История Хоперского полка Кубанского казачьего войска 1696–1896 гг. - Василий Григорьевич Толстов

кабардинского мехкеме (судилища) на р. Зеленчуке. Не давая опомниться абрекам, хоперцы и милиционеры дружно атаковали их, при этом четырех взяли в плен, а двух сопротивлявшихся изрубили. Во время этой схватки обратил на себя особенное внимание и вызвал удивление милиционеров такой случай. Успевшие ускользнуть хищники сели на коней и в карьер понеслись уходить. Один из хоперцев, фамилия которого осталась к сожалению неизвестной, имевший отличного коня, недолго думая, бросился за абреками и, догнав заднего из них, на всем скаку одним сильным и ловким ударом шашки отрубил голову, которая и покатилась на землю 494).

По возвращении на Кубань, сотни отправились на отдых, но ненадолго. В начале осени, по случаю тревожных известий, в Баталпашинске снова собрались семь сотен хоперцев обоих полков, в числе 7-ми офицеров и 816-ти урядников и казаков, где простояли с 9-го по 29-е октября. Ввиду этого кордон ослабел до того, что пришлось вызвать на его усиление 211 льготных казаков, а это уже означало крайнее напряжение в деле охраны границы 495). Ряд мелких набегов до конца года сильно тревожил кордонную линию. В этом году полусотня хоперцев, в числе 2-х офицеров и 60-ти казаков, в составе Сборно-Линейного дивизиона, находилась в отряде генерал-адъютанта графа Граббе и принимала участие в Венгерском походе 496), по окончании которого временно оставалась в распоряжении наместника Царства Польского.

Новый 1850 год на Кубанской линии начался спокойно, хотя по ту сторону Кубани положение дел было не особенно благоприятно. В первых числах февраля урупские кабардинцы и башильбаи заявили нам свое желание покинуть горы и переселиться на р. Б. Зеленчук. Но прошел месяц, а обещания хитрых горцев остались неисполненными. Оказалось, что, подстрекаемые Магомет-Амином 497), кабардинцы и башильбаевцы уклонялись от обещания, в надежде, что наиб защитит их и не выдаст русским. Все эти обстоятельства заставили нас действовать быстро и решительно. Два отряда были направлены к верховьям рр. Урупа и Лабы. Главный, под начальством полковника Васмунда, в составе семи сотен казаков Хоперской бригады (3 сотни 1-го и 4 сотни 2-го полков) с 2-мя конными орудиями, 9-го апреля, перешел Кубань и стал на Урупе, чтобы следить за кабардинцами и башильбаевцами, препятствовать им сообщаться с со седними аулами и не допускать к ним подкреплений от Магомет-Амина498). Другой отряд стал у Ахметгорского укрепления. В то же время, чтобы убедить горцев в бессилии Магомет-Амина, стоявшего тогда с своим скопищем на р. Белой, решено было взять Херписавский аул, расположенный в 12-ти верстах от Урупа. В этом ауле, хорошо защищенном природою и искусственными укреплениями, находили себе приют все хишнические партии для набегов на линию, и между русскими он пользовался дурною славою. Здесь скрывался с партиею абреков и разных разбойников беглый цебельдинский князь Эльцау Марщани, постоянно тревоживший набегами Цебельду. Для уничтожения этого аула, послан был весь отряд Васмунда и Ставропольский казачий полк, под общим начальством полковника Войцицкого.

Рано утром 11-го апреля, четыре сотни хоперцев с войсковым старшиною Товбичем были направлены обрекогносцировать подступы к аулу. Товбич выдвинулся вперед и, пользуясь закрытою местностью, ловким маневром открыл расположение горцев. Передовые неприятельские засады были мгновенно уничтожены казаками. Преследуя уходивших черкесов, хоперцы первые наскочили на неприятеля, спешились и пошли на приступ. Вслед за ними Войцицкий пустил остальные сотни хоперцев и ставропольцев. Преодолев все трудности пересеченной и закрытой местности, казаки нагрянули на аул. Произошел упорный бой, в котором враги сцеплялись в рукопашной схватке несколько раз!.. Под конец почти двухчасового дела, горцы дрогнули и обратились в бегство, спасаясь в ущелья и трущобы от пуль и шашек, а также от огня, охватившего широким пламенем весь аул.

При отступлении на долю хоперцев досталось следовать в арьергарде. Товбич, спешив 2 сотни, окружил полукольцом задние сотни, и в течении получаса храбрые казаки отбивали яростные нападения собравшихся из окрестностей черкесов. Но дело их было уже проиграно. Отступив на равнину, полковник Васмунд с хоперцами искусным маневром отхватил от горных трущоб кабардинские и башильбаевские аулы с их стадами и имуществом.

В этом деле хоперцы действовали очень ловко и энергично: они проникали во все захолустья и соседние ущелья в верховьях реки Урупа, очищали местность от неприятеля, расстраивали его засады и уничтожали жительские запасы хлеба и сена. Окруженные со всех сторон казаками, жители названных аулов два дня укладывались и собирались в путь для переселения. На третий день, 14-го апреля утром, многочисленный обоз переселенцев, состоявший из нескольких сот черкесских ароб уже стал стягиваться на правый берег Урупа, под прикрытием хоперских сотен с орудиями. В это время разведкою была открыта сильная партия горцев, засевшая в урупских теснинах с намерением воспрепятствовать движению обозов с переселенцами. Обстановка дела становилась серьезной, тем более, что из окрестных балок и ущелий стали тоже появляться сильные партии черкесов. Васмунд, однако, не потерялся. Две сотни хоперцев решительно атаковали главную партию в Урупском ущельи, и через полчаса расстроенный неприятель с значительным уроном уже спасался бегством. Берега Урупа были очищены, и переселение кабардинцев и башильбаевцев на р. Б. Зеленчук в тот же день совершилось благополучно. В делах 11-го и 14-го числа хоперцы были главными деятелями, и весь успех переселения черкесов принадлежал всецело 499) им[113]. 21-го апреля Васмунд с четырьмя сотнями и одним орудием возвратился домой, а три сотни с другим орудием остались за Кубанью на Б. Зеленчуке в ведении пристава тахтамышевских аулов подполковника Соколова; здесь хоперцы пробыли один месяц, наблюдая за переселенцами, а затем вернулись на линию 500).

Тревожное настроение, однако, среди горцев не прекращалось. Хоперские сотни обоих полков все лето и осень несколько раз ходили на рр. Зеленчук и Уруп предупреждать абадзехов, несколько раз намеревавшихся вернуть в горы зеленчукских поселенцев. За все это время кордонная линия имела почти двойной состав охранявших ее постовых команд, для предупреждения ожидавшихся неприятельских набегов; но все прошло довольно тихо. Командировок больших не было, и только 1-го июля сотня 2-го Хоперскаго полка, из одного офицера и 108-х казаков, была отправлена на стоянку в укрепление Надеждинское, вместо бывшей там сотни донцов, уволенной домой на Дон 501).

В сентябре стало известно, что Магомет-Амин, по возвращении от шапсугов, остановился на р. Белой в урочище Топкай. Отсюда он разослал приказание, чтобы все конные и пешие, имевшие оружие, с запасом провианта (в виде гарнца пшена жареного в масле и трех кружков сыра), были готовы 18-го сентября на сборном месте между реками Сералом и Улем, откуда предполагалось двинуться к верховьям