Возгарка II - Ксения Ахметшина

* * *

— До рассвета, говоришь? — совсем разозлился я, даже забывая о болезни. — Ну, что ж, тогда пойдём.

Я поднялся и направился к девчонке. Та поняла, что чуточку переполнила чашу моего терпения и вжала голову в плечи. Через секунду её запястье грубо схватили. Стул скрипнул, отъезжая, потому что её выволокли из-за стола и потащили к двери.

Затем вся команда с обалдевшими лицами наблюдала, как я тащу эту шмакодявку через шканцы, а та упирается ногами и едет на пятках.

— Не обращайте внимания, — велел я. — Идёт воспитательный процесс. Ярочка сегодня останется со мной и будет считать звёзды до рассвета. Она сама захотела. Да, котёнок?

Договорив, я подхватил девчонку и перебросил через плечо. Мелочь ругалась, дёргала ногами, взвизгивала и била меня кулаками в спину. Проходя мимо фальшборта, я невольно ощутил, как она похолодела и испугалась, что ей предстоит очередное купание. Детские пальчики впились в рубашку на манер кошачьих когтей, а сердечко забилось как крылышки вилларийских колибри.

Да, да, я сильно травмировал этого ребёнка, вот сейчас и начну исправлять со всей отеческой любовью и заботой.

Сгрузив свою ношу на баке, я спустился в форпик и принёс бухту тонкого пенькового шпагата вместе с парой инструментов.

— Умеешь плести сети?

Ярочка одарила меня ненавидящим взглядом и помотала головой.

— Будем учить, — констатировал я.

Привязал конец верёвочки к деревянному битенгу фок-мачты, сделал бегущий узел, просунул шаблон в получившуюся петлю и затянул, да закрепил обычным узелком. Подтащил пыхтящую девчонку поближе и усадил возле начатой работы, как собачонку на привязь. Сам тоже опустился на палубу рядом.

— Это челнок, а это шаблон, — познакомил я её с новыми друзьями. — Делаешь петлю, продеваешь шаблон, отмеряешь размер ячейки, вяжешь узел. Понятно?

Я сунул работу девчонке. Та набычилась, но приняла.

— Нет, не так, — покачал я головой и принялся показывать заново.

Пришлось подправлять её в процессе. Девчонке не нравились прикосновение моих холодных пальцев к её тёплым ручкам: не потому что я мертвец, а потому что гад и сволочь.

Когда у неё начало получаться, я сдержанно похвалил и оставил ненадолго одну.

Вернулся в каюту, чтобы одеться.

На миг удивился аккуратно сложенной одежде, но тут же вспомнил, кто это у нас такой хозяйственный. Да, девчонка и так не покладала рук весь день, а я её снова к работе приставил. Но не нужно сравнивать это с потребительским отношением, которое проявила моя команда! Мне вообще наплевать, получится у неё эта дурацкая сеть или Ярочка зарубить работу на середине. Я просто хочу её проучить, чтобы знала границы дозволенного. И не спрашивала у столетнего вампира, ходит ли он в туалет.

Натянул штаны поверх портов, сменил рубашку на свободную и чёрную — та приятно пахла. Подпоясался, обвязал голову платком, намотал портянки, натянул сапоги.

Вернулся назад, прихватив книгу и подзорную трубу — второе не для себя.

Свободные рукава, стянутые у запястий, гулко полоскались на ветру, когда я стоял на носу сбоку от бушприта и дышал свежим вечерним воздухом.

Ярочка дулась за все обиды разом, косо на меня посматривала и вязала узелки.

— Что ж ты ничего не спрашиваешь? — возмутился я. — Обещала ведь мучить меня до рассвета.

Девчонка пробурчала невразумительные ругательства под нос.

— Ну же, смелее! — подбодрил я. — Под разговоры работа хорошо спорится.

Получил испепеляющий взгляд.

Умилился да открыл справочник: поищу ещё полезную информацию, вдруг пригодится.

Когда Ярочка набрала ширину, я срезал начальную петлю и пропустил отрез верёвки через получившиеся ячейки, закрепил обратно и показал, как плести дальше.

Через пару часов небо заполнилось россыпью звёзд, Войко зажёг лампы на палубе и принёс нам обоим перекус: мне кружку крови, а девчонке бутерброд с ветчиной.

— Да не мучай ты девочку, — по-братски сказал он, — отпусти спать. Завтра же квёлая будет.

— Ничего, хорошенько устанет, крепче заснёт.

Бронислав покачал головой и ушёл отдыхать: его вахта давно закончилась, уже шла четвёртая.

Мои слова вселили в Ярочку надежду, что её-таки отпустят раньше зари.

— Да отпущу, отпущу, — смягчился я.

— Прекратите лезть мне в голову! — возмутилась девчонка.

— Иначе ты не научишься ощущать моё вторжение.

— Зачем это вообще?

— Ощутив проникновение в разум, ты должна будешь локализовать его, — Ярочка не въехал, так что я переформулировал: — Тебе нужно понять, где находится та дверка, через которую я пробираюсь в твою головку, — я потыкал её пальцем в лоб, девчонка отмахнулась.

— Тогда я смогу её захлопнуть? — воодушевилась она, перебирая пальчиками шпагат и наматывая его на челнок.

— Вряд ли, но ты сможешь постучать в неё, чтобы связаться со мной. Это очень полезный навык, ведь ментальная связь не знает расстояний. Допустим, ты попадёшь в беду, тогда эта дверка поможет тебе позвать меня на помощь.

Девчонка задумалась, размышляя, так ли это плохо, что мы теперь связаны. Но всё