Тара - Елена Ларичева

Тюве отняла свой документ у человека и посмотрела ему в глаза:

- Теперь ты тоже меня возненавидишь? Я на всю жизнь такая... красивая.

- Я изгой, как и ты, - бывший хранитель пожал плечами. - Меня выгнали оттого, что я старый пьяница и не могу справляться с прежними обязанностями. Тебя - из-за слишком неприглядной внешности. Нам обоим предстоит найти новое место в жизни. Мне нет смысла тебя презирать или как-то обижать.

Тюве кивнула. Действительно, ему нет резона её обижать.

... Город распахнулся перед ней цветной старинной книгой, где каждая картина раскрашена вручную. Люди удивляли её всё больше. Если в эльфийской столице нельзя было встретить представителей других рас, то в Тардрагее Тюве только и успевала выспрашивать у Риона:

- А это кто, с бородой до земли? А тот, винторогий? А зелёный с обвислыми ушами?...

Люди умудрялись вести дела со всеми, ничуть не умаляя при этом своего достоинства.

Прямые, как и в эльфийской столице, улочки. Здания из серо-коричневого кирпича, местами поштукатуренные, местами обложенные разноцветной блестящей плиткой. Пёстрые запоминающиеся наряды знати и успешных торговцев и простенькие, однотонные - рабочего люда...

Стены заветной Академии оказались белыми, высокими и совершенно гладкими. За ними высились четыре бледно-зелёных башни с золочёными крышами, над которыми и днём, и ночью висела завязанная в узел радуга. У ворот белела пристройка, из треугольного окошечка которой выглядывал моложавый привратник. Рион подошел к окошечку, коротко изложил просьбу, и путников пропустили во внутренний дворик перед второй, такой же белой и неприступной стеной.

Между стенами на клумбах росли карликовые деревья, текли крошечные реки, низвергались водопады, и, что самое интересное, стояли домики и суетились букашки - людишки...

Один из них вдруг принялся расти, немало испугав девушку. На вид молоденький охотник. Вышитая жилетка, шапочка с пером, просторные шаровары, сапоги с пряжками... Мастер Искусства Охраны.

- Годы тебя не щадят, - чародей повернулся к Риону.

- Скорее, самогон, учитель. Годы не отбирают умения, - не подумал таиться старик.

- У тебя ещё есть шанс всё вернуть. Ты был способным когда-то. Желаешь попытаться? Я снова набираю учеников. Как раз провожу испытания.

- Я подумаю, - уклончиво ответил Рион.

Пока в Тардрагее у него были другие планы. От предложения учителя веяло сорока-семьюдесятью дополнительными годами жизни, но вновь становиться мальчиком на побегушках было боязно.

- Тут со мной девочка. Беда у неё. Помоги, если сможешь.

Рион отступил на шаг, выталкивая вперёд оробевшую Тюве.

Мастер будто только заметил эльфу. Он прищурил голубые глаза, склонил чуть на бок голову, оглядывая необычное для этих мест создание.

- Ребёнок, - задумчиво пробормотал он. - Ребёнок, который уже вырос из детских вещей.

Мастер взмахнул рукой, с пальцев сорвались два матовых белых шарика, покружились над головой Тюве и вернулись обратно.

- Не к нам, - голос чародея наполнился искренней печалью. - Твой дар, дитя эльфов, ближе к ведьмовскому, не нашему, хоть и не носишь ты их метку. Внутренние двери Академии закрыты для тебя.

- Но как?

Тюве была в отчаянии. Не желает иметь дело с недозрелкой, или она действительно ведьма? Тогда понятно, почему многие заклинения работали у неё не так, как у сестёр, почему отец быстро махнул рукой на её обучение.

- Куда мне идти?

- Ближайший монастырь богини Фра. Час верховой езды от стен города.

Тюве повернулась к окованным серебряными узорами воротам, как Мастер вдруг предложил.

- Хочешь не прятать лицо? На десять дней я дам тебе личину. За это время ты успеешь договориться с ведьмами, а потом она тебе не понадобится. Кажется, так бы ты выглядела, не случись с тобой того, что случилось.

Мириады иголочек кольнули тело Тюве и отпустили. На Мастера с Рионом взглянула красивейшая женщина Земли.

- Удачи с ведьмами, - чародей по-мальчишески подмигнул на прощание.

... Зеркало. Сладость и яд для женщины. В лавке у первого встречного торговца Тюве затребовала примерочную комнату. И долго разглядывала временный облик.

- Примерь это, красавица. Платьице как раз по твоей фигуре. Ах, хороша! А ботиночки на точёных ножках как смотрятся! А курточка на меху... У тебя волос короткий. Так сейчас у эльфов модно? Не видал ещё. Тогда длинные серьги тебе пойдут. Уж поверь старому Мивасу, загляденье...

Долой ненавистные тряпки! Рион, у тебя есть чем заплатить? Купи мне всё это!

Толстый торговец завистливо смотрел на старого спутника юной красавицы. Но он был хорошим торговцем, поэтому удержался от комментариев.

- Рион, давай погуляем по городу! К ведьмам успею. Просто погуляем. Я больше ничего не буду покупать...

Как это пьянит, когда на тебя оборачиваются все окрестные мужчины. Даже если знаешь - это игра, это понарошку. Странное, незнакомое чувство азарта.

Рион не отказывался её сопровождать, не бросил в незнакомом городе, но всё равно хмурился, хоть и молчал. И на том спасибо.

К исходу дня, без вина хмельная и, наконец, счастливая Тюве... нет, принцесса Тювериэль пожелала остановиться в гостинице. Рион долго выспрашивал местных, где можно отыскать приличный угол задёшево, и в итоге кивнул - пойдём. Вот тогда-то и произошла встреча, сыгравшая решающую роль в жизни эльфы. Старика и девушку угораздило повстречать королевский экипаж.

Весело раскачивались синие плюмажи над головами величавых черных лошадей. Холодно блестели расписные ножны шпаг и звёзды отличия на шеях гвардейцев. Яростно орудовал палочками юный барабанщик, замыкавший шествие. А роза на дверце кареты была не алой, а бледно - лиловой. Наследник. Сам почти король. Старик, Шипуп Гнедой, скоро в прах рассыплется. Придворные дни отсчитывают, ставки делают, сколько времени молодой беспутный Варросео трон удержит. Перед молодым юлят, заискивают, а сами зубоскалят за спиной и слухи неблаговидные распускают, позорящие будущего короля.

Но Рион, проживший большую часть жизни вдали от столицы, и тем более Тюве, ничего об этом не знали. Завидев процессию, стрик бухнулся на колени и склонил голову в поклоне, как было заведено при Шипупе. Тюве только отступила к лавке булочника в тень навеса. Но было поздно. Кортеж остановился в конце квартала, и один из гвардейцев, повинуясь жесту изящной ручки из окна, поспешили к эльфе.

- Сударыня, славный Варросео желает побеседовать с вами.

Говорят, ведьме, даже самой слабой, ничего не стоит покорить мужчину. Тем более столь прекрасной. Раскосые серо-серебристые глаза Тюве, экстравагантная стрижка, и что-то неуловимое, что излучает поверившая в себя женщина, покорили избалованного наследника.