Осколки разбитых иллюзий (СИ) - Турана М.

Не обращая на меня внимание, он открывает холодильник, достаёт кувшин с водой, берёт стакан и наполняет его.

— Будешь? — спрашивает, протягивая стакан в мою сторону.

— Не хочу!

Чем больше он избегает ответа на мой вопрос и старается рассеять моё внимание, тем сильнее я напрягаюсь.

Адэм начинает пить воду, так же привлекательно, как это делают в рекламных роликах. Я моментально жалею, что отказалась, вода, наверное, невероятно вкусная.

Жду, когда он закончит и обратит на меня своё внимание.

Он допивает всё до последней капли, ставит стакан на столешницу. Затем переводит на меня взгляд. Я приподнимаю одну бровь, показываю всем своим видом, что не собираюсь отступать, пока он не расскажет правду.

— Я встречался с Инглабом, — безразличным тоном произносит он через минуту молчания.

— Что? — не верю своим ушам; меня будто бьёт током. — Зачем?

Стоит представить двоих мужчин вместе, как нервные окончания взвинчиваются.

— В смысле зачем? — смотрит на меня, как на дуру. — Поговорить.

Упирается об столешницу, складывает руки на груди, сцепляет их в замок.

— Поговорить? О чём говорить с этим ублюдком, Адэм?

Меня начинает потряхивать. Даже в страшном кошмаре не могла себе представить такого. Прихожу в бешенство.

— Что за паника в твоих глазах? — наблюдает за моей реакцией.

Я начинаю часто дышать. Отворачиваюсь от Адэма. Закрываю глаза, пытаясь представить их встречу. Что там было? О чём они говорили? Что этот недоносок Инглаб сказал ему?

— Может быть ты встретился с ним, потому что не поверил мне? — распахнув глаза, оборачиваюсь к нему.

Память один за другим подбрасывает все ядовитые слова, что бросал мне Адэм в порыве гнева. Все его упреки.

Он не отвечает, прищуривается. Продолжает изучать меня.

— Захотел встретиться, чтобы лично удостовериться, что все мои слова правдивы? О чём ты его спрашивал? Тебе понравились его ответы? Удовлетворён? — меня распирает от гнева, внутри всё клокочет.

Почему я поверила, что Адэм может так просто поверить мне, что он всё так легко примет? Мозг отторгает факт того, что эти двое встретились. Что ему понадобилось удостовериться во всём.

— Не неси чушь, — говорит он. — Уёбок тебе угрожал. Я встретился для того, чтобы он не думал, что ему всё сойдёт с рук!

— Не поставив в известность меня! — говорю ему. — Для начала, ты должен был поговорить со мной. Спросить, хочу ли я этого! Значит, вернувшись из Варшавы, ты помчался к нему! Отлично! Просто отлично!

Выплеснув все свои эмоции, я разворачиваюсь и ухожу назад в гостиную. Адэм направляется следом. Я подхожу к дивану, беру все свои пакеты и сумку, собираюсь уйти к себе.

— Что ты делаешь? — спрашивает он, встав за моей спиной.

— Качусь к чёрту! — бросаю, не оборачиваясь.

Слышу его глухой смех. Затем его руки сцепляются на моей талии. Он отрывает меня от пола.

— Больная, — заключает, смеясь. — Ты это серьезно?

— Отпусти, — шиплю на него и выпускаю пакеты и сумку из рук.

Вцепляюсь пальцами в его руки на своей талии. Пытаюсь расцепить их, Адэм приподнимает меня ещё выше, тащит куда-то. Сгибаюсь пополам, всё ещё пытаюсь вырваться.

— Что ты делаешь? Дай мне уйти, — рычу.

Мы оказываемся в ванной.

— Уйти? Забудь об этом.

Открыв душевую кабинку, он спускает меня на кафель. Я разворачиваюсь с возмущённым возгласом. Вижу, как он стягивает с себя водолазку.

— Ты правда пырнула его ножом? — спрашивает он, растягивая ремень брюк.

Снимает их и перешагивает через порог, встаёт рядом со мной.

— Что? Этот ублюдок ещё и жаловался? — злой смех рвётся из горла.

Адэм берётся за край моей футболки, тянет вверх. Снимает с меня её и откидывает в сторону, сквозь открытые двери душевой.

Мои мысли и чувства спутываются. Теряю связь с действительностью. Упираюсь взглядом в шею Адэма.

— Тебе нужно остыть, — говорит, улыбаясь, и впивается глазами в кружево бюстгальтера. — Несёшься не в том направлении.

