Божественная дипломатия - Юлия Фирсанова

  - Я имею в виду оленей и лосей в Садах. Повтори также приемы и правила телепортации крупных предметов и, если принц Рикардо сейчас в замке, позанимайся с ним стихией огня, делая упор на разграничение в изменении своего настроения и контроля за пламенем. В следующий раз мы посмотрим, чего тебе удалось достичь, и займемся магией исцеления высокого уровня, включая диагностическую и пророческую. У тебя к ней немалый талант. Возможно, проведем практическую часть занятия в замковой больнице. Наш урок на сегодня закончен. Бэль, мне было очень приятно увидеть тебя.

  - Хорошо, спасибо, Эдмон, - совершенно искренне поблагодарила учителя девушка и, соскочив с диванчика, принялась выкапывать из подушечек опять задремавшего Дика. Попутно Бэль наткнулась на оставленную с прошлого занятия маленькую шкатулочку с сухими травами, на которых упражняла талант идентификации.

  - Учитель! - позвала мужчину принцесса, вспомнил о своей новой игрушке. - А ты знаешь что-нибудь о шкатулках Себара?

  - Не слишком много, Бэль, а что? - заинтересовался маг.

  - Вчера в городе мне Джей купил одну из его шкатулок, - похвасталась девушка.

  - Это большая редкость, - признал Эдмон. - Себар Керон дель Лабран был гениальным мастером, великолепно чувствующим дерево, оно подчинялось ему как живое, камень и металл тоже повиновались мастеру, вкладывающему в работу чары. Его пальцы мяли любой материал как глину, придавая ему любую желаемую форму. Себар делал подсвечники, оправы для зеркал, украшения, но особенно мастеру удавались шкатулки. Жаль, что он не брал учеников. Я встречался с теми, кто знал мастера, они рассказывали, Себар не только творил великую красоту, но и был весьма неприятным по характеру богом - злым и заносчивым даже по меркам Лоуленда. У него почти не было друзей, зато врагов и недоброжелателей множество. Сейчас мало кто вспоминает об этом, когда любуется восхитительными шкатулками. Если хочешь узнать больше, сходи в королевскую библиотеку. Уверен, на ее полках есть несколько классификаторов работ Себара и его биография.

  - Я так и сделаю, - оживилась Бэль, найдя выход, и, посадив на плечо дикати, выскользнула за дверь, раздумывая над недетским вопросом: - Как странно, если мастер был злым, как он мог создать такую красоту? Разве так может быть? Наверное, все-таки может. Ведь Энтиор тоже злой, а у него в комнатах красиво. Но и Энтиор не всегда злой, он очень добрый с Элией. А этот Себар тоже мог быть добрым к кому-то, если не к людям, то к дереву, металлу и камню.

  Когда девушка исчезла, лорд Эдмон встал и посмотрел на галерею, заваленную всякой всячиной до такой степени, что масса предметов сливалась в одно хаотичное целое, среди которого было невозможно различить мелкие детали. С вежливым, но без подобострастия, поклоном мужчина спросил:

  - Вы имеете мне что-то сказать, ваше высочество, или приходили понаблюдать за занятием?

  Принц Нрэн отделился от стены, где стоял, скрестив руки, маскируясь под камни, коричневую драпировку и высокие вазы.

  Спустившись вниз по шаткой, но совершенно не скрипучей лестнице, бог встал напротив учителя и спросил в лоб:

  - Ты доволен успехами Бэль?

  - Да, ваше высочество, - без колебаний ответил Эдмон, все-таки предпочитая не смотреть в глаза Бога Войны. - Девочка старается, на свой лад она очень талантлива.

  - Но Бэль слишком недисциплинированна, не способна к длительной концентрации на предмете и управлению эмоциями, - раскритиковал сестру Нрэн.

  - Она не солдат вашей армии, для которого обязательна муштра, принц. У всех разные дарования, вам ли этого не знать, - на сей раз Эдмон так возмутился, обидевшись за девочку, что, отпустив дерзость, осмелился посмотреть воителю прямо в глаза. - Кому-то Творцом дарована выдержка и способность к самоконтролю, кому-то чуткость и восприимчивость. Как предсказать, из чего разовьется талант богини юной принцессы? Я даю ей возможность попробовать себя во всех областях магии, что-то ей близко и понятно, что-то чуждо настолько, что мы лишь знакомимся с теорией чар, но даже не пытаемся работать с ними, например, с некромантией.

  - Но Элии давались все заклинания, - с въедливой подозрительностью уточнил бог.

  - Ваша кузина - уникальное явление, - не без восторга, смешанного с ностальгией, признал учитель, теперь не часто встречавший принцессу. - Ее магические дарования приближены к высоте божественного таланта, если бы она не стала Богиней Любви, из нее вышла бы прекрасная Богиня Магии. Но ваша сестра Мирабэль иная, совсем иная, не следует сравнивать ветер и воду. Сила Мирабэль в ее чувствах, именно с ними, поверьте моему чутью, связан ее великий дар. Не стоит давить на девушку, пусть талант, словно цветок, распускается свободно.

  - Я понял, - может быть излишне резко, его всегда мутило от многословия, прервал монолог педагога воитель, развернулся и, не прощаясь, покинул зал магии.

   Но уходя, Нрэн думал не о магических талантах сестренки, а о том, как ей удается расположить к себе практически всех педагогов настолько, что они спускают ей с рук любые шалости и не только спускают, но и потакают им. Судя по тому, как быстро умчалась девочка, на уме у нее опять была какая-нибудь проделка.

  Но логичный Нрэн невероятно ошибся. Перед тем, как отправиться звать Джея на прогулку в сады, Бэль действительно собиралась заглянуть в библиотеку. Девчушка терпеть не могла делать что-то из-под палки, но, одержимая каким-нибудь интересом, преисполнялась энергии, способной свернуть горы. Принцессе хотелось разузнать побольше о загадочной шкатулке Себара - подарке любимого брата (у Бэль все братья, за исключением Энтиора, носили этот почетный титул).

  Как всегда, Бэль передвигалась по коридорам замка со скоростью маленькой хвостатой кометы, где роль хвоста играла толстая коса - плод почти получасовых усилий нянюшки, расплетающийся наполовину менее чем за полдня. Навстречу девушке неспешно плыло 'небесное тело', никогда не опускающееся до того, чтобы увеличить скорость своего передвижения без особой на то надобности. Во всяком случае, на памяти девчушки такого не случалось. Принц Мелиор шествовал по коридору, чтобы поделиться с сестрой результатами утренних наблюдений за покоями посольства, ради которых бог пожертвовал сладкими часами утреннего сна. Конечно, для бога сибаритов это была колоссальная жертва, которую ему пришлось приносить в одиночестве. Растолкать Энтиора раньше одиннадцати, если не горел замок и его не атаковали войска Мэссленда, было почти невозможно. Для этого бы требовалась помощь Элии, тоже не слишком любившей ранние побудки, поэтому принцу Мелиору, давясь зевками, пришлось нести вахту в одиночестве. Хорошо было хотя бы то, что наблюдение себя оправдало, выявив пару любопытных фактов, которые бог счел достойными обсуждения с сестрой, а следовательно, утреннего визита в ее покои. Настроение бога было весьма приподнятым, сейчас он гадал о том, успела ли уже Элия встать и где его примут - прямо в спальне или будуаре.