Время любви - Ширли Эскапа

Часто случается, что кто-то из любовников — а может, и оба сразу, — ощущает непреодолимое желание поделиться с кем-нибудь своей жгучей тайной. Видимо, их разжигает чувство повышенного риска: ведь тогда они не будут застрахованы от опасности разоблачения перед родными и общественностью, а их отношения могут стать всеобщим достоянием.

В случае с Морганом и Кейт все обстояло иначе: их союз для обоих был священным — равно как и семейные узы. Оба прекрасно понимали, что дома они не очень счастливы. И Джина, и Жан-Пьер были полностью поглощены работой, а Морган и Кейт оставались для них где-то в стороне. Но это не значило, что любовники хоть на минуту задумывались о разводе.

Все обстояло до предела просто: оба сознавали, что их тайная связь только упростила семейную жизнь каждого.

Глава 52

Открылось все совершенно неожиданно, чуть больше чем через два года, и случилось это после того, как Кейт опрометчиво выдала себя и их тайну.

Как и раньше, семейства Гаше и Гибсонов продолжали встречаться раз или два в месяц.

Однажды вечером, когда все четверо вернулись из театра и расположились в гостиной, у Моргана начался приступ астмы. Привычным жестом, словно за зажигалкой, он потянулся к своему спрею, но флакон оказался пуст.

— Черт возьми, — пробормотал он сквозь зубы, и в ту же секунду Кейт машинально раскрыла сумочку и достала из нее новую упаковку вентолина.

Так же машинально Морган взял лекарство и побрызгал в рот. Инцидент занял какие-то мгновения, разговор плавно продолжался: друзья обсуждали открытие нового, тридцатого по счету магазина «Высокая мода».

Но от цепкого взгляда Джины ничто не могло укрыться. Мелочи, которым она раньше не придавала особого значения, как в детском калейдоскопе, сложились в целостную картину.

С некоторых пор сексуальное влечение к ней мужа значительно ослабло, это ее не особо удивляло, учитывая, что они были женаты уже около десяти лет. Более того, подобное поведение неугомонного раньше Моргана ее даже радовало. Но вот теперь… Теперь до нее дошла истинная причина не только его охлаждения, но и непонятного интереса, который он стал проявлять к гороскопам для Стрельцов — под этим знаком родилась Кейт.

За ужином у Джины все внутри так и кипело от негодования, но она вела себя сдержанно, решив до поры до времени держать язык за зубами.

Ночью она впервые за долгие годы приняла снотворное, конечно, изготовленное в ее собственной компании.

А наутро поехала в частное детективное агентство.

Услуги стоили недешево, но Джина велела следить за Морганом целый месяц.

— Исключая ночное время, — добавила она. — Муж все ночи проводит со мной.

— Из чего следует, что он встречается с замужней дамой, если, конечно, он действительно вам изменяет, — заключил детектив Сэм Харви.

Джина никак не отреагировала на его реплику, но Харви заметил, как сжались ее губы.

— Послушайте, миссис Гибсон, если у вас есть хоть малейшее подозрение на какую-нибудь конкретную женщину, вы должны им со мной поделиться, иначе мы попросту будем терять время.

Джина замялась.

— Наблюдайте за ними не месяц, а три недели, — бесцветным голосом произнесла она и дала координаты Кейт. — Четырнадцать лет мы с Кейт Гаше были лучшими подругами. — Голос ее стал грустным. — Еще в колледже жили в одной комнате…

— Так часто бывает, — цинично усмехнулся Харви.

— В каком смысле?

— Лучшей подруге, как правило, доверяют.

Взглянув на часики, Джина распрощалась и поспешила в свой офис. Как же это все не вовремя, раздраженно думала она. Компания «Гибсон и Кин» недавно проглотила одного из своих главных конкурентов — фирму «Фарнсуорт», — и теперь Джина готовилась принять на себя руководство новым, чуть ли не вдвое расширившимся производством. Как ни странно, в дело со своими капиталами вошла и Сесилия. Если все пойдет хорошо, мать получит свою долю во вновь образовавшейся компании.

Основной продукцией «Фарнсуорта» были красящие средства для волос, и Джине было необходимо обдумать будущую стратегию на рынке сбыта.

— Черт побери! — вслух произнесла она.

Что делать, если ее худшие подозрения подтвердятся? Для Джины верность являлась главным, основополагающим качеством, которое она больше всего ценила, в людях. Она была предана своему персоналу, и сотрудники отвечали ей тем же. Жесткая, проницательная деловая женщина, она знала, как справляться с предательством — в любой жизненной сфере.

Сейчас же ее предали самые близкие люди — муж и любимая подруга! В груди Джины холодной волной поднималась ярость…

Глава 53

С чувством гордости оглядывал свой кабинет Руфус. Не прибегая к услугам профессионала-декоратора, он сам подобрал мебель и все остальное. Легкой конструкции письменный стол — ибо Руфус не нуждался во всевозможных выдвижных ящичках, — чуть меньших размеров, но не менее изящный кофейный столик, выполненный известным британским мастером Фрэнком Бентриджем, уставленный коллекцией старинных микроскопов, обитые кожей бежевого цвета диваны, драпировки в древнетаиландском стиле, практически полностью скрывающие обшитые темными деревянными панелями стены.

Все в кабинете Руфуса говорило о пристрастии его хозяина к культуре Востока, о чем уже и так немало судачили.

Впрочем, ходившие о Руфусе сплетни — в частности, о том, что он употребляет опиум, — были сильно преувеличены. Время от времени он пользовался транквилизаторами, чтобы поддерживать себя в надлежащей форме, и принимал снотворное на ночь. А иногда выкуривал и сигаретку с марихуаной — развлечение, к которому прибегали не только хиппи, но и представители высшего общества, чтобы скрасить свое существование.

С тех пор, как доктор Брэдли со своей группой талантливых химиков и биологов переехал из Женевы в нью-йоркский филиал фирмы «Картрайт фармацевтикалс», прошел ровно год. Ученые не теряли даром времени: ларок — уникальное средство от повышенного давления, созданное Брэдли, этим гением науки, — уже прошел испытания в Федеральной медицинской комиссии и пользовался огромным успехом на потребительском рынке.

Правда, имелась одна загвоздка. Ларок можно было купить только по рецепту врача, поэтому потребители, а ими в основном были женщины, предпочитали более доступные транквилизаторы. Примером чего служила жена Руфуса.

Следовательно, требовалась эффективная и нешаблонная рекламная кампания.

Вот тогда-то Руфуса и посетила счастливая мысль скооперироваться с авиакомпанией, обслуживающей внутренние рейсы и также нуждающейся в саморекламе. В крупнейших газетах появились объявления о том, что любой доктор, прописавший ларок для понижения давления, или его пациент, купивший это лекарство, обеспечивается бесплатным перелетом в радиусе тысячи миль от места вылета. Нечего удивляться, что к 1976 году доход от продажи уникального лекарства составил миллиард долларов.