— Ты не должен был встречаться с ним, — отвечаю, упрямо стоя на своём.

Приподнимаю на него свои глаза, трогаю его разбитую губу пальцами.

— Это он тебя так? И Демира?

Адэм смеётся, отрицательно покачивает головой. Поддаётся вперёд и касается моих губ. Нежно, едва дотрагивается, пробует на вкус. В следующую секунду углубляет поцелуй так, что я перестаю под ногами чувствовать пол. На меня обрушивается лавина желания — оглушает и бьёт по вискам.

Схватившись за пояс джинс, он расстёгивает пуговицу на них, спускает молнию вниз.

— Нет. После, началась драка с мужиками, — спускает брюки вместе с трусиками вниз по моим бедрам. — Он больше тебя не потревожит, — говорит между делом.

Я отстраняюсь и снимаю их с себя, откидываю к футболке. Гнев и злость испаряются. Их место занимает дикое вожделение. Понимаю, как я сильно хочу его, как сильно соскучилась за эти два дня.

— Да, — возвращаюсь к нему, приближаясь губами к его рту.

Смотрю в затуманенные глаза.

— Я действительно всадила в него ножницы, — отвечаю на вопрос, заданный ранее. — Так что тебе следует знать — ко мне опасно поворачиваться спиной, когда я в гневе.

— Я запомню, — выдаёт Адэм серьёзным тоном, тянет руки ко мне за спину, расстёгивает лифчик и снимает его с меня.

Смотрит так, словно впервые видит меня обнажённой. Упивается каждым изгибом моего тела, обжигает кожу своими глазами.

Протягиваю руку, дёргаю переключатель, включаю воду. Нас ошпаривает холодной водой. Мы сверлим друг друга взглядом сквозь капли, стекающие по нам.

— Знаешь, — льну к нему.

Ползу руками от его живота к плечам. Чувствую, как клокочет его сердце, как кожа обдаёт жаром, несмотря на то, что вода до сих пор прохладная.

Собственное сердце стучит где-то в горле.

Всё моё тело оживает, каждая клеточка становится гиперчувствительной. Я задыхаюсь, погружаюсь в настоящий водоворот.

— Тебе не кажется, что секс в воде — это уже похоже на некий фетиш? — спрашиваю, осознавая, что наша близость либо начинается в воде, либо заканчивается.

— Нет, — отвечает он, приподнимая меня за талию вверх. — Я хочу тебя всюду: на суше, в воде, даже в воздухе, — заканчивает говорить и прислоняет меня к стене душевой кабинки.

Он разводит мои ноги, заставляя обхватить его. Заполняет собой резким, нетерпеливым толчком.

— Хороший способ, чтобы сводить наши ссоры на нет, — произношу сквозь сбивчивое дыхание, пока его губы ласкают шею.

Он ловит пульс на ней, проходится языком.

— Буду трахать тебя, чтобы сбить спесь, — тихий и властный голос пробирается под кожу.

Сжимает пальцами мои ягодицы, заставляет подобраться от боли.

— Тогда жди скандалы каждый день. Мне нравится, как ты это делаешь.

Его пальцы зарываются в мои спутанные, мокрые волосы, фиксируют голову,заставляя посмотреть ему в лицо.

— Сука, любишь ты трепать нервы, — толчки во мне как наказание, сотрясают, выбивают воздух из лёгких. — Будишь всех демонов внутри.

— Никто не обещал, что со мной будет легко, — говорю в ответ.

Вырываюсь вперёд, заставляя его разжать пальцы на моем затылке. Кусаю его за мочку уха, обхватываю мощную шею руками, будто стараюсь удержаться на краю обрыва.

— Люблю тебя, — его признание сжигает меня в пепел. — Дикую.

Сколько бы раз я не слышала от него эти слова — мне всегда будет мало.

— Я тебя сильнее, — отвечаю ему в губы.

Срываюсь в нирвану, двигаюсь навстречу к нему. Хочу, чтобы нас ничего не разделяло. Не оставляю ни миллиметра расстояния. Впечатываюсь в его кожу.

— Нет. Хочу сильнее, — протестую, чувствуя, что он собирается сбавить темп.

Слышу его шальную улыбку. Перед глазами пелена, не вижу его. Теряю счёт времени, фокусируюсь лишь на ощущении внизу живота, там словно извержение вулкана.

Прихожу в себя лишь тогда, когда Адэм доводит меня до финиша. Он грязно ругается мне на ухо, когда кончает сам.