Тюр (ЛП) - Андрижески Дж. С.

Она была слишком занята размышлениями о том, как ей удалось устроить ещё одну почти публичную сцену, которая могла в конечном счёте поставить её отца в неловкое положение.

Поморщившись от этой мысли, она вошла в тёмный коридор, направляясь к двери, которая вела обратно в главную зону клуба.

Она была слишком погружена в свои мысли, чтобы смотреть по сторонам.

Она также не почувствовала никаких сигналов тревоги, которые обычно посылал её внутренний радар на опасности, которые могли произойти.

Марион Равенскрофт не заметила не единой чёртовой вещи.

Она прошла через дверь и повернула направо, затерявшись в своих мыслях…

…когда кто-то очень большой, кто-то намного выше неё, с ладонями больше её лица, грубо схватил её за горло.

Он поднял её вверх прежде, чем она успела издать хоть один писк.

— Ну же, котёнок, — промурлыкал голос, выдыхая в ухо горячим дыханием. — Будь хорошим маленьким котёнком… и я не переломаю твою крошечную, мягкую, слабую, кошачью шею прямо здесь.

Марион застыла, повиснув над землей.

Она слышала, что скрывается за этими ухмыляющимися, холодными словами.

Она знала, что каждое из них он произносил абсолютно серьёзно.

Глава 6

Конец вечеринки

Разум Марион абсолютно застыл.

Она повисла там, не в силах дышать, понимая, что человек сзади удерживал её в так называемом удушающем захвате. Кем бы он ни был, чего бы они не хотели, он пытался ухватить её правую руку, предположительно для того, чтобы скрутить её за спину.

Она бездумно боролась, пытаясь высвободить руку.

Но настоящей проблемой было её горло.

Он держал её за шею в тридцати сантиметрах от земли, и её дыхание было перекрыто рукой размером с её бедро.

Она подумала о тревожной кнопке, при нажатии которой она могла бы сообщить сотрудникам Секретной службы, что у неё проблемы. Она была в её сумке. Которая застёгнута на молнию и в настоящее время зажата за её спиной.

Она потеряет сознание из-за нехватки кислорода прежде, чем сможет добраться до неё.

Ей надо разобраться с тем, что её схватили за горло.

Ей надо решить проблему нехватки кислорода.

Как ни странно, в этом отношении её разум оставался предельно ясным.

Она бултыхалась в этом подвешенном состоянии, казалось, очень долго.

На самом деле она понимала, что могла пройти всего секунда или две.

Её разум детализировал реалии её нынешнего положения, и это каким-то образом связало часть её подсознания с её тренировками.

Под конец этой паузы она уже двигалась.

Марион подбросила всё своё тело в воздух, используя вес и мышцы, чтобы качнуться вверх и назад, и попытаться сделать это как можно выше, тем самым выведя мужчину из равновесия. Она вернулась в изначальное положение, и он согнулся в спине, позволяя её ногам коснуться земли.

Она резко приземлилась в туфлях на каблуках и тут же повернулась в сторону, наклоняясь к открытой части его руки, где было его запястье.

Комбинация этих действий позволила ей выкрутиться и обрести свободу.

Она не ждала.

Оставив свою сумку, она побежала как можно быстрее к двери в конце коридора.

Она должна попасть на главный этаж клуба.

Ей надо добраться до Майка, начальника её охраны из Секретной службы.

Врезавшись всем телом в серебряную решётку посреди двери, она толкнула дверь вперед, так что та ударилась о стену, и выбежала в проём.

Она неслась со всех ног, пока не добралась до середины клуба, затем, заскользив по плитке в направлении бара, затормозила, чтобы найти Майка. Даже попытавшись замедлиться, ей не удалось взять под контроль свою скорость или своё тело… или эти туфли на скользком полу… и она врезалась в группу тусовщиц в клоунских париках и пеньюарах.

Они почти поймали её.

Одна чуть не упала вместе с ней, а третья чуть не присоединилась к ним.

Остальная часть примерно двадцатилетних девушек в группе залились пьяным смехом.

