Проделки близнецов - Барбара Босуэлл

Мэт не протянул руки. Он быстро вскочил с постели и направился в ванную; по-видимому, его не беспокоило, что он голый. Кейла знала, что ей следует отвести глаза, но они оставались прикованными к его великолепной мужской фигуре до тех пор, пока он не скрылся в ванной комнате. Прошлой ночью было слишком темно, чтобы она могла рассмотреть его, но утренний свет показал, что он был таким же мужественным и хорошо сложенным, каким в темноте его узнали руки Кейлы.

Кейла задрожала. Он-то не проявил ни подобного интереса при виде ее, ни даже малейшего любопытства. Он и не взглянул на нее, а просто прошествовал в ванную комнату. Она слышала, как льется вода из кранов.

Бесчувственный дикарь! Неандертальский болван!

От унижения глаза у нее наполнились слезами. Он явно дал понять, что считал ее не кем иным, как девицей легкого поведения, с которой можно провести одну ночь и от которой ему уже не терпелось избавится. Повернув голову, Кейла заметила одежду, набросанную кучками, которые вели к постели. Там валялись ее пиджак цвета устриц, юбка к нему, ее бледно-розовая блузка вместе с его рубашкой и костюмом. Она увидела свою и его обувь, дамское вперемешку с мужским белье там, где все это сбрасывалось вчера вечером в сладострастном неистовстве.

Кейлу бросило в жар, потом в холод. Что на нее нашло вчера вечером? Даже сидя здесь, с обнаженным телом, которое носило на себе признаки вчерашних страстных ласк, она по-прежнему с трудом верила в то, что это правда. Она потеряла голову из-за Мэта Минтира, отбросив прочь жизненные принципы, отправившись в постель с мужчиной, которого знала всего несколько часов. Они провели ночь, занимаясь любовью с таким пылом и жаром, какого она никогда раньше не испытывала и не думала, что способна на подобное. Неужели она может в такой мере возбудить мужчину? Но это произошло вчера вечером с Мэтом.

Мэт сказал, что он никогда раньше так не поступал… Ну что ж, и она тоже никогда! Прошлая ночь была абсолютным исключением из правил. Обычно она так осмотрительна, осторожна и умеет владеть собой. И никогда не совершала глупых поступков – по крайней мере пока не пересеклись их с Мэтом Минтиром пути.

А сейчас она осталась одна пожинать плоды своего легкомыслия. Подавив рыдания, Кейла вскочила с постели и быстро подобрала с пола свою одежду. Кое-как натянула ее, прислушиваясь к сильному шуму воды, льющейся в ванной комнате. Хотя ей страшно хотелось принять душ, это удовольствие приходилось отложить до возвращения в квартиру Кристины. Ей нужно было удрать отсюда до того, как Мэт выйдет из ванной комнаты! Кейла была просто не в силах вынести холодное неприятие, которое, как она думала, увидит у него в глазах.

Вода по-прежнему лилась, когда она выскользнула из комнаты. Кейла миновала лифты, выбежала к лестнице и понеслась вниз, прыгая через ступеньку. Вчерашняя фантазия о волнующей вечной любви превратилась в иллюзию, от которой бросало в дрожь. В безжалостном свете дня Кейла заставила себя признать неприятную истину: вчерашняя идиллия была вовсе не любовью, а просто похотью. Что это там говорила Пенни, ее мачеха? Что-то вроде того, что любовь не гарантия, а риск. В очередной раз оказался справедливым здравый пессимизм Пенни, который Кейла всегда осуждала. Сердце ее разрывалось на части.

Мэт вышел из ванной. Никогда в жизни еще не было ему так скверно… Кожа какого-то отвратительно зеленого оттенка, и весь он холодный, липкий… Тьфу! Пришлось открыть оба крана – в душе и в раковине, – чтобы заглушить постыдные звуки рвоты. Жаль, конечно, что он обидел бедняжку Кристину, но у него, ей Богу, не было такого намерения. Для нее же лучше не знать, как ему плохо. Нет, не годится он для таких вещей. Не его стиль, со стоном признал Мэт. Несомненно, другие парни, проснувшись в постели с женщиной, с которой знакомы несколько часов, вежливо заказывают по телефону завтрак на двоих. Но его-то никак не отнесешь к их числу. Завтрак! Одной мысли было достаточно, чтобы заставить его бежать назад в ванную комнату.

Нет, он не был создан убежденным холостяком. Он хотел жениться на славной, любящей женщине, которая бы разделила с ним его образ жизни, вместе прошла жизненный путь и растила с ним детей.

Разве хотеть этого слишком много? – временами спрашивал он самого себя. Такой была его мать для отца. Но Дебра Уиллер отвергла это, и те несколько любовных связей, которые у него были, тоже оказались неудачными.

Что привело его к сегодняшней ситуации и к тому; что он проснулся в постели с Кристиной Маклур после удивительной ночи с самым захватывающим сексуальным опытом в его жизни. Нет, поправился он. То, что было у них с Кристиной, было больше, чем секс. Сила и глубина чувств, охватывавших их во время актов любви, полная и совершенная кульминация – это определенно было чем-то гораздо более серьезным, чем случайное развлечение.

– Кристина, – мягко позвал он, намереваясь поговорить с ней, чтобы преодолеть неловкость, которая омрачила их пробуждение. Он повернулся к постели.

И увидел, что она пуста. Кристины в постели не было. Быстрый взгляд вокруг подтвердил, что и в комнате ее не было. Как и ее одежды. Только его одежда валялась на полу.

Все было слишком очевидно. Она оделась и ускользнула, пока его рвало в ванной! Мэт опустился на кровать, борясь со сменяющими друг друга приступами ярости и уныния. Она ушла. Разве могла она более ясно дать понять, что считала вчерашний эпизод именно эпизодом? И очень мимолетным. Постельным романом на одну ночь, который уже закончился. Она не подождала даже, чтобы сказать «до свидания». Она просто ушла.

Как раз когда он подумал, что хуже уже не может быть, раздался стук в дверь, стук такой громкий, что он прикрыл уши – у него кровь стучала в висках, – чтобы приглушить грохот, эхом отдающийся в голове.

– Мэт, открой, я знаю, что ты там, внутри! – раздался за дверью властный голос его брата Люка.

Мэт нахмурился. Каким отвратительным и неудачным оказывался этот день. Кристина убежала, а теперь его разыскал младший брат, настоящий образец убежденного холостяка, который к тому же всегда во всем прав. Если бы Люк Минтир, проснувшись, обнаружил, что с ним в постели обнаженная знойная красавица, там, без сомнения, был бы абсолютно иной исход, чем в злополучной сцене, которая только что была разыграна.

Мэт застонал. Нет, действительно, хуже некуда.

Глава третья

По-прежнему чувствуя тошноту, Мэт подобрал одежду и большую часть натянул на себя, прежде чем открыть брату дверь. Люк Минтир ворвался в комнату. Ему было тридцать лет, у него были темные волосы и синие глаза, как у всех Минтиров, но ростом он пошел в родственников матери, Хайландов. В нем было пять футов и десять дюймов. Самый малорослый из четырех братьев – обстоятельство, которое он обычно воспринимал с юмором.