Пролог. Смерти вопреки - Андреев Николай

– Пожалуй, – согласился Грейсон. – Однако я слышал, что в последнее время в заведении царит суровые нравы. Мальчик должен уметь постоять за себя. В противном случае сожрут беднягу.

– Эта проблема меня совершенно не беспокоит, – улыбнулся Крейн. – Денег на образование сына я никогда не жалел. Брин отлично ездит верхом, великолепно стреляет и фехтует на шпагах.

– Фехтует? – изумленно переспросил Линк. – Надеешься, что он когда-нибудь получит дворянское звание?

– А почему бы и нет, – вымолвил Мектон. – В период смуты всякое бывает. Четыреста пятьдесят лет назад после победы над горгами Тино Аято многим офицерам пожаловал баронские титулы.

– Но так обычно отмечают храбрость и героизм на поле брани, – возразил маорец.

– Я не зря упомянул смуту, – произнес аланец. – В хаосе и неразберихе часто выходят на передний план не смелость и отвага, а хитрость и изворотливость. Надо лишь не упустить свой шанс.

– Крейн, ты – опасный человек, – рассмеялся гость. – Я даже не догадывался…

– Хватит спорить, – сказала Хельда. – Обед стынет. Рассаживайтесь побыстрее.

Долго уговаривать мужчин было не нужно. И Грейсон, и Мектон любили вкусно поесть. Серьезных бесед за столом не вели. Короткие, отдельные реплики, в основном, о специфике местной кухни. Хозяин не без гордости заявил, что поваром у него невольник, работавший в лучших ресторанах Лендлина, одного из крупнейших городов Грайданского герцогства. Улучив удобный момент, женщина повернулась к маорцу и негромко поинтересовалась:

– Линк, ты когда отправляешься домой? Дня два-три побудешь у нас?

– А что уже надоел? – весело произнес Грейсон, отставляя тарелку в сторону.

– Наоборот, – вымолвила аланка. – Гости скрашивают скучную, рутинную жизнь усадьбы.

– Увы, Хельда, увы, – с горечью сказал маорец. – И рад бы, да не могу. Я ведь на Елании по делам. Договорился с властями, чтобы осужденных преступников доставляли сразу на шахты, минуя перевалочные базы. Первую партию необходимо проконтролировать. Челнок стартует в двадцать три часа по стандартному времени. А мне еще ехать на электромобиле до космодрома. Четыреста тридцать километров – не шутка.

– Жаль, – искренне расстроилась женщина. – Приятно было бы вспомнить молодые годы.

– В другой раз, – произнес Линк. – Обещаю, что прилечу с семьей. Тогда и поболтаем.

После обеда Грейсон и Мектон прошли в кабинет хозяина. Биржевые новости и цены на продовольствие и рабов мало волновали хозяйку дома. Ближе к вечеру гость начал собираться в дорогу. Тепло попрощавшись с Хельдой и Брином, маорец зашагал к стоящему у лестницы лимузину.

Крейн двигался чуть сзади.

Массивная, тяжелая дверь машины плавно поднялась вверх.

– До встречи, – вымолвил аланец, крепко пожимая руку товарищу. – Удачи в бизнесе.

– И тебе того же, – ответил Линк. – Уверен, через пару лет ты переселишься в более престижный район.

– Надеюсь, – проговорил Мектон. – Я вложил большие деньги в новый проект.

Грейсон хотел сесть в электромобиль, но вдруг остановился и спросил:

– Кстати, сколько ты заплатил за пленника, распятого на столбе сегодня утром?

– Что-то около шести тысяч, – после непродолжительной паузы сказал хозяин.

– Значительная сумма, – произнес маорец. – А что если я предложу тебе за парня пятьсот сириев.

– Смеешься? – недоуменно вымолвил Крейн. – Невольник стоит гораздо дороже.

– Согласен, – кивнул головой Линк. – Но уже завтра он превратиться в высохший труп, и ты ничего не получишь.

– А какой в этом твой интерес? – проговорил аланец. – Неужели только выгода?

– У меня возникли некоторые проблемы с людьми, – пояснил Грейсон. – Взрывы и обвалы выкосили сорок человек. Часть тоннелей пустует. Я терплю убытки. Каждый раб на счету. Так зачем напрасно губить хороший товар? Вернешь хотя бы часть затраченных средств.

– Но мальчишка – преступник, – возразил Мектон. – Убиты охранники и пилот бота.

