Пламя над бездной - Вернон Виндж

Еще несколько ярдов в толпу — и Странник Викрэкрам ощутил, как от него ускользает сознание. Только если сильно сосредоточиться, мог он вспомнить, кто он такой и что он должен добраться до той стороны луга, не привлекая внимания.

В него ударили другие, громкие и неогражденные мысли:

…Жажда крови и резни…

…Метам в руке чужака, боль в груди… кровавый кашель, падение…

…В лагере и раньше, как хорошо мне было с братом по слиянию… Властитель Булат говорил, что мы — великий эксперимент…

…Через вереск к чудовищу на палочных ногах. Прыжок с шипами в лапе. Удар по горлу. Всплеск крови…

…Где я?.. Можно мне стать частью вас?., прошу вас…

На последний вопрос Странник резко обернулся. Его обнюхивал синглет. Странник шуганул фрагмента и выбежал на открытое пространство. Впереди, не слишком оторвавшись, бежал этот Джаке-как-его-там. Шансов, что их обнаружат, было немного, но Странник начал сомневаться, что переберется. Его было только четыре, а повсюду бродили синглеты. Справа от него насиловала всех четверка, хватая все попавшиеся двойки и синглеты. Вик и Кр и Рэк и Рам старались помнить только, почему они здесь и куда они идет. Сосредоточься на ощущении, на том, что здесь реально: коптящий запах огненной жидкости… кишащие личинки, заполнившие лужи кровавого и черного.

Прошло страшно много времени. Минуты.

Вик-Кр-Рэк-Рам взглянул вперед. Он уже почти выбрался, вот и южный край свалки. Он вытащил себя на клочок чистой земли. Его элементы стошнило, и он упал в обморок. Медленно возвращался здравый ум. Викрэкрам глянул вперед — Джакерамафан все еще был в толпе. Описатель был большой дядя — шестерной, но и ему приходилось не лучше, чем Страннику. Он качался, вытаращив глаза, огрызаясь на себя и на других.

Ладно, они нормально прошли через луг, и достаточно быстро, чтобы перехватить белых курток, тащивших последнюю часть чужака. Если они хотят увидеть еще что-нибудь, надо будет сообразить, как выйти из толпы, не привлекая внимания. Хм… вокруг валяется полно свежевательских мундиров — без живых владельцев. Странник послал двух себя к ближайшему мертвому солдату.

— Джакерамафан! Сюда!

Великий шпион посмотрел в его сторону, и в его глазах мелькнул проблеск разума. Он выбрался из толпы и сел в нескольких ярдах от Викрэкрама. Куда ближе, чем это было бы удобно в нормальных обстоятельствах, но после того, через что они прошли, это могло считаться едва ли рядом. Минуту Джакерамафан лежал, тяжело дыша.

— Извини, я никогда не думал, что это будет так. Я там потерял часть себя… и думал, что уже не верну ее.

Странник смотрел, как движутся белые куртки и их волокуша. Они шли не туда, куда остальные. Еще несколько секунд — и они скроются из виду. Может быть, можно пойти за ними, замаскировавшись… нет, слишком рискованно. Странник сам начал думать, как шпион. Он содрал с мертвого камуфляжную куртку. Все равно понадобится маскировка. Может быть, ночью удастся подобраться поближе и рассмотреть летающий дом.

Описатель увидел, что он делает, и сам стал собирать для себя куртки. Они рыскали среди штабелей тел, разыскивая не слишком заляпанное снаряжение с теми знаками, которые Джакерамафан считал подходящими. Вокруг валялось множество боевых топоров и когтей для лап. В конце концов они вооружились до зубов, но пришлось кое-что выбросить из рюкзаков. Страннику была нужна еще одна куртка, но его Рам был так широк в плечах, что ни одна не подходила.

Странник только потом понял, что произошло. Большой фрагмент, тройка, лежал в штабеле мертвых, затаившись. Может быть, он горевал, пропев заупокойную по своему элементу. Как бы там ни было, он был почти полностью обезмыслен, пока Странник не начал снимать куртку с его мертвой части. Тут раздался рокот близкого гнева:

— У меня тебе не поживиться, мародер!

И по внутренностям Рама полоснула острая боль.

Извернувшись в мучительной агонии, Странник бросился на нападавшего. Минута безумной ярости схватки. Боевые топоры Странника гвоздили и гвоздили, окрашивая в кровь его морды. Когда он опомнился, один из трех был мертв, остальные скрылись в толпе раненых.

Викрэкрам сгрудился вокруг боли Рама. У нападавшего были шипы на лапах. Рам был вспорот от ребер до паха. Викрэкрам споткнулся, часть его лап запуталась в собственных кишках. Он пытался носами засунуть их обратно в брюшину своего раненого элемента. Боль уходила, небо в глазах Рама постепенно темнело. Странник подавил вопли, которые рвались из него. Меня всего четверо и один из меня умирает! Он уже много лет напоминал себе, что четыре — слишком мало для пилигрима. Теперь он расплатится за беспечность, лишенный разума, в ловушке в земле тиранов.

На секунду боль отступила, и мысли прояснились. Среди погребального воя, насилия и просто безумных нападений драка осталась незамеченной. Она просто была чуть крупнее и кровавее остальных. Белые куртки у летающего дома глянули в их сторону и снова занялись грузом чужака.

Описатель сидел радом и глядел в ужасе. Один его элемент придвинулся ближе, потом отполз. Он боролся сам с собой, пытаясь решить, помогать или нет. Странник чуть не стал умолять его, но это было бы слишком большое усилие. И Описатель не был пилигримом. Отдать элемент — это не то, что Джакерамафан мог бы сделать добровольно.

Теперь потоком текли воспоминания, усилия Рама привести в порядок и дать знать остальным все, что было раньше. Вот он плывет на катамаране через Южное Море — новый, в которого Рама взяли щенком. Воспоминания о жителе островов, от которого родился Рам, и о стаях, которые были до того. Когда-то они обошли вокруг света, выжили в трущобах какого-то тропического коллектива, пережили войну с Равнинными Стадами. Какие истории довелось им слышать, каких людей встречать… Потрясающим сочетанием оказался Вик Кр Рэк Рам — с ясной мыслью, с радостным сердцем, с редким умением хранить все воспоминания. Вот почему он продержался так долго, не вырастая до пяти или шести. И теперь заплатит за это величайшую из всех цен.

Рам вздохнул и больше уже не видел неба. Викрэкрам лишился разума — не так, как это бывает в жару битвы, не так, как в совместном сне. Просто исчезла четвертая сущность, и осталось только три, пытающихся построить личность. Тройка стояла и нервно себя похлопывала. Отовсюду грозила опасность, но постигнуть ее тройка не могла. Она подобралась поближе к сидящей рядом шестерке — Джакерамафан? — но та ее отогнала. Она нервно поглядывала на толпу раненых. Там была завершенность… но и безумие.