Измена (Книга Слов - 2) - Джулия Джонс

- Пятнадцать минут, парень. Потом иду искать.

Джек завернул за первый же угол и бросил бочонок, не заботясь, куда он упадет. Голова шла кругом, руки тряслись, изо рта текла кровь. Пятнадцать минут. Времени нет, надо вскрывать бочонок.

Послышались шаги, сопровождаемые шепотом. Те три женщины прошли мимо Джека так, словно его и не существовало. Оглядевшись, он увидел, что стоит в темном углу двора. В отдалении двое мужчин играли в кости, швыряя их об стену. Это были часовые: их копья лежали в грязи вместе с двумя пустыми мехами из-под эля. Справа виднелось большое, ярко освещенное здание с открытыми ставнями: люди, пировавшие внутри, сдвигали кубки. Там, как видно, помещалась трапезная. К ней притулилось строеньице поменьше - кухня.

Что делать дальше? Джек прочел немало историй о героях, и все они без исключения всегда знали, что и как делать. Он же не имел об этом никакого понятия. Ровас говорил, что он без труда найдет какую-нибудь железку, чтобы вскрыть бочонок, но где ее искать? Копье часового подошло бы в самый раз, но пытаться стащить его было бы безумием. Может, на кухне что-нибудь сыщется? Надо попробовать.

Приняв это решение, Джек, не теряя времени, перекатил бочонок подальше в тень и прокрался вдоль западной стены до самой кухни. Часовые, увлеченные игрой, его не заметили. Обогнув кухонную стену и миновав узкий закоулок, Джек оказался на задворках. Из дверей пахло жареным мясом. В трапезной смеялись и пели, на кухне орали и бранились.

Прижимаясь к стене, Джек оглядел кухонный двор. В углу стояла колода для рубки мяса, и Джек напряг зрение, высматривая, нет ли там топора. Их кухни вышел человек в переднике и направился к той самой стене, у которой притаился Джек. Джек замер, и струйка пота побежала у него по спине. Человек остановился не далее двух лошадиных корпусов от него. Луна в этот самый миг скрылась за тучей, и Джек вознес молчаливое благодарение Борку. Человек задрал передник, развязал внизу камзол и пустил на стену струю, мурлыча себе что-то под нос. Правая нога у Джека затекла, и он боролся с желанием перенести вес на левую. Сейчас ему нельзя было даже пальцем шевельнуть.

Мужчина с гордостью обозрел свой орган и запихнул его обратно. Постоял немного, будто прислушиваясь, и вернулся на кухню. Испустив вздох глубочайшего облегчения, Джек нагнулся растереть затекшие мышцы. Разило мочой.

Времени оставалось совсем мало. Джек стал на четвереньки и пополз через двор к колоде. Топора он там не видел, но могло найтись что-то полезное по ту ее сторону.

Он полз, приволакивая еще не отошедшую ногу. Вид у него, наверное, самый дурацкий, но это не важно: главное - как можно скорее вскрыть бочонок. Во дворе было грязно, хотя дождя не выпадало уже несколько дней. Ничего не видя в темноте, Джек догадывался, что это кровь промочила землю вокруг колоды.

За колодой валялся крюк для мяса. Топор был бы лучше, но и это сойдет. Заткнув крюк за пояс, Джек пополз обратно к кухонной стене.

Теперь начиналось самое опасное: он не мог никому попасться на глаза в измазанной грязью и кровью одежде. Двое часовых закончили игру. Один пил из третьего меха, другой осматривал наконечник копья. Джек, вынырнув из закоулка, подался к стене. Луна вышла из-за туч. Сколько времени он уже здесь? Пять минут? Десять? Кто его знает. Одно верно: нельзя ждать, пока луна опять скроется. Джек крался вдоль стены, прижимаясь к ней спиной. Все шло хорошо, пока он не споткнулся о корень дерева, невесть откуда взявшийся под стеной. Оба часовых посмотрели в его сторону. Джек замер. Часовой с копьем двинулся к стене. Джек молился, чтобы тот не разглядел его. Второй страж крикнул:

- Брось, Борнис, это крысы. Иди глотни, пока я не прикончил весь мех.

Тот, что с копьем, заколебался и вернулся к своему товарищу. Джек заставил себя досчитать до ста, прежде чем двинуться дальше. Время было на исходе.

До бочонка он добрался без дальнейших происшествий. Тот покоился в славном темном углу, но Джек для пущей безопасности перекатил его в нишу за воротами. Тут его никто не увидит - разве что услышат часовые у ворот, если он не будет осторожен. Джек просунул крюк между двумя дощечками. Ну почему руки так трясутся? Джек медленно, осторожно взламывал бочонок, водя крюком туда-сюда. Раздался треск, и крюк заклинило. Джек покрепче взялся за рукоять и рванул. Крак! Бочонок раскололся, и эль хлынул Джеку под ноги. Это был самый прекрасный запах, который он обонял в своей жизни.

Треснувшие дощечки уже нетрудно было протолкнуть внутрь. Железные обручи больше ему не мешали. Поддев крышку, Джек, как и ожидал, увидел нож, замотанный в кусок промасленной кожи. Ровас не соврал. Размотав кожу, Джек вытер клинок о камзол и попробовал на пальце. Лезвие было таким острым, что он даже не почувствовал пореза.

Джек подставил руки ковшом под дыру в бочонке и хлебнул пенистой влаги. Второй пригоршней он умылся. Эль был хорош на вкус. Джека осенило он поднял бочонок над головой и вылил остатки себе на грудь. Теперь если кто и увидит его, то скажет: вот, еще один налакался.

Осталось меньше пяти минут. Пора приступать к делу. Ровас, помнится, говорил, что офицеры помещаются слева от задних ворот? Прежде чем выйти из тени, Джек подобрал крюк: он мог еще пригодиться.

Часовые у ворот допрашивали очередного пришельца и не видели, как Джек прошмыгнул мимо. Он шел вдоль стены, пока она не повернула на восток, и вспоминал карту, нарисованную Ровасом в муке. Впереди показалась крытая галерея, о которой говорил контрабандист. Подойдя поближе, Джек спрятался за подпорой, пригнулся пониже и заглянул в галерею. Двойные двери и двое часовых. Ждать смены караула не позволяло время. Что же делать? Что бы сделал на его месте герой? Искромсал бы небось обоих на куски?

Устав сгибаться в три погибели, Джек выпрямился. При этом крюк, заткнутый за пояс, зацепился ему за штаны и разодрал их до самого пояса.

- Черт! - тихо выругался Джек. Он вынул крюк и хотел положить его на землю, как вдруг услышал голоса. Поглядев через деревянные столбы галереи, он увидел компанию женщин и офицеров - человек семь или восемь, - идущих через двор в его сторону.

Крюк был у него в руке. Оставался только один выход. Держась в тени столба, Джек высунулся наружу и, размахнувшись, запустил крюк в воздух, целя в офицеров с их дамами.

Крюк пролетел по небу и упал с грохотом, за которым последовал крик боли. Поднялся адский гвалт. Женщины визжали, мужчины звали на помощь. Со всех сторон бежали часовые. Крюк попал в затылок одному из офицеров.

Часовые у дверей, покинув свой пост, бросились к месту происшествия. Джек выскользнул из-за столба и побежал по затененной галерее. Сердце билось так, будто вот-вот разорвется. Двойные двери не были заперты, и он мигом проскочил в них. Как там говорил Ровас? Лестница направо, и первая дверь наверху.