Играть, чтобы жить. Книга 9. Путь домой - Рус Дмитрий

На секунду замер перед выглянувшей на шум встревоженной бэтээрочкой. Короткий обмен мыслями:

– Уходи!

– А ты?

– Отвлеку, затем уйду в лес. Уводи внуков!

– Береги шкуру!

Медведица уткнулась лобастой головой в плечо своего зверя. Надежного и могучего, как скала. С трудом отстранившись, она рыкнула, собирая медвежат в кучу. И тут же тоскливо взвыла – не хватало младшего, непоседливого Гамми.

– Уходи! – вновь скомандовал Гумунгус.

Искать внука было уже поздно – со всех сторон трещали сухие веточки, заботливо разложенные на ближних подступах к берлоге.

Бэтээрочка метнулась в глубь берлоги. Именно там, в кладовой, за тонкой фальшивой стеной скрывался стометровый подземный ход, ведущий в заброшенный данж. А уж тот, в свою очередь, выходил на поверхность тремя километрами северней.

Гумунгус нетерпеливо выпустил когти, срывая дерн до каменистой земли. Ему нужно продержаться лишь десять минут, давая своим возможность уйти. Затем – хоть в лес, хоть на суточный респаун. К смерти он относился презрительно, а та к нему – нервно, вплоть до дергающегося века. Слишком уж часто умирал в свое время увитый шрамами медведь.

Зашевелились кусты. На поляну одна за другой выходили трехметровые фигуры демонов. Матерые бойцы первой тысячи Серебряного легиона. Десять, двадцать, тридцать…

Гумунгус обеспокоенно заворчал – продержаться даже несколько минут будет совсем не просто. Перед ним не простые воины, а элита элит.

– Дзень… – жалобно лопнула одна из струн мироздания, и медведь на мгновение замер.

Как?! Как это возможно? Он ведь только что ясно почувствовал, как исчезла точка его возрождения!

Возвышающийся над остальными бойцами демон с лейтенантской руной на шлеме откинул забрало. Растянув черные губы в улыбке, он прокаркал на исковерканном общем:

– Ритуал осквернения, грязный комок шерсти. Сегодня ты умрешь окончательной смертью. Во имя Приносящего Счастье! Мульцибер, убей его!

Гумунгус взревел. Теперь ему нужны были все козыри. Он накинул на лапы когти Винипура. Те самые, подаренные Лаитом. Нынче источенные в узкие полоски лунной стали, растерявшие всю прочность от частых ремонтов. Оставалось надеяться, что на один бой их еще хватит.

Удар! Уход! Еще удар!

Покатилась по траве затянутая в серебро фигура. Окрасилось кровью рассеченное до кости плечо медведя.

– Неплохо… – вяло похлопал в ладони лейтенант. – Нибрас, Сабнак! Ваш шанс на мятежную душу. Убить его!

– Ра-ар?! Деда?!

От края поляны к месту боя рванулась мелкая косолапая фигура. Младший и любимый внук спешил на помощь.

Губы лейтенанта вновь расползлись в улыбке, а Гумунгус обреченно взвыл. Пришла пора умирать…

– Ра-ах! Прочь! Беги!

С жутким ревом он бросился на сомкнувшуюся перед ним стальную стену демонов.

Он еще дрался, когда осыпались пылью потерявшие прочность когти. Дрался с перебитыми лапами, весь утыканный истекающими ядом стрелами. Он дрался вслепую, объятый демоническим пламенем, а враги уважительно уступали дорогу полыхающей туше. И когда жизнь окончательно покинула могучее тело, никто так и не смог заполучить его душу, ведь она, влекомая долгом, прикрывала крохотную душонку медвежонка Гамми, удивленно рысящего по лестнице в небо.

Лейтенант демонов, неловко действуя сломанной рукой, стянул с себя шлем и, прищурившись, покосился на горизонт. Там, спеша на помощь, виднелись быстро приближающиеся точки трех драконов.

– Уходим, – устало выдохнул демон. – Не забудьте подобрать экипировку убитых и вырезать сердце медведя. Велика благодать Приносящего Счастье, но еще величественней его гнев…

* * *

Я вздрогнул, с трудом выныривая из пустоты, куда погрузился после просмотра чужого воспоминания. Зубы невольно скрипнули от ненависти – Тавор, сучье племя! Никак не угомонишься? Я приду за тобой, и боги зла отведут в ужасе глаза от нити твоей судьбы. Клянусь!

