История Хоперского полка Кубанского казачьего войска 1696–1896 гг. - Василий Григорьевич Толстов

хоперцы достигли неприятельских зимовников и в конец разгромили их, не смотря на самое отчаянное сопротивление кизильбеков и тамовцев 509). Несколько кровопролитных схваток с горцами окончились для них полным поражением, хотя нам они обошлись также не дешево, сравнительно с достигнутыми результатами; но все-таки черкесы получили тяжелый и кровавый урок[114].

Спустя месяц 5 сотен хоперцев, в числе 5-ти офицеров и 626-ти казаков с двумя орудиями 14-й конно-артиллерийской казачьей батареи, под начальством подполковника Королева, снова выступили за Кубань, чтобы припугнуть хищнические партии горцев, собравшиеся на Лабе и на Тегенях. Совершив этот поход, через неделю хоперцы возвратились назад. В начале апреля закубанский пристав подполковник Соколов сообщил, что довольно значительная неприятельская партия намеревается силою забрать и перевезти в горы покорных нам башильбаевцев и кабардинцев, поселенных нар. Урупе. Полковник Васмунд, не теряя времени, собрал 6 сотен 5-й Хоперской бригады, в числе 9-ти офицеров и 790 казаков (по три сотни от каждого полка) и 2 орудия № 14 конно-артиллерийской казачьей батареи и выступил к Зеленчукам против неприятельских партий, уже появившихся в тех местах, с целью нападения на покорные нам аулы.

Следует заметить, что, начиная с марта, Магомет-Амин не переставал склонять на свою сторону всех закубанских горцев, а на покорных и преданных нам бесленеевцев и других черкесов направлял хищнические партии для разгрома 510). Все это привело к тому, что бесленеевцы изъяви ли желание переселиться на Уруп, под защиту наших укреплений от враждебных действий своих соседей. Не смотря на всевозможные препятствия со стороны Магомет-Амина, старавшегося всеми силами задержать переселенцев, бесленеевцы перебрались на новые места, благодаря содействию отрядов полковников Васмунда и Волкова, оттеснивших неприятельские партии. Упрямый наиб в апреле опять собрал скопище в 5000 всадников, с целью идти с ним на Уруп, силою забрать бесленеевские аулы и увести в горы, а их самих присоединить к себе.

Таким образом русскому влиянию за Кубанью угрожала серьезная опасность в случае успеха горцев. Начальник Лабинской линии полковник Волков своевременно узнал о намерениях Магомет-Амнна, когда последний с главными своими силами из абадзехов, убыхов и других находился еще у верховьев Лабы и дал немедленно знать на Кубанскую линию. Быст ро полетели нарочные во все стороны. Из Баталпашинска и со стороны центра Кавказской линии за Кубань почти одновременно двинулись полковник Васмунд с хоперцами и отряд генерал-майора князя Эристова, чтобы поддержать полковника Волкова, наступавшего от Лабы. Хоперские сотни прошли по Зеленчукам, где, 25-го апреля, истребили партию абреков, собравшихся на разбой в нашу сторону. 28-го числа сотни возвратились в Баталпашинск и по случаю захудалости лошадей были все отправлены на кордонные посты. Вместо них Васмунд собрал другие 5 сотен, в числе 7-ми офицеров и 715-ти нижних чинов 511), от обоих Хоперских полков и 2 конных орудия, с которыми снова выступил за Кубань. На другой день он присоединился к отряду князя Эристова, в составе которого хоперцы двинулись к горе Ахмет.

За время похода хоперские сотни несли разведывательную службу и, рыская по окрестностям, 3-го мая открыли партию горцев, которую после жаркого боя разбили наголову, отбив у неприятеля транспорт с просом и разным имуществом, принадлежавшим скопищу Магомет-Амина. После этого отряд Эристова прошел на Уруп и на Тегени, а 12-го числа достиг Ахметгорского укрепления.

Как ни зорко следили за неприятелем наши отряды, но все же прозевали его. В ночь на 13-е число все силы Магомет-Амина скрытно снялись с своего становища и двинулись к Урупу, обманув бдительность отрядов князя Эристова и полковника Волкова 512). Перед вечером этого числа Магомет-Амин занял своими силами бесленеевские аулы, заставив жителей всю ночь собирать имущество и укладываться на арбы. Отряды Эристова и Волкова узнали слишком поздно о действиях неприятеля, но затем поспешно выступили в погоню за скопищем. Всю ночь наши отряды разными дорогами двигались по пятам горцев, и только один Волков, перед утром 14-го мая, остановился на отдых в виду неприятеля на левом берегу Урупа; отряд же Эристова опоздал. На раcсвете полковник Волков выступил против черкесов, которые с огромным числом забранных ароб, двинулись вверх по правому берегу Урупа параллельно движению нашего отряда.

В таком положении противники прошли 6 верст вверх от станицы Урупской. Вдруг тысячи три горцев, отделившись от главных своих сил, переправились на левый берег и всею массою бросились на наш отряд. Быстрота нападения неприятельской конницы едва не поставила наши войска в критическое положение. Однако, передовые части пехоты успели свернуться в каре и встретили горцев дружным ружейным огнем. Несколько раз черкесы бросались в шашки; атаки их были так стремительны, что они даже рубили артиллерийскую прислугу. Наконец, около полудня огонь нашей артиллерии и дружная стойкость казаков остановили успех неприятеля. В это самое время подошел отряд князя Эристова.

Воспользовавшись замешательством горцев после отбитой атаки и заметив некоторую нерешительность среди них, князь Эристов двинул всех хоперцев и остальных казаков своего отряда во фланг скопищу, а пехоте и артиллерии приказал усилить огонь. Удачный охват хоперцами фланга, в связи с атакою конницы отряда Волкова, дали блестящие результаты. Более 1500 казаков, под личным предводительством Васмунда и Волкова дружно, как один, ринулись на неприятеля в шашки. Горцы не устояли, дрогнули и обратились в беспорядочное бегство, жестоко поражаемые хоперцами, лабинцами и ставропольцами. Поражение неприятеля было полное[115]. Скопище Магомет-Амина окончательно рассеялось, а сам он ушел в Кабарду. После того жители бесленеевских аулов были водворены на своих местах.

В этом бою наши потери простирались до 600 человек убитыми и ранеными, горцы же понесли небывалый дотоле урон и на месте боя оставили около 1500 трупов. 26-го мая хоперские сотни с полковником Васмундом возвратились домой 513).

1-й Хоперский полк, получивший, как известно, официально начало своего существования только в 1845 году, не имел полкового знамени и никаких боевых знаков отличия, как часть недавно сформированная, да еще из крестьянского населения, обращенного в казачество. Но в описываемое время за казаками этого полка уже всеми признавалась добрая и усердная служба, ознаменованная не одним боевым подвигом. Вообще с первых годов, по обращении в казачье сословие 32-х селений Ставропольской губернии, жители их, новые казаки, быстро усвоили себе весь казацкий образ жизни и боевую обстановку, в которой жили старые линейцы, а также все воинские приемы и порядки; на кордонных постах и в других служебных нарядах, и командировках они показали себя воинами храбрыми, смелыми и надежными. Теперь, в составе уже штатной части, казаки 1-го Хоперского полка в течении последних пяти лет