Проклятые (СИ) - Нонна Монро

глупую песню, что звучала из старых динамиков, и плохую дорогу. Иначе придется оплатить не только поездку, но и химчистку.

Таксист высадил нас неподалеку от дома, видимо того самого, где жила невзаимная любовь Тима. Отчасти я удивлен, что владельцы дома нашли жильцов, которые не побоялись жить рядом с лесом. Я попытался вспомнить, кому именно принадлежало дом, но имена смешались в памяти, как и лица.

— Тим, подъем. — Я толкнул друга в плечо, передал смятые купюры таксисту и сам поспешил покинуть автомобиль. Тошнота медленно отступала, стоило ногам оказаться на твердой земле. Но вместе с тем на меня нахлынуло столько разных эмоций. Все они казались давно забытыми, но видимо ностальгия и тоска по Элизе дала о себе знать.

Я постарался взять себя в руки и нацепить на губы привычную ухмылку. Слезу можно было пустить позже. Наедине с воспоминаниями и коробкой. Тим, к слову, воспрял духом. Даже в темноте я заметил румянец на его щеках.

Радость длилась не так долго: дома девочек не оказалось. Тим несколько раз заглянул в окна, активно постучал в дверь и даже наткнулся на грозную кошку. Она яростно зашипела, когда он в очередной раз вскинул кулак. Зато потерлась об мою ногу и позволила себя погладить.

— Она выбрала меня, — пожал я плечами, и с губ Тима сорвался нервный смешок. Он всегда неуместно хихикал, когда испытывал волнения. Помню, как однажды нас поймала соседка: мы перелезли через ее забор и щедро срывали цветки с клумбы. Безусловно, делали на спор, а не потому, что хотели вывести старушку из равновесия. Не успели мы оборвать жизнь четвертого цветка, как женщина выскочила из-за угла, сжимая сморщенными руками грабли. Тим засмеялся, чем привел в исступление не только старушку, но и меня.

— И что теперь будем делать? — покачиваясь, уточнил Тим. Я не сразу ответил. Прежде решил проверить карманы на наличие пачки сигарет. Пальцы нащупали лишь блистерную упаковку с никотиновой жвачкой. Черт, не вовремя я решил бросить курить.

— Иди за мной.

Я закинул жвачку в рот и двинулся к лесу. Тим нерешительно пошел за мной. Он что-то бормотал себе под нос или напевал. В любом случае его пьяный бред мне не хотелось расшифровывать. Сейчас важнее отыскать коробку.

С каждым шагом становилось страшнее. Я беспричинно начал оглядываться. Казалось, что за мной кто-то следит. Тим же не выглядел испуганным или растерянным. Он так увлекся разговором с самим собой, что в какой-то момент вновь хихикнул.

Я раздвинул нависшие ветви и пропустил Тима вперед. Глуповато, не спорю, ведь Тим и предположить не мог, в каком месте закопано мое прошлое. Но он шел так, словно в ту ночь был третьим.

— Где это место? — шепотом я задал сам себе вопрос.

— Ты чего шепотом говоришь?

Я обошел Ти и осмотрелся. Пришлось даже включить фонарик на телефоне. Если память мне не изменяла, то где-то справа должна быть небольшая поляна, а за ней как раз таки наше с Элизой место. К этому месту не вела протоптанная дорога, наоборот, путь к ней лежал через кусты и деревья. Я решительно шагнул вперед, не обращая внимания, как еловые и сосновые ветви хрустели под ногами. Я был слишком пьян, чтобы заметить людей на поляне. Зато Тим заметил. Он с криком выскочил из-за моей спины и ринулся навстречу к тьме.

Что происходило дальше невозможно описать.

Я испугался и совершил ошибку: убежал, оставив друга наедине со смертью.

Глава 5

Майя

Лунный свет слегка освещал поляну. Теплый ветер запутался в волосах сестрицы. София мирно сопела. Ее лицо было расслабленным, а уголки губ слегка приподняты. Я бы свернула ей шею, лишь бы не наблюдать за этой умиротворенностью. Свернула шею, а после измывалась бы над телом. И когда София очнулась бы, раны принесли бы ей новую боль. Нестерпимую. От которой сестрица молила бы о смерти. София тут же взывала к дорогой мамочке, чтобы та разорвала наши узы и позволила ей умереть. Столько способов, чтобы убить. Столько возможностей отомстить за каждый день власти. Но смерть Софии не будет первой. Прежде мне нужно вернуть былую мощь и силу.

Крики умирающих ведьм все еще ласкали слух. Для меня не существовало времени, поэтому я все еще слышала это ор. Ощущала в ноздрях вонь обугленной плоти, а на языке вкус кровавых сердец. Но не эти ведьмы были моей целью. А волки.

Та, что создала меня, требовала убить каждого. Стереть этих щенков с лица земли. Природа допустила огромную ошибку, когда создала их. Потратила столько сил, наделив их скоростью, мощью и обостренным слухом. Подарила обращение. Такие дары для столь ничтожных существ…

Магия сестрицы отравляла воздух. Она и не подозревала сколько сил хранила в себе. Сколько мощи и возможностей. Но рядом с ней существовал совершенно иной источник. Древний.

Столько соблазнов. Столько возможностей. Но мне необходимо было размяться. Разбудить тьму, что не видела света последние сто лет.

Я уловила движение. Кто-то двигался к нам, ломая грубыми ботинками ветви. Кажется, их было двое. Я не двигался, лишь чуть склонила голову и устремила взгляд в их направлении. Люди. Живые души. От них веяло молодостью и страхом. Их тихий смех пронзал ночную тишину, но сестрица крепко спала, уложив рядом с головой мешочек с лавандой.

Они приближались. Земля вибрировала от каждого шага, но София не обладала таким чутким слухом. Ее веки плотно сомкнуты. Лицо все еще выглядело расслабленным. Я контролировала каждый свой вдох и движение. Сестрица не должна пробудиться раньше положенного времени. Для начала, гости нанесут неожиданный визит. Крики разнесется эхом по лесу, нарушая покой Софии и заставит ее нарушить целостность круга. Одно малейшее движение. Один взмах руки.

Мужчинам оставалось несколько шагов. Я уже предвкушала, как выпущу тьму на волю. Как начну рвать туши и убить каждого, кто окажется на моем пути.

— Где это место? — прошептал один из них.

— Ты чего шепотом говоришь? — чуть громче ответил второй.

Сестрица не услышала, но меж бровей возникла складка. Обед нарушал все планы своей глупой болтовней. Да, я собиралась ими полакомиться. Молодые, соблазнительные, терпкие души молили их вкусить.

Сквозь тонкую бледную кожу выбились налитые мраком вены. Губы сами собой растянулись в улыбке. Вокруг образовалось черное облако. Оно ласково поглаживало стенки барьера, дожидаясь щели. Та, что каждую ночь задавала вопрос, все громче кричала. Ее истеричный голос отвлекал от прекрасной картины: высокий парень с темно-каштановыми волосами ступил на поляну. Одной рукой он держал телефон с включенным фонариком, а второй стеклянную бутылку с янтарной жидкостью. Меня он еще не видел, как и Софию, зато заметил второй с