Тара - Елена Ларичева

Идти до здания пришлось долго. Каменные плиты под ногами давно растрескались, поросли травой. Сухие стебельки тянулись к небу, ещё не веря, что им не суждено больше увидеть лета. Под сапожками потрескивали мелкие камешки.

Эльфа выбилась из сил, запыхалась, мысленно прокляла негостеприимных хозяев, но дошла. Никого. Двери распахнуты. Внутри монастыря запустение. Сквозняки гоняли по полу бумаги и пучки сухой травы. Гулкое эхо дразнилось и издевательски хихикало под высокими сводами. Лестницы перегорожены рассохшейся мебелью, двери в комнаты заперты...

- Эй! Хозяева! Ведьмы-ы-ы!

- Мы... мы... мы...

По залу, громко хлопая крыльями, пролетела крупная чёрная птица. Тюве бросилась за ней, громыхая своей коляской.

Поворот. Ещё один. И ещё. Только что был коридор. И вот уже внутренний дворик. Идеально круглый. Обросшие арками и балконами синевато-серые стены вздымались вверх к низким грозовым облакам и терялись в их сизой мгле. Куда там семь этажей. Гораздо больше.

И ветер. Откуда ему здесь взяться? Но его порывы едва не свалили девушку с ног. Тюве шагнула вперёд. И ветер стих. Зато посреди дворика вспыхнул костёр. И шестнадцать фигур, шестнадцать ведьм прекрасных и грозных, как эльфийские владыки, повернулись в сторону девушки.

С неба камнем упала чёрная птица, ударилась оземь и обернулась ведьмаком, умопомрачительно красивым, горбоносым, с длинными белыми развивающимися волосами. С сияющем камнем на шее. Тюве почему-то сразу поняла - ведьмак здесь главный.

- Ты пришла в разгар нашего праздника. Значит, так того хотела Фра, - начал он свою речь. Мягкий высокий голос абсолютно не сочетался с его мужественной внешностью. - Фра предупредила нас утром о твоём приходе. Мы давно не берём учеников. Да и ты на роль ученицы не тянешь.

- Но мне нужно... - перебила его Тюве.

Горбоносый не обратил внимание на дерзость. Только дрогнули уголки тонких губ.

- Повинуясь воле богини, мы обучим тебя. Тогда как другие наши воспитанники потратили на познание истин долгие годы, у тебя есть три дня. Если вытерпишь и не сойдёшь с ума, получишь доступ к испытанию. Но и оно окажется для тебя куда более тяжелым и сложным, чем для прочих. Это плата за скорость.

Желтый камень на груди ведьмака зловеще сверкнул. Чёрно-белые одежды затрепетали под очередным порывом ветра.

- Ты согласна?

- Да.

У Тюве не было выбора. Она вдруг ясно почувствовала, что пущенные за ней ищейки встали на след.

- Да, - вдруг заговорила голосом серой кошки высокая женщина с грустными зелёными глазами. - Ты эльфа. Поэтому отрабатывать своё обучение тебе придётся в два раза дольше, чем простым смертным. Как минимум сорок лет на благо этой страны. Сегодня утром пришел заказ на королевскую ведьму. Это ещё одна причина, по которой мы берём тебя, Тара.

- Я Тюве. Тювериэль, - попыталась возразить девушка.

- Тара, - отрезала женщина. - Прежнее имя - пыль. Ты теперь дитя богини-зверя Фра. И сама того не подозревая, ты нарекла себя верно.

- Сёстры, - кивнул ведьмак своим соратницам. - Подготовьте её к быстрому обучению.

Белые молнии сорвались с унизанных перстнями пальцев и закружились над головой эльфы, заставляя волосы на затылке зашевелиться и встать дыбом. Тюве сжала руками виски, ибо в голову одна за другой потекли мысли собравшихся женщин. Не так быстро, пожалуйста-а-а, помедленнее! Не-е-ет! Но разве такое возможно? Мир распался на кусочки головоломки, зазвенел, запел. И пропал.

Пропал, чтобы вспыхнуть новыми цветами через три дня. Тюве. Нет, уже Тара очнулась у трухлявой калитки монастыря. Рядом с ней стоял ведьмак. Лицо его осунулось, украсилось тонким рисунком морщинок, хоть и осталось прекрасным.

- В течение ближайших дней тебя ждёт испытание, - сказал он зачарованно глядящей на него эльфе. - Я не скажу, каким оно будет. Только после него ты изменишься, войдёшь в полную силу, получишь ключи к хранящимся в твоей голове знаниям.

Он грустно улыбнулся на прощание. И чёрная птица вспорхнула в по-прежнему пасмурное небо. А Тара побрела в сторону города. Без коляски, без денег.

"Я почти ничего не помню. Чему меня учили? - роились в её голове испуганные мысли. - Есть слова заклинаний. Но к чему их применить? Есть сила в груди, но куда её направить? И как понять, что испытание пройдено?"

Новое имя. Новая судьба. А ищейки приближаются к Тардрагее. День-другой, и они настигнут беглянку. Сможет ли она дать им отпор?

"Я больше не Тюве! Я Тара. Я не жалкая уродина. Я ведьма!" - как заклинение повторяла она по дороге. Хотя разум твердил наперекор: что такое имя? Шелест ветра в травах или звон колокольчиков над воротами дворца. Песня опоздавшей на юг птицы или трепет надежды в груди. Ничего не изменилось. Ты осталась собой. И ищейкам плевать, как ты себя обозвала.

"Надо найти Риона. Он что-нибудь придумает".

Как ни странно, у городских ворот её встречали. Карета с бледно-лиловым гербом принца, запряженная четвёркой светло-серых коней. Выкрашенные желтым гривы были аккуратно подстрижены. На упряжи позвякивали бубенчики. Специальные лошади, для ценных гостей.

- Прошу вас, сударыня, - поклонился ей лысый слуга. - Ваш наряд в карете. Переоденьтесь, пожалуйста. Вы едете к королю.

Мягкое сидение внутри, кружевные шторы. Дорогое, громоздкое платье из алой парчи. Аромат южных цветов, слишком резкий для эльфы, но так обожаемый людской знатью. Аромат интриг и предательств, аромат опасности. Почему-то он понравился Таре.

"Зачем мне это? Спрошу Риона, он чародей. Он подскажет про испытания", - испугалась внутри Тюве, смелая, изворотливая, упорная, хоть и выросшая при дворе, но всё же не готовая к людским интригам.

"Ищейки приближаются. Мосты назад давно обрушены. Надо выживать самой. Надо начинать думать и действовать по-новому, - возражала ей Тара. - К тому же ты принцесса крови. Твоё место во дворце".

При дворе, так при дворе. Так даже надежней. Эльфам не удастся безнаказанно выкрасть придворную ведьму. Дипломатический скандал эльфийскому величеству невыгоден.

Дворец. Сине-белая мозаика стен. Абсолютно белый камень вокруг. Чистейший. Ни соринки. Над воротами герб королевской семьи - алая роза в клыкастой пасти ночного ящера. С обеих сторон от него гербы "верных" короне благородных семей. И тяжелое, затаённое ожидание, повисшее в воздухе. Ожидание смерти Шипупа Гнедого и предстоящего дележа власти.

Было до жути неприятно стоять в платье с открытой спиной на предзимнем ветру, но эльфа терпела. Сотни пар любопытных глаз впились в Тару, как иглы дикобраза. Волны негодования и ненависти в её адрес накрыли девушку с головой. "Никчемный слизняк Варросео заручился помощью ведьмы. Да ещё эльфы!"