Навсегда осталась твоей - Джеки Эшенден

Это резкое признание поразило ее, как разряд электричества, и у нее пересохло во рту. Калиста начала злиться на реакцию своего предательского тела.

– Нет, вы меня не хотите, – так же резко ответила она, стараясь отдалиться от него. – Вы рассердились на мой вопрос и хотите наказать меня.

На его лице отразилась непонятная эмоция.

– Какая вы проницательная. Но вы ошибаетесь.

– Вы можете получить любую женщину, какую захотите, – настаивала девушка. – Вы не хотите меня.

Его глаза сверкнули.

– Может, вам лучше уйти, пока я не решил доказать вашу неправоту?

Ее сердце билось как сумасшедшее. Калиста не понимала, почему продолжает этот разговор. Ведь она не желает, чтобы он ее хотел.

Лгунья.

Нет, она не лжет самой себе. Его внимание ничего не значит. Его прикосновение не заставило ее усомниться в себе и не поставило под угрозу годы железной дисциплины, к которой она себя приучила.

– Я не понимаю, почему я.

– Я сказал вам, почему. – Он шагнул назад и кивнул на дверь. – Уходите.

Она обязана подчиниться его приказу. Однако Калиста не сдвинулась с места. Ей хотелось знать ответ, чтобы обезопасить себя на будущее.

– Нет, – решительно сказала она. – Ответьте мне.

Выражение его лица ожесточилось, свет заблестел на его черных волосах и смуглой коже. Он вдруг стал воплощением могущественного короля, командующего армиями.

У Калисты засосало под ложечкой. Она поняла, что забылась и позволила ему увлечь ее мужской красотой и соблазнительными взглядами. А ведь он не заботится ни о ком, кроме своего брата, которого явно любит.

И Калиста сейчас ведет себя с Ксерксом как с простым мужчиной, а не как с принцем и своим начальником.

Она совершила ошибку.

Если у нее осталось здравомыслие, она должна извиниться и выйти из комнаты.

– Что‑что? – холодно спросил принц. – Я не ослышался: вы чего‑то требуете от меня?

Она знала, что ей следует развернуться и уйти. Но ее ноги не двигались. В глубине души она жаждала его внимания и нежного прикосновения. Ей хотелось быть желанной и любимой.

Калиста выпрямилась, ее сердце быстро колотилось.

– Это не требование, а вопрос.

– Он не похож на вопрос.

Бороться с ним было бесполезно. Она не могла этого сделать. К тому же это был просто вопрос.

– Я только хотела знать, почему это… Почему я…

Принц уставился на нее обжигающим взглядом:

– Почему вы хотите это знать?

Калиста не могла ему признаться и раскрыть свою слабость и ужасное одиночество, с которым, как ей казалось, она справилась.

Эта мысль жгла ее как раскаленное железо. Калиста уставилась на мускулистую грудь принца, покрытую шрамами. Раньше она их не замечала. Длинные порезы на груди и животе, явно от ножа, и характерные круги от пулевых ранений на плоском животе. Были и другие шрамы от оружия, которые он приобрел при невыясненных обстоятельствах. Ксеркс не был изнеженным принцем, которого держали в безопасности и роскоши. У него было тело воина, и шрамы подтверждали это.

Ее захватило сильное желание. Да, ей важно, почему принц хочет ее. Здесь и сейчас она тоже хочет его. В конце концов Калиста во многом себе отказывала, чтобы добиться того, чего добилась сейчас. Она пожертвовала многими удовольствиями ради жесткой дисциплины. Не позволяла себе ничего, что могло бы поколебать ее преданность, или сделать слабой: прикосновения, близость, тепло, удовольствие от понимания, что ты желаема.

В армии ты такой же, как все. Ты ничем не отличаешься от остальных. Солдат – просто винтик в машине. Ей не хотелось быть особенной просто потому, что она женщина.

Но сегодня вечером она желает почувствовать себя женщиной. Калиста вздохнула и задрожала.

– Почему я хочу знать? – Ее голос звучал странно, даже для собственных ушей. – Потому что я всего лишь телохранительница, а вы принц. Что мог во мне увидеть принц?

Он стоял неподвижно, золотые искорки в его глазах сияли как звезды в ночи.

– Я не шутил. Вы сияете как солнце, Калиста. И сейчас я смотрю на вас не как принц, потому что не вижу перед собой телохранительницу. Я мужчина, и я вижу перед собой женщину.

Ей не нужно было видеть выражение его лица, чтобы понять, что принц предельно серьезен. Это слышалось в каждом его слове.

«Ты всегда хотела быть чьим‑то солнышком, Калиста».

На долю секунды Ксеркс показался ей обыкновенным мужчиной, а она себе – женщиной.

Она сжала кулаки, опустив руки вдоль тела.

– И это все?

– Чего еще вы хотите? – Он сделал полшага в ее сторону. – Вы хотите, чтобы я взял вас? Вы это пытаетесь сказать? Потому что, если это так, говорите яснее.

Наверное, у нее появился шанс ненадолго забыть о многолетней дисциплине и позволить себе нечто большее. Что‑то, что не связано с тем, чтобы скрывать свои чувства. Она может почувствовать себя довольной, свободной и желанной. Из всех женщин, которые у него были, он выбрал именно ее.

Так почему бы не принять то, что он ей предлагает? Почему бы не выйти за рамки, которые установила для себя? Избавиться от брони, которой отгородилась от мира.

Только одна ночь свободы.

– Да, – хрипло ответила она. – Именно это я пытаюсь сказать.

Он замер.

– Надеюсь, вы понимаете, о чем просите, Калиста. Потому что я могу предложить вам только одну ночь. Я женюсь на принцессе Элени, и я не передумаю.

Калисту это вполне устраивало. Одна ночь, чтобы побаловать себя и получить удовольствие. А после она снова станет солдатом и ни о чем не пожалеет.

– Мне достаточно одной ночи.

– Потом я буду делать вид, что не знаю вас. Словно между нами ничего не было, – резко и жестко произнес он. – Я верен своему брату, и мне нужно беречь свою репутацию ради него. Никто не должен узнать, что мы переспали.

– Я не хочу, чтобы король об этом узнал. – Она в ярости уставилась на Ксеркса. – Это может поставить под угрозу мое повышение по службе.

– Никто не узнает, я обещаю.

Калиста задрожала от возбуждения и страха, что показалось ей странным. Мысли о боли и смерти – постоянные спутники воина, и она привыкла к подобным вещам, но побаивалась обнажиться перед мужчиной и испытать удовольствие.

– Будь уверена, Калиста, – мягко сказал он, – иногда мы получаем совсем не то, чего ожидали.

Но уже слишком поздно для размышлений. Теперь Ксеркс находится в пределах ее досягаемости, а мечты близки к воплощению в реальность. Она жаждет почувствовать себя свободной в его объятиях и забыть о дисциплине.

– Я в этом уверена, – ответила она прерывающимся