– Мерзавцы различного рода – моя специализация, – отреагировал маорец. – Поверь, негодяй попадет в прекрасную компанию. Мало ему не покажется. Среди заключенных есть редкостные выродки.

– Рассуждаешь логично, – сказал Крейн. – Но ты забыл, что пленник висит почти с рассвета.

– Думаешь, парень умер? – произнес Линк, опираясь плечом на дверцу лимузина.

– Нет, невольник достаточно крепок, – вымолвил аланец. – Однако ублюдок наверняка лишился глаз. Стервятники добычу не упустят. Да и шкуру рабу хищники изрядно подпортили. Он на грани.

– А если проверить? – проговорил не желающий отступать Грейсон. – Вдруг бедняге повезло.

– Ты упрям, – усмехнулся Мектон, доставая из кармана маленький сребристый аппарат.

Хозяин быстро перелистал перечень абонентов и, найдя нужный адрес, нажал на кнопку. Ожидание длилось секунд пять. Наконец, связь наладилась, и Крейн громко сказал:

– Эдвин, немедленно возьми врача и сходи к столбу. Через минуту доложишь о состоянии пленника.

Не успел аланец закончить фразу, как маорец хлопнув приятеля по плечу, произнес:

– А чего стоять, тут доехать сущий пустяк. Я хочу лично взглянуть на мальчишку.

– Хорошо, – вымолвил Мектон. – Давай, прокатимся. Ты меня заинтриговал.

Мужчины сели в машину, и электромобиль сорвался с места. Вскоре водитель повернул к лагерю невольников. Крейн издали увидел странную группу возле бараков. Дарнели выполнил приказ хозяина и вел к рабу женщину в белой одежде. Следом за надзирателем шли четыре штурмовика.

– А твой помощник не дурак, – заметил гость. – Догадался, что подобные распоряжения отдаются не случайно.

– Этот кретин не способен на такое, – проговорил Мектон. – Инициативу проявил начальник конвоя.

Фигуру Элисона аланец различил сразу. У крайнего здания лимузин замер. Дальше дорога отсутствовала. Покинув электромобиль, Крейн и Линк зашагали к солдатам. Охранники, между тем, время напрасно не теряли. Они приставили лестницу к столбу, и врач осторожно поднялась к пленнику. Осмотр невольника явно затягивался. Рабовладельцы приблизились к штурмовикам. Ник и Эдвин что-то бурно обсуждали. На лицах обоих неподдельное изумление. В правой руке надзирателя мертвая птица.

– О чем спор? – прерывая беседу подчиненных, спросил хозяин.

– Семьсот тринадцатый умудрился прикончить крекота, – доложил Дарнели, демонстрируя стервятника.

– Каким образом? – удивленно произнес Мектон, поворачиваясь к Волкову.

Выглядел пленник ужасно. Одно плечо изуродовано, на груди глубокие царапины, на лице и на теле кровавые подтеки. Падальщики с добычей не церемонились и рвали ее буквально на куски.

– Поймал хищника ртом и перекусил твари горло, – бесстрастно сказал Элисон.

– А подобное уже бывало? – вмешался в разговор Грейсон.

– Нет, – отрицательно покачал головой Эдвин. – Обычно невольники лишь кричат и дергаются.

– Мальчишка мне определенно нравится, – усмехнулся маорец. – Борется до конца.

Женщина неторопливо спустилась с лестницы и направилась к Крейну.

– Ну что, мерзавец еще жив? – вымолвил аланец, обращаясь к врачу.

– Да, – ответила рабыня. – Он сейчас без сознания. Незначительная потеря крови, обезвоживание организма, разодрано левое плечо, рана на верхней губе. Есть серьезные ожоги кожи.

– Медицинские подробности никому не нужны, – раздраженно произнес Мектон. – Необходимо общее заключение.

– До утра протянет, – сказала пленница. – Может, даже до полудня.

– Отлично, – проговорил Линк. – Я не ошибся в своих прогнозах. Итак, пятьсот сириев.

– Тысяча, – вымолвил Крейн. – Парень необычайно вынослив. Уж лучше потерять товар, чем отдать за бесценок.

– Теперь понятно, как ты сколотил состояние, – произнес Грейсон. – Предлагаю семьсот.

– Тот, кто не умеет торговаться, ничего не добьется в бизнесе, – возразил аланец. – Восемьсот.

– Хитрец, – улыбнулся гость. – Мое последнее слово семьсот пятьдесят. И ни сирием больше.

– Согласен, – сказал Мектон. – Я конечно в проигрыше, но компенсация за моральный ущерб не помешает.