Рип Винклер - Рождение бога - Руслан Шабельник

Тревожные молоточки начали стучать в голове. Рипу был нужен именно Теодор Калигула, герцог, отец Троцеро Калигулы. Хотя, может, ученые и здесь все напутали, как в случае с его одеждой.

– Троцеро, - произнес Рип. - Троцеро Калигула, сын Теодора Калигулы, вы о нем что-нибудь слышали?

Глаза ученого округлились.

– Вероятно, это другой Калигула. У сына герцога пока нет детей. Да, его жена, леди Елизавета, сейчас беременна, но неизвестно, кто это будет, мальчик или девочка.

Молоточки превратились в кувалды и дружно колотили по несчастному черепу.

Нет, он ничего не перепутал, он хорошо помнил имя. И ученые не напутали. Ему нужен был именно герцог Теодор Калигула, а точнее его шестнадцатилетний сын Троцеро. Тай-Суй, или кто там стоит за ним, и в этот раз решил не остаться в стороне. Рип просчитался ровно на шестнадцать лет. Второй раз можно было не пробовать.

Его враг, Троцеро, человек, укравший Марико, так близко и вместе с тем так недосягаемо далеко от него.

Нет нужды добираться до замка. Единственное, что он там сможет увидеть, это живот женщины, в котором растет будущий его враг.

– Вам плохо? - участливо поинтересовался ученый. - У вас такое лицо, будто случилось нечто ужасное.

Рип очнулся.

– Нет, спасибо, уже лучше. Съел что-то не то. - Он вымученно улыбнулся.

– Вполне может быть, - серьезно кивнул профессор. - То, как эти люди по-варварски готовят пищу...

Рип не слушал. "Замок, живот, беременная женщина"..

Может, не все потеряно. Да, он не увидел врага, но в сложившейся ситуации это не так и важно.

Винклер получил нечто лучшее, нежели простое свидание с ним. У него появилась возможность раз и навсегда разделаться с ненавистным Троцеро. Причем когда тот не способен постоять за себя.

Рип не знал, какой срок у молодой жены Теодора - чем раньше, тем лучше. В любом случае есть масса способов сорвать беременность. Будущая герцогиня наверняка молода, у нее будут еще дети - совсем небольшая цена за спокойствие. Рип вспомнил рассказы Олонэ о сотнях замученных, вспомнил лишенные жизни глаза приверженцев культа Баал-Лиина на планете Моргиана, вспомнил об умирающем с именем бога на устах пленнике, захваченном во время похищения Марико. Один неблагородный поступок, один грех, но зато сколько пользы он может принести.

Рип уже начал обдумывать детали плана...

Юноше понадобилось совсем немного времени, чтобы понять, что он этого не сделает. Просто не сможет. Встретиться лицом к лицу с врагом в открытом бою - это одно. Он всегда готов. Даже закулисные схватки с использованием подчиняющихся им обоим сил времени. Но вот так, убить беззащитного, еще не рожденного младенца... Его мать, отец... какой ни есть, но это их сын. Их первенец. А как же замученные жертвы, одурманенные обещанием грядущего золотого века адепты, Марико... Ну почему, почему именно на него свалился этот выбор! Он не готов к нему. Не может... Или может...

– Извините, я немного, хм, задержался. - Дыхнув перегаром, рядом опустилось массивное тело Сильвестра. - Эти ягоды, что жевал по дороге... вроде как перебрал... и совсем же немного съел.

– Постой! - Винклер остановил юношу с несколькими полными кружками. Он забрал пару сосудов и протянул один из них старику.

– Давай выпьем.

– Конечно, - расцвел Сильвестр. Тем более что ранее гость весьма неохотно принимал спиртные напитки. - А за что?

– За что... За здравие раба Баал-Лиина Троцеро, подойдет?

– За Троцеро так за Троцеро, - пожал плечами старик.

Рип принял решение и боялся передумать. Он посмотрел на солнце, оно уже почти скрылось за горизонтом. Ему в этом мире осталось что-то около двенадцати часов, самое лучшее провести их в беспамятстве.

– Еще! - во все горло заорал Рип, когда кружки осушились. - Мне и моему другу! И окатите наконец кто-нибудь святой водой этого чертового оборотня... Если он еще не убежал.

Едва в трюме звездолета появился кокон, император и Эйсай кинулись к нему. Не успели они подойти на достаточное расстояние, как кокон распался на две половинки и из него начал выбираться Винклер.

– Живой! - подлетел к другу Эйсай.

Рип громко икнул и, перегнувшись через борт капсулы, сполз на пол.

– Его пытали! - Эйсай с ненавистью посмотрел на императора. Однако начавший распространяться по трюму запах опровергнул последнее утверждение молодого нихонца.

– Да он пьян! - не поверил Таманэмон.

– Я не пьян, - впервые подал голос Рип. Язык у него так заплетался, что слова можно было разобрать с трудом. Рип подумал и добавил: - Это подлые инс... инс... инсинуации. - Как ему удалось взять это слово всего лишь с третьей попытки, оставалось загадкой.

– Его пытали спиртным. - Нихонец озабоченно склонился над другом. - Ты как?

– А-а-а, Эйсай! - Рип не без труда сфокусировал взгляд.

– Где твой бластер, нож? - осмотрев Рипа, спросил император.

Рип нахмурился.

– Ножом мы оборотня добивали, кажется. Невежливый, сволочь, попался. Мы ему, как человеку, давай выпьем, а он будто не слышит. Мертвым притворился. Оборотни, они... - Рип хитро подмигнул собеседникам. - Но нас не проведешь. Сильвестр ноги, значит, держал, а я самогон в рот залил. - Рип был весьма доволен собой.

– А бластер? - напомнил император.

– Так с Сильвестром же и махнулись. Вот такой мужик! - Рип показал им оттопыренный большой палец. - Я ему бластер, а он мне во. - Винклер с трудом поймал болтающийся на шее бесформенный камень. - Амулет рода, или родовой амулет... в общем, теперь мы с ним братья. Даже крепче. Помогите мне встать, а?

– Я говорил, что без меня его лучше не отпускать. - Нихонец начал успокаиваться - жизнь друга оказалась вне опасности.

– Ты Троцеро видел? - задал очередной вопрос император.

Рип стал на корточки и, уперевшись головой в Тай-Суй, силился разогнуть ноги.

– А-а-а. - Юноша махнул рукой, отчего потерял с трудом обретенное равновесие и вновь завалился на пол. - Да пошел он! Мог видеть. Я мог что хочешь с ним сделать! Не сделал.

– Что он имеет в виду? - не понял Эйсай.

– Не знаю.

– А если не нравится, - оставив попытки подняться, Винклер начал устраиваться рядом с капсулой с явным намерением поспать, - можете сами отправляться и делать что хотите.

Далее последовало мирное сопение, возвестившее о том, что добиться чего-либо еще от горе-путешественника во времени будет нелегко.

Трезвой части компании оставалось только удивленно стоять и смотреть.

– Понесли, что ли?

Император взял спящего за ноги, Эйсай подхватил под мышки, и они поволокли юношу в сторону спальных кают звездолета.

– Тише ты! - Последняя реплика относилась к чересчур расшумевшемуся после рассказа Рипа Эйсаю. Сам "виновник торжества" только что поменял очередной пузырь со льдом. Он приложил его к голове.