Придя в себя, я еще секунду постоял с закрытыми глазами. Вокруг шелестел невнятный гомон голосов покупателей и консультантов, искаженный до нечитаемости завесами приватности. Лишь увлеченный Элкил торопливо надиктовывал монструозные абилки будущего котика.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я вновь погрузился в интерфейс. Не сразу разобрался, но скопировал последние характеристики Гумунгуса. Подумал и умножил их на три. Все ж таки божественный маунт, должен соответствовать. Добавил старые умения мишки – Наездник, Грузчик, Спринтер, Людоед, и далее по списку. Пусть он будет таким же, как раньше!

Чувствуя себя всемогущим волшебником, расписал дополнительные требования. Урон по богам, сопротивления высшей воле, истинное зрение. Заглянул в свой карманный справочник юного Творца и добавил «привязку души» и «ходок между мирами». Пригодится.

Под конец взял цифровую ссылку на душу медведя. Та хоть и находилась в Великом Ничто, но, как и все в Друмире, имела свой айдишник. Предположу, что та же система и в обычных мирах. Просто обставлена менее прямолинейно.

– Я готов, – открыв глаза, обращаюсь к почтительно ожидающему доппелю.

– Отлично! – обрадовался клон мастера. – Пересылайте пакет.

Волевым усилием выделяю нужный блок информации и толкаю его в сторону консультанта. Тот покачнулся, как от удара в челюсть. Сделал пару слепых шагов назад, остановился, опершись о куб витрины.

– Гумунгус… – едва слышно прошептал он. Из-под закрытых глаз покатились скупые слезы.

Элкил удивленно покосился на меня, а взявший себя в руки доппель низко поклонился.

– Благодарю за оказанное мне доверие. Редко кто делится полным пакетом воспоминаний, да еще и со всей палитрой эмоций. Для нас… для меня… это очень ценно. Ведь мы практически не чувствуем вкуса жизни. За шестьсот лет существования я лишь дважды покидал стены мастерской. Еще раз благодарю вас, Высший! Теперь я смогу максимально точно выполнить ваш заказ. Я… я приложу все доступные мне ресурсы для получения максимального результата. Вы не пожалеете!

Я ошарашенно кивнул в ответ. Не предполагал я такого эффекта. Нужно учиться соизмерять силу.

Тем временем консультант уже что-то с жаром чиркал пером по планшету.

– Так, вот тут вы слегка переборщили. Такая сила будет конфликтовать с заданной скоростью. Хотя… если Первый даст доступ в Закрытое Хранилище… можно будет поставить мышцы от черного дракона и нервные волокна левиафана, там скорость передачи импульса порядка тысячи метров в секунду, должно хватить… А вот это не передастся по наследству. Не критично? Хорошо… Вот тут потребуется ваша кровь. Нет-нет, нам она не нужна, совершите активацию сами. Так, хм… а вот это не просто, совсем не просто…

– Получится? – не выдержал я, не особо понимая, о чем речь, но изнывая от затянувшейся паузы.

– Так или иначе, – рассеянно кивнул погрузившийся в задачу доппель. – Пока что скиньте в кассу задаток. Это вон там, в углу, под турелью. И, творца ради, не дразните гремлина, он контуженный на всю голову. Собственно, ему даже боеприпасы не доверяют…

Даже не заметив, как выдал кусочек мозаики системы охраны, консультант вновь принялся таскать по планшету блоки будущего конструкта. Я же поспешил к кассе. Четыре миллиона – это много. Но мишка… мишка стоит большего…

Сердце радостно трепетало от невольной встречи с друзьями – в воспоминаниях Гумунгуса я мельком увидел многие знакомые лица. От того, что живу не зря, постепенно воскрешая друзей и шаг за шагом приближаясь к воскрешению самого Друмира – в его прекрасном первоначальном замысле. Мир, куда бегут миллионы. Мир, где находят сказку и вечную жизнь…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Подойдя к кассе, я пристроился за широкой спиной какого-то бога-лесовика, выглядящего как оживший пень. В коре копошились букашки, колонии мха на спине роняли споры и пытались закрепиться на новой территории. Новорожденный вороненок-фамилиар любознательно крутился на его кряжистом плече. Звериный запах резал глаза, пришлось даже подрегулировать заклинание фильтра.