Интеграция - Андрей Схемов

всего, сейчас были бы гораздо уместнее. Но я решил не жестить. — Что я только что сделал?

— Создал новый путь, — поспешил ответить на мой вопрос призрак астероида. — Или, как любят говорить люди, нашёл уязвимость в системе и с её помощью создал лазейку, — он подошёл в правой створке двери и заглянул в образовавшийся проход. Изнутри валил густой пар и из-за него не было видно, как далеко уходил образовавшийся коридор. — Впрочем, ты ещё не довёл до конца это это дело. Советую поспешить.

Про спешку я без него знал. Ведь моё тело, которое задыхалось под завалом, долго не протянет в таких условиях.

Но что мне делать дальше? Что за лазейку я такую открыл и почему астероид уверяет, что я ещё на завершил начатое?

Подошёл ближе к клубящемуся пару и сразу же понял, что собеседник имел в виду. Оказалось, что никакого прохода вовсе и не было. Ниша, что находилась за дверьми, углублялась в стену от силы на полметра.

— И что дальше? — произнёс я, протягивая руку, чтобы коснуться стены в нише, от которой и валил весь этот пар.

Но дополнительных уточнений не потребовалось. Стоило мне дотронулся до поверхности стены, как я прочувствовал всю породу, которая меня окружала в радиусе пяти метров. Я понимал её состав, знал её твёрдость, различал живущие там микроорганизмы. Но, самое главное, я мог мысленно воздействовать на на неё. Грубо говоря, внутренним взором я видел картинку, похожую на ту, когда создаёшь проект в трехмерной программе. И конкретно сейчас у меня была возможность создать в этом месте подземный проход.

— Невероятно, — вдохновенно произнёс я, пытаясь определить в каком направлении лежало под завалами моё тело. До него было больше пяти метров, поэтому я его пока не видел внутренним взором. — Как это возможно? Нельзя же просто так взять и изменить структуру других веществ. А, тем более, убрать их.

— Ты ничего не меняешь и стираешь, — спокойным голосом ответил астероид. — Я же говорю, это просто лазейка в системе.

Определившись с направлением, я представил округлый тоннель, который тянется от меня на пять метров. После этого убрал ладонь с поверхности стены и порода передо мной начала буквально таять. И на её месте создавался коридор именно той формы, какую я представлял в своей голове. А уже через пару секунд всё было готово.

— Даже если это лазейка, всё равно в голове не укладывается, как это происходит, — несмотря на сомнения, я спешно двинулся вперёд по проделанному мной проходу.

— В местах, где произошла трансформация (вы, люди, называете их аномальными зонами) это обычное явление, — между тем объяснял астероид. — Эволюции подвергаются не только живые организмы. Но меняется и вся структура планеты. Первая и главная ошибка всех, кто получил дар, заключается в том, что вы зацикливаетесь на себе. Отчего-то вы не учитываете, что изменились не только вы. Вы забываете, что вместе с вами меняется и планета. А способности одарённых, зачастую, тесно связаны с окружающим миром. Поэтому на него можно оказывать влияние. Самое разное.

Наматывая получаемую информацию на ус, дошёл до дальней стены, от которой также исходил густой пар. Повторил процедуру — прикоснулся к ней и внутренним взором определил местонахождение своего тела. Оно лежало в трёх метрах чуть левее от этого места. Тут же принялся создавать новый путь. Отметил, что каким-то образом повлиять или навредить своему телу я не мог. Похоже, эта лазейка в системе работала только, так сказать, с неодушевлёнными объектами. Впрочем, так даже лучше. Не придётся себя выковыривать из под обломков. Я их просто заставлю исчезнуть.

Но тут я заметил сложность. Новый участок коридора нужно было прокладывать под обломками. А, если образовать там полость, то конструкция может разрушиться. И, вместо спасения себя, я сделаю в точности наоборот.

Поэтому мне пришлось поломать голову, чтобы понять, как проделать новую лазейку таким образом, чтобы ничего не обрушилось. Сначала хотел пройти снизу. Но внезапно столкнулся с каким-то ограничением. Почему то я не мог утопить коридор более, чем на один метр.

— Изменение земной коры — процесс не самый быстрый, — призрак, разумеется, знал на это ответ. — Там, внизу, находится ещё прежняя порода. Через неё тебе не пробиться. Но можешь подождать день другой и проблема решится.

— Не смешно, — хмыкнул я и начал прорабатывать другие варианты лазейки через обломки.

Мне повезло, что я был инженером-строителем. Поэтому знал не понаслышке, как распределять нагрузку и создавать устойчивые конструкции. К тому же в этом мне помогало внутреннее чутьё, которое, похоже, было частью моей способности создавать эти самые лазейки. Я буквально чувствовал опасные места и понимал, где мой тоннель точно обвалится, а где немного продержится.

Впрочем, в данном случае вообще не было возможность создать долговечный проход. Какой бы я коридор не сделал, он всё равно вскоре разрушится. Но мне и не нужна была вечная лазейка в этом месте. Главное, чтобы хватило времени вызволить своё тело из каменной ловушки. Ну, а после меня, как говорится, хоть потоп.

— Вот так, пожалуй, будет отлично, — наконец, я определился с тем, как проложить новый проход. Сделал его так, чтобы несколько металлических балок остались под самым потолком. Таким образом он возьмут на себя основную нагрузку и потолок продержится подольше.

Отпустил руку от стены.

В следующий миг произошло то же самое, что и в прошлый раз — выбранный мной участок просто растаял. А в трёх метрах от себя, там, где и предполагал, я увидел своё тело. Я не стал убирать обломки под ним, чтобы оно не упало из-за образовавшейся снизу пустоты.

— Быстро ты освоился, — усмехнулся астероид.

— Жить захочешь, и не такое сделаешь, — ответил я.

— Вот и я о том же, — с тонким намёком добавил он. Похоже он имел в виду своё утверждение, что оказался на Земле именно из-за стремления выжить.

В этот момент всё вокруг затрещало. Посыпалась пыль. Со стен и потолка начали падать мелкие камни и угрожающе трястись большие обломки. Протяжно заскрипели балки под потолком.

Нужно было спешить, пока всё не разрушилось.

Я бросился вперёд к своему телу, чтобы вытащить его наружу. Но, как только прикоснулся к нему, тут же оказался в нём.

Меня тут же облило болью, слово из ушата.

Похоже, когда тело было зафиксировано под обломками, весь контраст боли не ощущался.