое слово, любая просьба будет выполнена. Между мной и Сычом протянулась невидимая, но крепкая нить. Дерну за нее — и он не посмеет ослушаться.

"Подойди". — Решил я проверить догадку и послал мысленный приказ.

Николай Александрович, гроза кадров, жесткий и придирчивый начальник, повиновался. Двинулся вперед, словно послушная кукла, неловко передвигая ногами и размахивая руками. Остановился прямо передо мной, хлопая остекленевшими глазами. Его бульдожьи брыли блестели от пота, на подбородке краснела царапина. Побрился неудачно. Поранился… Сквозь едва зажившую корочку выступила капля крови… совсем маленькая, но такая ароматная… ее запах щекотал ноздри, притягивал, манил…

Мне ничего не стоило разорвать Сычу горло. Сделать один шаг, перекусить артерию, насладиться вкусом его жизни. Он бы не стал сопротивляться. Даже посчитал бы это великим благом… Но только от одной мысли, что мой рот наполнится человеческой кровью, вдруг стало противно. Тряхнув головой, я сбросил наваждение.

Серега и Вадик топтались возле компьютера, пораженные невиданной картиной — подозрительным молчанием Николая Александровича.

Сыч тоже пришел в себя. Отвел глаза и бросил:

— Заберешь документы в кадрах. И пропуск сдашь. А вам, — он ткнул пальцем в сторону скучающих подчиненных, — работать!

И, как ни в чем не бывало, направился в сторону своего кабинета.

— Рэм, а что это было? — открыл рот Вадим. — Странный какой…

— Не знаю, — я пожал плечами. — Жара…

Жара… Сейчас на нее списывалось любые странности в поведении… И я туда же? Кожа на руках, опаленная солнцем, покраснела и чесалась. Дневной свет нестерпимо жег глаза. Но это еще полбеды. Я чувствовал, что меняюсь. Звуки, запахи — они стали другими. Выразительнее, ярче, острее. И этот эксперимент с Сычом… способности к гипнозу просто так не появляются. И еще… в какой-то момент мне действительно захотелось попробовать его кровь… Да… жара…

По пути домой я зашел в аптеку и купил солнцезащитный крем самой высокой фильтрации. Хваленые косметические средства должны были хоть как-то помочь справиться с ожогами. После дня, насыщенного открытиями, я устало рухнул на диван и включил телевизор, намереваясь отвлечься. Тревожное чувство появилось ниоткуда. По спине пробежались холодные мурашки, неприятно потянуло под ложечкой.

В дверь вдруг позвонили.

Глава 3

Черная "Инфинити" мягко плыла по переулкам элитного поселка, расположенного всего в нескольких километрах от Москвы. По сравнению с раскаленным городом здешние места казались раем: лениво качали ветвями высокие деревья, тихо журчала искрящаяся на солнце речка, ярко зеленели сочные, аккуратно подстриженные газоны.

Несмотря на работающий в машине кондиционер, пассажир, сидящий на заднем сидении, не прекращал вытирать платком пот со лба и шеи. Ему, мужчине солидного возраста, переносить жару становилось все тяжелее. Но что поделаешь? Годы летели, унося с собой молодость и здоровье. И как бы ни хотелось остановить время, против законов мироздания не мог пойти даже он, Валентин Леонидович Родин — воротила современного бизнеса, человек с миллионным состоянием.

Еще в лихие девяностые, благодаря железной хватке и острому уму, он сумел сделать правильные вложения и теперь пожинал плоды своих трудов. Нефтяные ресурсы стали его выигрышной комбинацией, пропуском в состоятельную жизнь. Сегодня он владел недвижимостью в России и за рубежом, а счета в иностранных банках обеспечили бы безбедным существованием еще и внуков, правнуков…

Сквозь тонированные стекла автомобиля мир выглядел блеклым, выцветшим. Мимо проплывал мрачный пейзаж: зелень, утратившая цвет, небо, потерявшее глубину, жизнь, утратившая смысл. Судьба… ее не подкупить, не убрать, как ненужного конкурента. Не получается, добившись ее благоволения, всю жизнь купаться в лучах удачи. Когда-нибудь всему приходит конец.

Увлеченный работой, он ездил по командировкам, налаживал связи, сколачивал крепкую и действенную команду. Шаг за шагом возводил мощную империю. Бизнес занимал большую часть времени, и Валентин Леонидович все реже появлялся дома. Да и какое ему было дело до семьи, если на счету каждая минута? Минута, ведущая к славе, к власти, к пику карьеры. И когда он узнал, что у жены рак, было уже слишком поздно что-либо предпринимать.

Путь к вершине богатства и признания дался нелегко. Но Родин, будучи человеком жестким и беспринципным, не останавливался перед трудностями. Сбрасывая со своего пути и друзей, и врагов, он всегда достигал желаемой цели. Но не в случае с Надеждой. На этот раз не помогли ни связи, ни богатство. Они никогда не помогали победить рак. И даже олигарх не мог поспорить со смертью. Сколько денег он потратил на то, чтобы вырвать супругу из костлявых лап болезни? Какие только методы лечения не пробовал? Все без толку. В этой гонке он проиграл. Впервые. И максимум чего ему удалось добиться — отсрочить неминуемый конец на несколько месяцев.

Овдовев, Валентин Леонидович стал завидным женихом. Каждая из молоденьких претенденток мечтала отхватить кусок громадной империи и обеспечить свое будущее, не подозревая, что все состояние олигарх уже отписал единственной дочери. Да и невдомек им было, что в молодости, после несчастного случая, он лишился возможности иметь детей. И его Светочка стала тем единственным сокровищем, которое нельзя получить от очередной любовницы и, уж тем более, купить за все деньги мира. Когда-нибудь она должна была подарить ему внука, который принял бы бразды правления компанией. Бизнес — дело семейное, иначе годы тяжелой работы пойдут прахом.

Новый удар судьбы перечеркнул все. Сначала жизнь отняла у него Надежду. Теперь она хотела лишить его Света. Та же треклятая раковая опухоль поселилась в теле его дочери, постепенно сжигая ее изнутри, забирая годы, отпущенные под счастливую жизнь рядом с любимым мужем, с детьми, с внуками…