Всё ещё сжимая руку одной из девушек, Марион улыбнулась им в ответ, пытаясь держать лицо.

Когда они продолжили идти в направлении задних кабинок, она высвободилась и огляделась в поисках Майка или Дона, агентов её службы безопасности.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Тревожная кнопка всё ещё была в сумке.

Её сумка валялась в коридоре.

Ей оставалось только надеяться, что они видели, как она выбежала из той двери.

Она должна надеяться, что они будут искать её.

Она знала, что они оба были здесь.

Она совершенно точно видела Майка Ростро, главу её охраны, сидевшего в баре ранее и пившего газировку с лаймом. Блондин около сорока лет, бывший спецназовец морской пехоты, коротко отсалютовал ей, когда она жестом показала ему, что идёт в раздевалку за кулисами, чтобы переодеться.

Она уже сказала ему и Дону о том, что выступит с танцем для Чарли.

Дон Джеральд — молодой, темнокожий, красивый напарник Майка не был в восторге от того, что Марион собралась делать то, что по его мнению, называлось «стриптиз для кучки идиотов», но они согласились подождать здесь, а не следовать за ней за кулисы.

Они поговаривали о том, чтобы нанять женщину-агента, которая могла бы без проблем следовать за ней в те места, где мужчинам вряд ли будут рады. Это было частью недавней паранойи отца Марион по поводу её безопасности. Они ещё не сделали этого отчасти потому, что Марион настаивала на том, что в этом нет необходимости.

В любом случае, как выразился Майк, Марион может позаботиться о себе.

Однако сейчас Марион вовсе не могла постоять за себя.

Она понимала, когда что-то ей было целиком и полностью не по зубам.

Она внимательно изучала лица в баре, разыскивая белокурую короткую стрижку Майка и его обветренное лицо. Она хотела убраться отсюда к чёртовой матери. Она не чувствовала себя в безопасности, хотя тот парень до сих пор не последовал за ней на главную площадку клуба.

Даже в окружении людей она не чувствовала себя хоть сколько-нибудь в безопасности.

В её крови бурлил адреналин, который велел ей бежать, но она не хотела выходить на улицу, уж точно не в одиночестве.

Она посмотрела налево и увидела стол у сцены, заполненный типично голливудскими типами: детьми богачей, молодыми предпринимателями-технологами, медиа-личностями. Джоанна сидела на коленях у ирландского актера Гарри, всё ещё одетого в шапку Санты, которую он схватил, когда Марион выбросила её со сцены.

Она задумалась, не стоит ли ей подойти к ним.

Безопасность в количестве.

К тому же у некоторых из них имелись телохранители, включая того ирландского актера, который схватил её. Она могла бы пойти туда, затеряться среди их славы и богатства, в конце концов, найти своих парней из Секретной службы и убраться отсюда нахрен.

Она только начала идти к ним, как сзади её схватили за руку.

Марион не думала.

Она развернулась.

На этот раз вместо того, чтобы использовать ногу, поскольку человек стоял, она дернула захваченную руку назад и вниз, используя инерцию и мышцы пресса, чтобы потом замахнуться другой своей ладонью и, вложив весь свой вес, нанести удар.

Человек, стоявший там, легко, изящно и без усилий уклонился и убрался с дороги.

С тревожной непринуждённостью.

Его уклонение было настолько точным, таким совершенно спокойным, как будто Марион двигалась в замедленном темпе.

Она привыкла к тому, что двигалась довольно быстро в сравнении с большинством мужчин.

Это и длина её ног были чуть ли не единственными преимуществами, которыми она располагала.

С этим мужчиной у неё, по-видимому, оставались только ноги, да и то не точно.

Она уставилась на него, тяжело дыша и не в силах отвести взгляд от этих угольно-чёрных глаз.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Она сразу же узнала его.

Это был мужчина, который наблюдал за ней, пока она танцевала на сцене. Теперь, когда она могла видеть эти чёрные обсидиановые глаза вблизи, ей казалось, что в них горел внутренний огонь, словно маленькие угольки, которые едва мерцали внутри чёрных как смоль зрачков.