Последыш Древних - Максим Раевский

Целительница зажмурилась еще сильнее, и в этот миг она почувствовала резкий рывок, а затем пол ушел у нее из-под ног. Захват исчез. Девушка покатилась по полу и головой ударилась об пустую деревянную бочку. Перед глазами у нее все поплыло, и на некоторое время она потеряла всякую ориентацию. А когда Юна вновь смогла соображать, то обнаружила рядом с собой труп насильника и окровавленного Оттара Руговира, который склонился над ней и спросил:

— Ты в порядке?

— Д-д-да… — заикаясь, ответила девушка.

— Тогда вставай и бегом за мной. Времени мало.

Юна поднялась, стыдливо запахнула обрывки зеленой мантии и двинулась за Оттаром. Но сделав пару шагов, она вернулась, ногой пнула тело рубайятца, в шее которого торчал клинок и сплюнула:

— Скотина! Будь проклят! Гореть тебе в огненной яме до скончания веков!

— Оставь его! — окликнул Юну поручик. — Нам надо спешить!

Девушка промолчала и еще раз плюнула на труп, а затем побежала вслед за Руговиром.

Я остановился на границе света и тьмы. Сад остался за спиной, а впереди дом, в котором находился госпиталь. Окна выбиты и по комнатам, с факелами в руках, перемещались группы рубайятских вояк. Большая часть вражеского отряда занялась мародеркой, но многие бойцы оставались снаружи и развлекались. Прямо во дворе они раскладывали пленных санитарок, с которых срывали одежду, и выстраивались в очередь. А пятерых морейских офицеров, которых пока не убили, оставили под охраной двух молоденьких воинов. Магов не видно, эльфов и гномов нет, кругом обычные дружинники, по внешнему виду вчерашние лесные разбойники, которые дорожат своей шкурой. Так что все неплохо, хотя могло бы быть лучше. Мне бы собрать всех врагов в одну кучу и сразу пришибить их мощным знаком — самый простой вариант. Но морейцы и рубайятцы вперемешку. Значит, придется побегать и повоевать всерьез. Главное, чтобы сила Вайда не оставила меня, а то подставлюсь и никого не выручу.

Продолжая накачивать в древний знак Смерть энергию, я крутанул в руке трофейный клинок, вышел на свет и направился к пленным офицерам. Молоденькие охранники при этом меня не видели. Они смотрели на то, как их старшие товарищи устраивают групповуху. А так нельзя. Как говорят опытные морейские сержанты — Устав написан кровью дураков. И это верные слова, истина для каждого профессионального военного, невзирая на цвет кожи и национальность. Однако рубайятцы не регулярное войско, и мне это на руку.

— Эй! — один из охранников заметил блеск стали и попытался обернуться, но было поздно. Острый клинок разрубил ему голову, и он упал рядом с пленными.

— Тревога! — закричал второй боец и, выхватив короткую саблю, отпрыгнул от меня. Неудачно. Видать, он был сильно напуган и потому поскользнулся, а затем свалился на задницу. Смешно и как-то по-детски. Сабля улетела в темноту, а охранник сидел и лупал своими глазенками. Ему бы в лес спрятаться, куда все селяне, кто поумнее, сбежали, глядишь, пережил бы войну. А теперь-то что? Хотел стать воином? Без проблем. Но учти, что смерть будет всегда рядом.

Выпад! Клинок вонзился охраннику в шею, и из перерезанных артерий на брусчатку потоком хлынула кровь.

«Жаль вампира рядом нет, он бы кровушки напился, чего добру пропадать», — промелькнула мысль, и я развернулся навстречу другим рубайятцам, которые, оставив санитарок, толпой бросились на меня.

В голове пустота, а на душе полное спокойствие. Иероглиф налился силой и, прекратив подпитку, я его активировал.

Древний знак рассыпался и пропал. Как так!? Где он!? На мгновение мне показалось, что иероглиф не сработал. Однако сила Вайда показала себя во всей красе. В воздухе материализовалось бледное полупрозрачное покрывало, которое рухнуло наземь и накрыло всех дружинников одним махом. После чего пятнадцать или шестнадцать человек, крепкие мужики с обнаженным оружием, которые всего секунду назад хотели меня убить и разорвать, замерли на одном месте. Всех дружинников, словно парализовало, а потом они упали. Постояли немного и рухнули лицом вниз. Примерно тоже самое происходило на тракте, когда на нас напали вражеские диверсанты. Но тогда иероглиф не успел напитать достаточно силы, а сейчас я уже имел понятие о том, что это такое. И результат был посильнее. Умерли все нападавшие, а спустя пару секунд, прямо на глазах, они стали разлагаться.

«Вот это да! Некромантия в чистом виде. Почти».

— Ай! — позади меня раздался вскрик, и я обернулся.

Среди пленных морейских офицеров оказался Агликано. Выжил комбат, везунчик. Однако он катался по брусчатке и кричал от боли. Пара туманных капель с иероглифа Смерть попала на него, и майору было больно.

«В будущем следует более точно соразмерять силу магического удара», — промелькнула мысль, и я подскочил к комбату.

— Как ты!? — впервые я обратился к своему командиру, теперь уже бывшему, словно к равному.

— Ломает! — выдохнул он. — Всего наизнанку выворачивает!

— Потерпи! Сейчас помогу!

Никаких целебных знаков Вайда я не знал. Но имелась обычная магия и заклятие исцеления, которое было знакомо мне с детства, и я его применил. Зеленая магическая пыль осыпала майора и он затих. Ну, а мне предстояло разобраться с теми рубайятцами, которые находились в доме, и санитарками.

— Как тебя зовут!? — подбегая к парадному входу, я окликнул одну из женщин.

— Маргата, — отозвалась молодка лет тридцати в порванной одежде.

— Живо! Собирай своих подруг и к раненым! Поняла?

— Ага!

— Тогда бегом, а то сейчас здесь другие дружинники будут.

— Как скажете, господин, — она кивнула и добавила: — В подвале госпожа Юна…

После этого санитарки, оборванные и с разбитыми в кровь лицами, поспешили к офицерам, а я обернулся к дому, из окон которого на меня смотрели ошалевшие рубайятцы, и услышал их крики:

— Это чародей!

— Братва, стрелами его!

— Какие стрелы!? Бежим за подмогой!

«Сейчас будет вам подмога», — замечая в проеме двери тень человека с луком, подумал я, и потянулся к силе предков. Что именно применить, я не знал, положился на интуицию, и она выдала иероглиф Камень.

«Почему бы и нет? Камень, так Камень», — я начал закачку энергии, а спустя пару секунд высвободил ее. После чего в воздухе возник силуэт огромного булыжника и раскрытыми ладонями я оттолкнул его прочь.

— Ду-ду-хх!!! — магический камень снес часть стены и, похоронив под обломками большинство рубайятцев, прокатился по первому этажу и обвалил половину здания. Зрелище великолепное и, на ходу напевая веселую песенку северных следопытов, я направился в подвал, выручать Юну Эстайн:

— Вот-ка! Вот-ка! Вот-ка! Вот-ка! Вот какой я молодец! Разудалый молодец!