Рейд обреченных - Виконтов Викторович

- Что вы предлагаете, еашш-руал? Как тогда мы можем спасти детей? - Нераг глубоко вздохнул, лишь чудом не опустив глаза перед испытывающим взором Кэры. Ее взгляд ранил, жег, но даже ради нее он не мог отступить назад. Весь остаток ночи он отгонял от себя эту мысль, пытался придумать что-то другое - напрасно. Ничего другого не было. Не было другого пути! Либо они поступят так, как задумал он, либо…

Либо Империя обрушится на Конфедерацию со всей яростью, начав бойню, выжигая миры дотла. И люди разделят судьбу Смотрящих в Ночь, когда-то посмевших поднять руку на детей. И миллионы шагнут на "Моря боли", взывая о мщении. И миллионы душ останутся навеки над ними, превратятся в опустевшие, бессильно шепчущие оболочки, тысячекратно умножая мощь бурлящих, вечно кипящих черных волн.

- Включить карту сектора Фурсан, - посреди зала опустилась колышущаяся завеса, тут же превратившаяся в великолепную карту звездного неба. Красная точка показывала расположение флота, зеленая - Аполлона-2. Рядом с Аполлоном-2 внезапно загорелась еще одна зеленая точка, а на информационных дисплеях около каждого килрача появилось название: поселение Джулиана.

- Вы видите поселение Джулиана, как зовут ее люди, - отрывисто заговорил Нераг, опершись обеими руками о кресло - больше, чтобы не выдать охватившую его дрожь. - Население - чуть больше миллиона человек, был оставлен нашими войсками семь Оборотов назад. Система не имеет ни малейшей стратегической или тактической ценности, потому там присутствует минимальное число войск; оборонительные системы по нашим данным слабы. Захват системы и выход на позицию чистого удара будет делом нескольких часов.

Стало тихо. Так тихо, что не слышно было даже дыхания взиравших с ужасом и пониманием на командира килрачей. Слова еашш-руала про позиции чистого удара сняли все вопросы даже у самых недоверчивых: Нераг действительно предлагал именно то, что предлагал.

- Люди получат ультиматум: или наши дети, или миллион их сородичей. А для доказательства серьезности наших намерений мы нанесем демонстрационный удар по второстепенной цели, и предоставим им возможность подумать.

- А если они не пойдут на компромисс? - осмелился спросить капитан тяжелого крейсера из дивизии Рейс'саха. Нераг молча повернул к нему голову и тяжело посмотрел прямо в глаза. Килрач судорожно сглотнул и потупил взор.

- Если они не пойдут на компромисс, - раздельно, делая нажим на каждом слове, произнес еашш-руал, - то я отдам приказ о полномасштабной бомбардировке. И объясню людям, что если они не отдадут детей - такое повторится очень скоро над каждым их миром.

Нераг почти физически чувствовал страх собравшихся… и обреченную решимость, смешанную со свирепой радостью. План, предложенный им, имел все шансы на успех, что означало спасение всех детей.

Пусть даже ценой их собственных жизней.

- В связи с отставкой тушд-руала сообщать что-либо в штаб я считаю бессмысленным. Мы не должны повторить ошибки, из-за которой началась эта война. Ни Руал, ни кто-либо из штаба не будут поставлены в известность, пока флот не отправится в путь, - громко и четко говорил Нераг. - Это наш рейд - и это единственное мерило нашей совести, нашей жизни. Все, что мы сделали или могли бы сделать, не перевесит того, что мы сделаем сейчас. И я обращаюсь к вам открыто и честно: кто не хочет - может не лететь. Судьей ему, как всегда и везде, будет его совесть и честь. И, коль он сможет примириться, - значит, это его выбор и его право. Теперь решайте вы!

Снова тишина, тяжелая, давящая. Твердеющие взгляды каждого, встающего со своего места, и уверенно смотрящего на своего командира. Слов не было, да и не нужны были слова: взгляды говорили все лучше всяких слов. И в каждом взгляде горело одно: вперед! Веди нас!

Но видел он только один единственный взгляд, в котором восхищение им и решимость идти до конца смешивалось с нежностью и любовью. И полускрытый телами других кристалл пульсировал в такт его собственному, и в такт биению их сердец, как в тот миг, когда в Храме Стражей Небес разъедающий плоть луч огня навеки объединил их души.

И мертвенный ужас стальными когтями сжал сердце Нерага, напоминая, что скоро всему этому придет конец.

*7*

Массивная фигура выступила из тени. Склонившаяся над распростертым на холодном полу телом девушка подняла голову и жестом попросила тишины.

- Как он?

