Татуированная любовь - Гайя Алексия

Спасаю твой образ, красавица. Такое можно надеть разве что на собственные похороны.

Как только мы вышли, она толкнула меня со всей ее крошечной силой. Я усмехнулся. Кажется, я нашел, что мне сегодня поможет – дразнить львицу, ведь она заводится с пол-оборота.

– Тебе смешно? Знаешь что? Мы начнем с тебя и посмотрим, будешь ли ты так веселиться.

Упс.

В следующую секунду она хватает меня за руку и тянет за собой в торговый центр.

Через три минуты и два эскалатора она наконец отпускает меня, но делает это так резко, что я поднимаю голову в том же направлении, что и она.

Прямо перед нами трое здоровенных придурков, которые смотрели на нас и пересмеивались. Три толстых придурка в куртках из бейсбольной команды средней школы.

Моя кровь вскипела. Что, если кто-то из них – тот парень? Иду в их сторону, но Елена резко останавливает меня, преграждая мне путь.

Она толкает меня и мешает идти дальше.

– Нет… Тиган, не обращай внимания.

Хочу ее сдвинуть, но умоляющий взгляд, которым она посмотрела на меня, заставляет меня остановиться.

Указываю на них подбородком. Она понимает.

– Нет, его здесь нет. Не нужно, пожалуйста. Не здесь, – шиппит она.

Все три идиота по-прежнему смотрят на нас со своей идиотской ухмылкой. Придется начистить рожи каждому мудаку в их сраной бейсбольной команде, чтобы никто из них больше не смел пялиться на мою девушку.

Обнимаю ее за плечи и крепко прижимаю.

Эти придурки недооценивают мою молчаливую угрозу.

Нужно написать сообщение Бенито, он с удовольствием мне поможет. Целую львицу в висок.

Мы исчезаем в мужском бутике. Реальность врывается в меня: аромат новых вещей, льстивые продавцы, охранник, который уже следит за мной… Плевать.

– Мама сказала выбрать костюм… – вздыхает Елена.

И речи быть не может. Нет, ничего не выйдет, я отказываюсь.

В следующую секунду моя большая кошка проскользнула мимо полок вглубь магазина, не оставляя мне выбора – и я следую за ней. Прохожу вперед и краем глаза замечаю тех трех засранцев – они заходят один за другим. Думаю, они тут вовсе не костюмы присматривают.

Львица протягивает мне светло-голубую рубашку.

– Под цвет твоих глаз, – говорит она.

Я смеюсь. Что за чушь! Она тоже улыбается.

– Значит, белую? – добавляет она.

Под цвет чего? Моих зубов? Мотаю головой.

– Ну, тогда серую. Твои глаза иногда бывают серыми, – настаивает она.

Вздыхаю, поднимая голову к потолку.

– Ты зануда, тебе нужна хотя бы рубашка, потому что, как я понимаю, костюм вовсе не для тебя…

До нее наконец дошло. От облегчения я всплескиваю руками.

– Все равно, может, хотя бы примеришь? Просто чтобы посмотреть, как на тебе сидит.

– Ни за что!

На этот раз слова вылетели сами собой. Она окинула меня взглядом.

– Черт побери, ну какой же ты за…

Она замирает, смотря на что-то позади меня. Ее рот захлопывается, и выражение ее лица меняется от «он меня достал» к «я хочу убежать».

Поворачиваю голову и вижу тех трех придурков, а рядом с ними Софи.

– О нет, только не она… Пойдем в другое место, – предлагает Елена.

Львица хватает меня за руку, но слишком поздно. Один из трех «бейсболистов» уже кивает в нашу сторону, Софи таращится большими удивленными глазами и направляется к нам. Козлы следуют за ней.

– Эй! Что вы тут делаете? – интересуется Софи.

– Тиг… ищу э-э… А ты? – парирует Елена.

– Я не с тобой разговариваю, – отрезает девушка.

Эта дурочка, конечно, надеялась, что я оцепенею от ужаса, но напротив – я вскипаю от бешенства.

– Ой, да это же Хиллз… – протягивает один из кретинов.

Я бы не удивился, если бы они как собаки начали обнюхивать задницы друг другу.

Львица застывает, и ее лицо теряет все краски. Я их разнесу. Взгляд, который они на нее бросают, вызывает у меня отвращение до глубины души. Меня почти тошнит.

Я взбешен. А так как ни одно слово не вылетит из моего рта, дабы предупредить их, мне придется их ударить.

– Ну что, Тиг? Присматриваешь себе костюмчик? – спрашивает Софи.

Поворачиваюсь к ней, не отвечая, и хватаюсь за руку Елены под ее нервным взглядом.

Софи явно не хочет понимать, что совсем меня не интересует. Она хмурится. Кто-то бьет меня в плечо.

– Эй! Ответь ей, татуированный! – бросает один из болванов.

Закрывая глаза, я вдыхаю воздух.

– Тиг, мы уходим, ничего страшного, – шепчет моя львица.

О нет, тут все серьезно! Оставить это просто так – все равно, что нассать на свою гордость. Не могу позволить этому ублюдку так унижать меня. Время вышло.

– Ах, нет, это правда… Господин действительно молчит. Да, Софи, правда же? Немой, да еще и сирота, – добавляет он, снова напирая.

Он даже не успевает закончить фразу, как я бью его по ноге, схватил за воротник и уже приготовился ударить в лицо.

– О! Стоп!

Краем глаза вижу, как между рядами костюмов бежит охранник. Бросаю его и тот, не успев спохватиться, валится на землю. Тут же он быстро подскакивает и смотрит на меня взглядом доминантного самца. Он снова надел свою дерьмовую куртку.

– Вон, все вы! – бросает охранник, разнимая нас.

Я врезаюсь в вешалку с рубашками, но тут же поднимаюсь, не спуская с собеседника глаз. Хватаю за руку львицу.

– Ты быстрый, да, – ухмыляется тот, что оказался на полу. – Мы еще встретимся.

Я усмехаюсь, что, похоже, здорово подействовало ему на нервы. Скрываюсь с подрагивающей Еленой.

Как только мы вышли из магазина, Елена заплакала и обняла меня.

– Ты что, совсем обезумел, что ли? А если бы охранник вызвал полицию?

– Не паникуй! Ничего. Прежде чем я окажусь в тюрьме, я хочу пристрелить того парня, – отвечаю я с серьезным видом.

Она хмурится и вытирает слезы рукавом.

– Не показывай им, что ты слаба, львица, – добавляю я.

На этот раз она чуть не убила меня взглядом.

– Мне действительно больше нравится, когда ты молчишь! – отвечает она. – Я вовсе не слабая!

Я смеюсь, как будто слышу это от Солис. Подхожу к ней и кладу руки ей на щеки.

– О да, ты слабая.

Елена старается меня оттолкнуть.

– Прекрати, – бросает она.

– Во всяком случае, у тебя слабость ко м… мне.

– Замолчи уже, немой!

Взрываюсь от смеха, не в силах иначе сбросить напряжение. Еще пару секунд она корчит разъяренную львицу, а затем улыбается.

– Только ты можешь заставить меня сказать что-то настолько неправдоподобное, – говорит она. – Ладно, пошли, мама нас убьет, если мы вернемся ни с чем.

Она берет меня за руку. Я не хочу