Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

если ищешь путь к побегу, — сказал голос. — Тебе не удастся выбраться отсюда до тех пор, пока они не откроют дверь. Я тоже пытался выйти на свободу, но это невозможно.

Тарзан не отвечал. Впрочем, говорить было не о чем. К тому же Тарзан говорил редко даже тогда, когда у других было множество тем для разговоров. Он продолжал исследовать комнату. Изучив последнюю стену, он понял, что его сосед был прав. Это была маленькая четырехугольная каменная дыра, с одной стороны которой вдоль стены тянулась длинная скамейка, а с другой были дверь и небольшое окно.

Тарзан прошёл в дальний угол комнаты и присел на скамейку. В этом каменном мешке было холодно и сыро, к тому же ему хотелось есть, однако страха он не испытывал. Он перебирал в памяти малейшие детали всего происшедшего с ним и мечтал, чтобы утро освободило его от этого кошмара. Его пронзила мысль: возможно, он сделал ошибку, не попытавшись вырваться на свободу, прежде чем воины Золотого Города заперли его в темницу, из которой, кажется, ему вообще не выбраться. Эта мысль не давала ему покоя. Как и все звери, он ненавидел плен. Однако он в тюрьме и вырваться на свободу невозможно. Остается только лучше воспользоваться своим настоящим положением. Придет такой день, когда его все же освободят или откроют темницу, и тогда, несмотря на то, что их намерения по отношению к нему будут продиктованы дружелюбием, он воспользуется малейшей возможностью, чтобы убежать.

Человек, сидевший в углу комнаты, снова обратился к нему.

— Кто ты? — спросил он. — Когда они привели тебя сюда, при свете факелов я увидел, что ты не из Катны и не из Атны.

Голос человека был грубый и хриплый, судя по тону, он скорее требовал ответа, чем просил его. Такой тон был неприятен Тарзану, и он промолчал.

— В чем дело? — прорычал его товарищ по камере. — Ты что, немой? — В его голосе отчётливо слышалось раздражение.

— Я не глухой, — ответил человек-обезьяна. — Почему ты кричишь на меня?

Компаньон молчал всего несколько секунд, затем заговорил снова, но совершенно другим тоном.

— Мы можем просидеть в этой дыре очень долго, — сказал он. — Мы не должны ссориться, мы должны стать друзьями.

— Как хочешь, — ответил Тарзан. Темнота скрыла его равнодушный вид и непроизвольное пожатие плечами.

— Меня зовут Фобек, — сказал мужчина. — А как твоё имя?

— Тарзан.

— Ты откуда — из Атны или из Катны?

— Нет. Я из страны, которая лежит далеко на юге.

— Лучше бы тебе сюда не попадаться. Как ты очутился в Катне?

— Я заблудился, — объяснил человек-обезьяна, не имевший ни малейших намерений говорить правду, чтобы не раскрыть таким образом свою связь с одним из врагов Катны. — Я был захвачен потоком во время грозы, и река принесла меня к вашему городу. Здесь воины Катны взяли меня в плен и обвинили в том, что я пришёл убить вашу королеву.

— Значит, они думают, что ты пришёл убить Немону! Впрочем, пришёл ты сюда с этой целью или вовсе без цели, теперь не имеет значения.

— Я не понял, на что ты намекаешь? — поинтересовался Тарзан.

— Я имею в виду, что в любом случае ты будешь убит, — объяснил Фобек, — только они будут лишать тебя жизни так, чтобы это понравилось Немоне.

— Немона — ваша королева?

— О, она больше чем королева! — пылко воскликнул Фобек. — Такой правительницы не было в Онтаре или Тенаре и никогда не будет. Она стоит в одном ряду с выдающимися деятелями этой страны. Она умеет обращаться с каждым, и все ей подчиняются: жрецы, военные, советники.

— Но зачем тогда ей уничтожать меня, чужестранца, который заблудился в джунглях и случайно оказался в её городе?

— Мы не держим белых пленников, а черных используем в качестве рабов. Если бы ты был женщиной, ты бы остался жив. А если бы ты был очень красивой женщиной (но не слишком красивой), тебе была бы обеспечена легкая и роскошная жизнь. Но ты всего лишь мужчина, и тебя убьют, чтобы как-то скрасить однообразную и скучную жизнь Немоны.

— Интересно, что же может случиться с женщиной, если она слишком красива? — спросил Тарзан.

— Ей будет достаточно того, чтобы Немона увидела её, — равнодушно вымолвил Фобек. — Быть более красивой, чем королева, приравнивается к государственной измене. Вот почему некоторые граждане Катны скрывают своих жён и дочерей, если они очень красивы. Среди них есть люди, которые рискнут спрятать чужеземного узника. Я знаю человека, у которого очень красивая жена, — продолжал Фобек. — Она никогда не выходит из дому в дневное время и рассказывает своим соседям, что муж скрывает её от Немоны. Но однажды королева всё-таки увидела эту женщину и тут же приказала отрезать ей уши и нос. Я счастлив, что я всего лишь обыкновенный мужчина, а не красивая женщина.

— А сама королева красива или нет? — спросил Тарзан.

— Да, клянусь Всевышним, она самая красивая женщина в мире.

— Судя по тому, как ты описал её поступки, — заметил человек-обезьяна, — я охотно верю тому, что королева — самая красивая женщина Катны, и она останется такой, пока будет жить и править страной.

— Пойми меня правильно, — сказал Фобек, — она действительно прекрасно, но… — и он понизил голос до шепота, — это не женщина, а дьявол. Даже я, преданно служивший ей, не могу рассчитывать на её милосердие.

— А за что тебя заперли в эту камеру? — поинтересовался человек-обезьяна.

— Я нечаянно наступил на хвост божества, — мрачно изрёк Фобек.

Странные признания этого человека не прошли мимо внимания Тарзана, а его последнее замечание о божестве удивило хозяина джунглей. Однако общение с людьми научило его узнавать о многом, наблюдая за ними и изучая их, а не задавая прямые вопросы. И он