Темные души - Ана Рома

Это было полнейшим бредом, я не верил ни единому слову из уст Витэлии. Она была напугана, что-то точно происходило, и мне едва хватало сил сдерживать себя. Поцелуй подтверждал факт того, что она боролась с собой, готовая ответить взаимностью.

– Конечно, нет.

Встав с кресла отца, в которое он больше никогда не сядет. Проводя рукой по полке с книгами, достав ту, что была пустышкой. Здесь он хранил самое ценное в его жизни, письма, которые писала ему мама из Цюриха.

Ее семья переехала из Милана в Швейцарию до ее рождения. Отец занимался фармацевтикой, бизнес после его смерти унаследовал старший брат матери. Они не так близки, как мы с Антонио, скорее вообще нет. Когда мы были детьми, мама часто переживала, что драки отдаляют нас друг от друга.

– Франческо обещал, что поможет. Чем занималась Фамилья, которая так предана?

Теодоро злился, совершенно сбитый с толку, потому что наши силы были вдвое выигрышнее. Имел ли он какие-то договоренности с Франческо? Мне не было интересно.

– Мы не ввязываем союзников в войны. Фамилья совершенно другая организация, и хорошее взаимоотношение не обязывает принимать безоговорочно нашу сторону, – объяснил я, в дверь постучали. – Войдите.

Сантино, муж сестры Лиа, вошел в комнату, его лицо было сосредоточено. Семья Котрони, которая сохранила свое имя с истоков возникновения Сидерно. Его братья контролировали Квебек и Оттаву, с недавнего времени я усложнил им задачу, допуская на территорию Триаду.

– Все улажено, – кратко доложил Сантино.

– Если ты не поверил ее словам, тогда почему вы резко поменяли планы и решили лететь обратно в Канаду? – Тео сел на край дивана.

– Отец сказал, что нужно срочно возвращаться домой. После того, как я снова сказал Бернардо, что доказательств к смерти Рензо у него нет.

– Серьезно? Ты сказал это? – Антонио удивленно на меня посмотрел.

Мы с братом обменялись взглядами, и каждый понял, о чем идет речь.

– Витэлия сказала гораздо больше меня.

– Дьявол. Я ничего не понимаю, о чем идет речь? – Тео потер подбородок.

– Мы с Резно были партнерами. Благодаря ему, отец смог находится в безопасности, пока был в Лос-Анджелесе. Марко не знает, что мы с ним сотрудничали во много. Никто из Волларо не знает этого.

– Какого хрена ты терся с Каморрой? – Тео встал, и Сантино двинулся к нему.

– Аккуратней в высказываниях, принц. Конделло куда более изобретательнее в предательстве, – напомнил ему Антонио. – Что сказала невестка?

– Догадалась, что Рензо убил Бернардо, – я посмотрел на Сантино, который знал эту историю.

– Хочешь сказать, после этого она села в машину и уехала? – брови брата взлетели вверх.

– Она беспокоилась о последствиях.

– Бред. Когда она перерезала горло Босси, не переживала о последствиях, – Антонио закричал. – Сколько раз была возможность просто встать и уйти, Кристиано? Взять тебя за руку и уйти, но она не сделала этого. Теперь ответь мне на один чертов вопрос: стоила ли твоя любовь смерти нашего отца?

– Стоила! – резко ответил я. – Да, стоила! И будет стоить, несмотря ни на что, понял!

Антонио открыл было рот, но тут же закрыл его, стиснув челюсть.

– Отлично. Теперь сходи к маме и повтори эти слова. Эгоистичный ублюдок.

Он вышел, громко хлопнув дверью, а затем из коридора послышались звуки разбитого стекла и разъяренные крики. Теодоро вышел следом, чтобы проконтролировать ситуацию, которая могла навредить Антонио.

– Он скорбит, – Сантино коснулся моего плеча. – Мне отправить посылку Марко?

– Не сейчас, Сантино, – усевшись обратно в кресло. – Сейчас я хочу напиться.

– Тогда давай сделаем это.

***

Тело отца было доставлено в храм для церемониального прощания. У входа вовсю рыскали репортеры, готовые разорвать каждого, чтобы урвать эксклюзив. По интернету разгуливала информация о кончине бизнесмена Алдо Ринальди, некоторые из его партнеров лично выразили свое соболезнование.

Мама выглядела бледной и изнеможенной, серый цвет лица и темные круги под глазами, которые она скрыла за солнцезащитными очками. Несколько врачей дежурили в нашем доме, постоянно контролируя ее состояние.

Джина же просто закрылась в своей комнате, не желая идти на контакт ни с кем. Лиа просидела под ее дверью несколько часов, уговаривая немного поесть, потом ее сменила Розабелла.

– Тебе лучше присесть.

Растирая ее ледяные руки, когда на улице была невыносимая жара. Мать Лиа стояла по другую сторону от подруги, обнимая за плечи.

– Где твой брат? – хриплым голосом спросила она.

Антонио не появлялся в доме с прошлого вечера. Вито и Теодоро искали его по всему городу, пока не обнаружили его пьяное тело в одном из клубов.

– Почти на месте. Не волнуйся.

В зал вошла семья из Гамильтона, а за ними пропавший брат. Его волосы были растрепаны, рубашка застегнута всего лишь на пару пуговиц. Он выругался, а затем, сделав реверанс жене босса из Ванкувера, прошёл дальше вдоль рядов.

– Мамочка, – он наклонился, поцеловав в щёку. – Ты знаешь, как сильно я тебя люблю?

Запах алкоголя буквально сделал мне пощёчину. Лиа притянула его за руку к себе, пытаясь превратить пьяного брата в приличного человека.

– Мы ведь никогда не занимались сексом в храме?

Лиа бросила извиняющийся взгляд в нашу сторону, когда боролась с пуговицами на рубашке. Её руки тряслись, а щёки стали пунцовыми.

– Всё готово. Мы можем начинать, – обратилась ко мне организатор после процессии отпевания.

Было принято решение, что Канада не откроет границы для посторонних локале. Многие желали лично прилететь на прощание из разных уголков мира, для безопасности мы удвоили охрану в аэропортах. Даже боссам тайного общества Санта разрешено было дистанционно выразить соболезнование, но были некоторые исключения вроде родителей Вито и Франческо Барбаро.

– Мне начать? – спросил я, потому что мама колебалась, сминая записку в руках.

– Нет, всё в порядке, – отдавая очки в руки.

Она поднялась с места, глубоко вдохнула и прошла к центру, попутно проводя ладонью по фотографии отца. Стало ужасно тихо.

– Прежде чем начать, я бы хотела поблагодарить каждого, кто приехал. Он ценил и уважал всех вас, – ее трясущиеся руки пытались развернуть бумажку. – Я немного не профессиональна в красивых речах. Теперь мне приходится отдуваться за двоих. Засранец.

Послышался легкий смех, мама улыбнулась, вытирая слезы. Джина словно приведение проскользнула мимо, присоединяясь к матери, помогая с листом.

– Дорогой Алдо. Отпускать тебя – это так… В моей голове нет принятия происходящему, и навряд ли я смирюсь с тем, что тебя больше не будет рядом, – она сложила листок, посмотрев в зал. – Моя семья непричастна к мафии, но мой отец был ужасно жаден до денег. Я обычная женщина, которую полюбил человек со справедливым сердцем.