- Не очень, отец, - Леа бережно провела мокрой тряпкой по шерсти на виске До'оша, удаляя сгустки крови. - Переломов, кажется, нет, но без аппаратуры я ни за что не могу поручиться. По крайней мере, удалось остановить кровотечение, но до завтра ему нужно лежать.

- Он приходил в себя? - Вэракк грузно присел рядом. - Рассказал что-то?

Дочь отрицательно покачала головой, полностью поглощенная уходом за ссадинами и ранами килрача. Она так и не отошла от До'оша ни на шаг, с того мига, когда его окровавленного швырнули на песок люди.

- Плохо! - подытожил математик. Рассеяно посмотрев на лицо До'оша, он нахмурился: - Во имя Ушедших, чего он полез в драку с людьми? Он что-то говорил?

- "Они взяли детей! Они взяли детей…" - он твердил это с полчаса, а потом затих, - Леа на минуту прервалась и взглянула снизу вверх на отца. - Что это может значить?

Вэракк распрямился и почесал шерсть на щеке. Протопав к окну, выходящему на восток, он несколько минут что-то высматривал там.

- Сегодня мне рассказали, что в город людей приземлился сильно поврежденный пассажирский транспортник Империи, - не оборачиваясь, сказал он. - Это случилось примерно за час до того, как к нам привезли До'оша. Если он с людьми шел не очень быстро - вполне возможно, он видел его посадку.

- Дети… - Леа никогда не приходила в голову такая мысль. Широко раскрытыми глазами, в которых клокотал гнев, ужас и ошеломление, она смотрела на отца. - Ушедшие, да не допустят такого…

Вэракк послал раздраженный импульс.

- Надо оповестить всех наших, а потом попробуем передать весть в соседние лагеря. На вечер я созову Круг - надеюсь, меня послушают. Ты оставайся здесь и никуда не выходи, - добавил он от выхода. - Я распоряжусь, чтобы вас никто не беспокоил. И приму меры, если его будут разыскивать люди. Как ты думаешь, они его хорошо запомнили?

- Совсем не запомнили, - несколько нервно рассмеялась Леа. - Для них мы на одно лицо.

- Хорошо. Следи за ним и немедля сообщи, если он очнется.

- Как скажешь, отец, - тихо ответила Леа, опуская глаза к лицу До'оша.

*8*

Без малого сотня крейсеров Империи Килрач в боевом строю скользила сквозь облака обломков, разбитых истребителей, оплавленных кусков металла. Еще полчаса назад здесь было две станции наблюдения Конфедерации и одно соединение легких крейсеров, а теперь в пустоте парило только груда металлического лома. Внезапная атака трех дивизий и безукоризненное маневрирование завершилось перекрестным огнем и поголовным истреблением всего живого, не остановившимся даже тогда, когда понеслись тщетные призывы о пощаде.

На командном мостике флагмана Нераг сосредоточенно просматривал запись последних мгновений боя. Вот два крейсера бросаются прочь от гибнущей в ливне антиматерии станции наблюдения, вот им наперерез вылетает тяжелый крейсер дивизии Рейс'саха. Один из человеческих крейсеров пытается развернуться, но инерция не позволяют ему вовремя выйти на вектор атаки. Крейсер Империи плюет практически в упор шаром антиматерии, защитное поле принимает удар на себя, поддается - и в самом центре крейсера загорается миниатюрное солнце аннигиляции, раскидывающее хищные протуберанцы к корме и носу обреченного корабля.

Нераг коснулся переключателя - и услышал отчаянные крики, заполнявшие тогда эфир: "пощадите… мы сдаемся, сдаемся…", и оборвавшиеся с распавшимся на атомы последним кораблем людей. Остатки космолетов продержались лишь парой минут дольше.

- Еашш-руал, - загудел корабельный коммуникатор. - Пространство полностью очищено от противника, выживших не найдено. Мы можем переходить в гиперпространство согласно намеченному графику.

- Благодарю вас, тоа'аноа Еррах. Передайте флоту приказ отозвать назад все космолеты и готовиться к прыжку. Сообщите, когда будете готовы.

- Так точно, еашш-руал.

На экране искры истребителей и бомбардировщиков потянулись к своим кораблям, а Нераг с гордостью оглядел свою эскадру. Никто, ни один килрач не отказался от самоубийственного броска к поселению Джулиана.

Повинуясь приказу еашш-руала, серебристые линии выделили один из тяжелых крейсеров. В груди Нерага неровно дрогнуло сердце и потеплел взгляд: крейсер Кэры, флагман ее соединения, которое она в категорических выражениях отказалась оставить и присоединится к пятерке кораблей, что должны забрать с Аполлона-2 детей. Нераг вспомнил их короткий спор в пустом зале совещаний, после того, как все разошлись по своим кораблям: