Веллоэнс. Восхождение - Андрей Шум

Старец, продолжая играть, достал из-за пазухи бутыль и протянул к пасти змея. С клыков сочилась густая зеленовато-фиолетовая жидкость. Набрав почти доверху, волхв скрыл склянку в лежащий неподалеку мешок. Музыка сменилась и тварь медленно ушла под землю. Еще через несколько минут старец перестал играть, обернулся к монахам:

– Добры будьте, юноши.

– И тебе хорошего вечера, мудрец, – выпрямился Марх, – ты зачем ужика тиранишь? Еще и нас посередь ночи поднял. Ворожишь небось – отравить хочешь кого?

– Зачем травить, если и так убить можно? – глаза мудреца полезли на лоб, – я для лекарства собираю, ломоту в спине лечить. А то ноет, зараза, никакого покоя нет.

– Разделишь ли с путниками их скромный ужин?

– Нет, ужинать я не хочу. А вот позавтракать как раз можно, самое время.

И правда, окоем уже просветлел, над равниной поднимался белый, как глаза вареной рыбы, туман.

Старик оказался легок на подъем и не отставал от друзей. Пришли к стоянке. Стреноженные мулы, подрагивая от холода и тумана, щипали скудную зелень.

Пока Авенир разводил огонь, Марх двинулся поохотиться. Через полчаса воротился с двумя кроликами и куропаткой.

– Немного, но зато жиром не заплывем. Нам по кролику, а чародею птичку. Он вроде как тоже высокого полета будет.

В белесой пелене проявился силуэт старика. Мужчина подошел, развязал узел. На землю перед костром упало пятеро тарбаганов. Каждый размером с двух кроликов, похож на обтянутую мехом подушку.

– Ух ты, про жир я поторопился. Где таких тюфячков нашел, мудрец?

– А я за холмик зашел, смотрю – лежат. Все пять в рядок. Мешок открыл, они сами и залезли.

– Видно-видно. Знавал я одного старикана, точь-в-точь как ты обликом. Говорил, что его брат сказочником работает. Не ты ли?

Двух тарбаганчиков старик оставил путникам на дорожку. Ему то что – и так до дома недалеко, а им пригодится. Остальная живность исчезла в недрах троицы. Волхв ел по-молодецки, не уступая Марху и Авениру. Много ли надо для счастья мужикам? Мяса с луком, водицы студеной, да в бою остаться целым. А если и умереть – то чтобы сразу, без мучений.

Халил довольно погладил лоснящуюся от жира бороду:

– Пожалуй, с вами пройдусь. Недалече деревенька одна есть. Вы там запасы пополните, да в баню сходить можно. А я подлечу кого-нибудь, медью разживусь. Там уж разойдемся. Вместе веселей.

Глава 6. Лекция

«…и только избранные Высшим cмогут использовать обереги»

Седовласый мужчина удобно устроился в гамаке. Крепкий стан, мозолистые грубые руки, чистый прямой взгляд. Местный голова наслаждался редкими минутами отдыха. Недавно прошел дождь и в березовой роще, среди которой разместился уютный просторный дом, пахло скошенной травой и медоцветом. По небу плыли поодиночке крохотные застенчивые облака – солнце, наслаждаясь предоставленной свободой, нежно грело землю. Время близилось к вечеру, полдничный жар уже прошел, но вновь браться за работу не хотелось. Вкруг уселись ребятишки и мужчина с явным удовольствием рассказывал им народные былины.

– Все, довольно с вас. Пора мне кровлю поправлять.

Среди детей раздался возмущенный вздох, но уже спустя минуту все побежали играть в рюшки и тягать канат.

– Авве, а где сейчас находятся обереги?

Зеленоглазый паренек смотрел внимательно, брови нахмурились, а губы твердо сжаты.

– Предание гласит, что древние маги самый могущественный спрятали в великом окаменевшем древе, которое ветвями подпирает небо. В его кроне и обитают хранители небесного лазурита. А где остальные семь оберегов (их еще по старинке кличут эпифактами) – никто не знает, разбросаны по земле.

– А зачем его охранять, если только избранный может завладеть им?

– Свет мой, кривда всегда жаждет нарушить законы мироздания. Даже если и не могут использовать его, то так или иначе захотят помешать благу. А лишить добро силы – все равно, что уничтожить его. Добро не может быть бездейственным, безвольным. Человек безвольный может стать на сторону тьмы.

– А я буду делать добро?

– Будешь сынок, только подрасти немного.

В глазах паренька вспыхнули искорки, он схватил деревянный меч и побежал на поляну к остальным ребятам.

Отец смотрел вслед убегающему пареньку. Если прав был ведун, то ждет их скорое расставание. Ну… да хоть бы ошибся старик? А если и прав, то не изменишь воли беспощадной Мокошь.

Мужчина вздохнул и пошел в сени за лестницей.

