Университет Истинного Зла - Наталья Лисина

— Что данное заклинание только поднимет зомби, но не позволит его контролировать, — ответила я автоматически, не разлепляя глаз. Сказывалось внезапное пробуждение и напряжение последних шестидесяти минут. Да и голос, опять же. Вот бы ведьмак мне сказки на ночь рассказывал…

— Если я и буду рассказывать вам сказки, Римо, то только те, после которых вам обязательно приснятся кошмары, — ответил на мои мысли преподаватель по основам некромантии.

— Если вы будете рядом, магистр, то сниться мне будут исключительно эротические сны, — подумала я, кажется, снова вслух. Адепты, прислушивавшиеся к нашему с преподавателем диалогу, захихикали.

— Римо, а вы хотя бы понимаете, с кем сейчас говорите? — раздалось вкрадчивое уточнение прямо надо мной. Я отлепила лицо от парты, пальцами подняла непослушные веки и смерила ведьмака изучающим взглядом. Подумав, кивнула и, снова устраивая голову на парте, ответила:

— С мужчиной моей мечты.

В аудитории наступила мёртвая тишина. Прекратились даже шепотки первокурсниц и шорох бумаги.

— Я смотрю, вам совсем не интересна моя лекция.

— Просто пытаюсь посмотреть эротические сны, пока вы рядом. Не отходите, пожалуйста, далеко.

В аудитории стало ещё тише, хотя, казалось бы, куда больше. Наверное, мухи упали в обморок от моей честности. Она, кстати, была явлением для меня редким, а потому странным. В последний раз, когда я отвечала честно, на мне использовали дурман.

Дурман? Чёрт!

Короткая мысль обожгла сознание, заставив подскочить. Первый признак отравления дурманом — сонливость. Сразу после этого тянет на откровения. Ещё немного, и я стану выполнять всё, что мне прикажут, а после — смерть. Безболезненная, но необратимая.

— Неужели вы снизошли до нашего скромного общества, адептка? — с саркастичной улыбкой протянул преподаватель. Я, даже не удостоив его взглядом, вскочила с места и рванула в лаборантскую. Чуть шевельнула пальцами, приподнимая щит на двери. Плетения не разорвутся, но барьер поднимется, как ткань, пропустит меня и опустится следом. Больших магических затрат это не требует, но концентрация должна была быть отменной. В любой другой момент я вряд ли бы справилась, однако сейчас мой организм медленно умирал. Чего только не сделаешь, зная, что вот-вот превратишься в живого зомби, а потом действительно откинешь копыта. А ведь в аудитории сидела не я одна…

Последняя мысль заставила меня ускориться. Возможно, прямо сейчас кому-то нужна моя помощь, но никто этого не понимает. Страх подгонял, руки всё быстрее перебирали колбы и пузырёчки, стоящие на полках. Нужное зелье, по закону подлости, стояло в самой глубине шкафа. Но главное то, что я его нашла!

Издав радостный вопль, я схватила один из пузырьков и сделала щедрый глоток. Слабость отступила мгновенно, отчего слегка закружилась голова, но времени на то, чтобы прийти в себя, у меня не было. Поманила пальцем все остальные флаконы с зельем из полыни и мандрагоры и выскочила в аудиторию. Возмущённый взгляд преподавателя снова проигнорировала, коротко скомандовав:

— Встать.

С мест тут же поднялись все адепты, сидящие за первыми партами. Взгляд каждого был затуманен. Внимательно осмотрела всех студентов, сидящих дальше. Каждый второй зевал, а остальные уже хихикали и перешёптывались, делясь своими секретами.

— Да пожри Тьма того упыря, который сюда эту гадость принёс! — рыкнула я, силой воли срывая крышки со всех флаконов разом и понимая, что зелья не хватит на всех, даже если его распылить. — Пить, — ещё одна команда, и ребята с первых парт уже тянутся к флаконам. На следующие четыре ряда, на которых сидели делящиеся тайнами первокурсники, я распылила остатки. Подняла взгляд на оставшиеся шесть рядов, где адепты только начинали зевать в кулак, и решила действовать по старинке.

Раз — под потолком сгущаются тучи, два — раздаются первые раскаты грома, три — ледяные капли сплошной стеной хлынули на последние ряды, не задевая впереди сидящих. Адепты, внезапно получившие изрядную порцию холодного душа, разом подскочили, скинув вуаль сонливости. Я довольно улыбнулась, наблюдая за тем, как мокрые некроманты скачут вниз по лестнице с таким рвением, что любой горный козёл обзавидовался бы.

Сил на то, чтобы усмирить локальную бурю, уже не было, и я просительно взглянула на хмурившегося преподавателя. Тот, поняв намёк, кивнул и вскинул руку. Ещё три секунды, и от ливня остались только лужицы на полу, да и те стремительно высыхали.

— Вы нашли источник? — снова обернулся ко мне обеспокоенный ведьмак, уже сообразивший, что к чему.

Я в ответ покачала головой и устало привалилась к кафедре. Ей уже не пользовались лет двадцать, а потому я искренне не понимала, почему эта рухлядь занимает место в аудитории. Теперь же любовно погладила обшарпанную поверхность и решила, что кафедра вполне может быть полезной. Для магичек, которые не могут стоять на ногах.

— Яд распространялся отсюда, — обвела я рукой площадь перед партами. — Возможно, веник сунули в ваш стол. Ведьмаки ведь не чувствуют дурман.

— Мой стол под защитой.

— Угу, и лаборантская тоже, — кивнула я с хитрой улыбкой, намекая на то, что я-то в защищённую от любопытных студентов комнату попала, и сползла на пол. Адепты, всё ещё не понимающие, что сейчас произошло, напряжённо молчали.

— Как думаете, кого хотели отравить?

— Нас, — вмешался в диалог третий голос. Данталион сидел, сцепив пальцы в замок и зло сощурив почти чёрные, с вишнёвым отливом глаза. Увидев, что мы с ведьмаком молчаливо ждём продолжения, фей неохотно признался: — для Светлых дурман гораздо опаснее. Даже в малых дозах это сильнейший наркотик, а здесь было явно покушение на убийство.

— И почему же вы всё ещё дышите? — поднял тёмную бровь мужчина моей мечты.

Фей молча достал из-под форменной мантии медальон на золотой цепочке.

— Какая любопытная вещица… — протянул четвёртый голос. Женский. Подняла взгляд и узнала в говорившей некромантке утреннюю знакомую. — Этот артефакт будет посильнее даже Абсолютной защиты. Сколько же человек погибло при его создании? — спросила девушка, ни к кому не обращаясь, и посмотрела на эльфов. — У вас такие же?

Ушастые слаженно кивнули, а некромантка всё так же с интересом рассматривала медальон.

— Ни сорвать, ни продать, ни подарить. Кроме магической и физической защиты, усиливает регенерацию, восстанавливает резерв, накапливает магию и маскирует ауру, — с каждым словом девушки мои глаза расширялись. Столько всего для обычных некромантов? Как же сильно, однако, Светлые пекутся о своих детках. Или не Светлые?