***

– Таким образом, создаваемые модуляторы трансформируют мысленные формы – их еще называют мозговые эманации, – в энергетический поток. Последние разработки позволили не только преобразовать и придать потокам биосилы конкретную направленность, но и усиливать их. Каким образом, кто мне ответит?

Профессор Гринвин строго всматривался в лица практикантов. За последние несколько лет мужчина поставил алкокод, прошел курс лечения от зависимости и стал завсегдатаем фитнес-центра «Вертус». Природная упертость помогла ему вернуться к полноценной жизни и разорвать порочный круг – работа – получка – пьянка. Пагубное пристрастие ставило под угрозу его работу в «Экостарс». Что ж, в свои пятьдесят четыре он смог стать победителем в этой битве. Но война будет идти до конца жизни, так уж суждено.

– В последние модели встраивают драгоценные и полудрагоценные камни.

Голос звучал мягко, чуть насмешливо:

– Правильная кристаллическая структура под действием потока резонирует, а полученные колебания воздействуют на поток. Из-за этих колебаний исходящий биореос имеет большее квантовое число и объем. Вот только качество падает, заданная эманация упрощается.

– Прекрасный ответ, господин Сартмес. Вы не перестаете меня радовать. В будущем из вас получится прекрасный проектный аналитик.

– Профе Гринвин, – молодой парень с проколотым ухом и синими волосами нажал знак вопроса на сенсорной панели, – ведь эти «волшебные палочки» и «амулеты» имеют и отрицательное воздействие?

– Мысли по существу, господин Диптрен. Когда компания создавала первые образцы, они были весьма опасны для здоровья. После применения агрегатов, применивший их долгое время восстанавливался. Депрессия, лихорадка, простуда, облысение – это лишь средней тяжести последствия. Бывали и случаи безумия – расщепление личности, синдромы Стендаля, синестезии и «Алисы в стране чудес» – их можно считать не самыми ужасными. Некоторых вылечили, хотя пришлось встраивать в руки и головной мозг сетку-блокатор, так как у пациентов развилась зависимость от модулятора. Но это было четыре года назад. Сейчас применяются более тонкие технологии – использование встречных токов, магнитный отвод. Сильно помог такой простой прием как заземление. Да-да, не смейтесь, господа студенты. Планета является сопроводником и предоставляет около трех четвертей биоэнергии. Это все равно пока еще очень мало, но уже результат. Кроме того, в этих, как вы сказали, «волшебных палочках» – определение «стилус» мне ближе – установлены блокаторы, которые устанавливают лимит на воплощение эманаций.

Гринвин развел руки, на лице появилось мечтательное выражение:

– Что делать, мы – исследователи, первопроходцы. И риск – это обязательное условие для таких дел. Поэтому каждый из вас и проходил ДНК-тестирование, определяющее эмоциональную устойчивость и способность к интеллектуальному развитию. Как и сила – мы теряем время, приобретая здоровье. Наращиваем мышечную массу, но увеличиваем нагрузку на сердце. Также и здесь – мы теряем немного энергии, но получаем необходимые результаты. Ключ, господа практиканты – в равновесии, балансе, экилибре! И в поиске средств, позволяющих его удержать.

Дверь аудитории бесшумно распахнулась, в проеме появился подтянутый бодрый мужчина. В бородке неравномерно проблескивала седина, на крупной переносице сидели платиновые очки – искусная работа мастера, сделанная на заказ. Хеминс в любой момент мог исправить дальнозоркость в клинике – стоило это копейки – но категорически не желал этого делать. Очки были частью стиля, жизненного устоя, привычки. Не подкрашивал седину по этой же причине – нарочито старался выглядеть чуть старше:

– Продолжайте урок, профессор, я обожду.

– Герр Кайрат, Вы как раз вовремя. Я только что закончил материал о модуляторах и мы с практикантами немного подискутировали о принципе равновесия энергии.

– Прекрасно. Тогда я займу оставшееся время.

Мужчина легкой поступью вошел на помост и занял кафедру. Взгляд скользнул по ученикам.

– Ну что же, друзья. Вы здесь – значит, вы – избранные. Отбор на специальность креаторов, или «создателей» – как вам удобнее, идет всегда самый жесткий. И это лишь старт карьеры, базовая должность. То, что вы являетесь обладателями элитной генетики, значит не так много. Обладать и управлять – разные вещи. Вам предстоит много сделать для своей планеты, – Хеминс выдержал паузу. – Нелегко проходить через насмешки и критику тех, кто не попал сюда. Тяжело жертвовать единицами ради спасения сотен. Да, что говорить, подчас просто невыносимо посвящать всего себя для помощи людям. Но вы справитесь. Четыре года назад мы запустили проекты «Двулунье» и «Мировое Древо». Они набирают разгон и уже достигнуты хорошие результаты. Также «Экостарс» осуществляет косвенный проект – «Единая Земля».