Время для жизни - taramans

«Скорее всего это и есть тот самый Петька Бычок, которым этот сопляк меня тогда пугал. Самый первейший деревенский хулиган. Ну что – надо искать плюсы в любой ситуации. Если я его сейчас «уроню», на меня здесь уже никто прыгать не станет. А если он меня… то… нет! Надо урыть босоту, а то мне здесь жизни не будет!».

- Так! Петя! У тебя имеется вопрос? Я понимаю, ты тупой и ситуацию влет не просекаешь. Природа на тебе отдохнула. Но! Не здесь! Пошли, босота, вон – за угол. Чего людям отдыхать мешать? – уже идя первым за угол, Иван краем глаза увидел, что два девичьих силуэта в светлых платьях все-таки не ушли и сейчас намереваются проследовать за парнями.

«Может это такая разводка была? Типа девушку обижают, а потом на ее крики прибежавшего защитника – метелят? Да нет… вряд ли. Просто здесь драка – это зрелище. А уж драка незнакомца против местного «царя горы» - так и вообще – событие!».

Завернув за угол, и осмотревшись в свете окон клуба, Иван решил – вот и место, а другого не надо. Ничего под ногами не лежит, ничего не мешает!

«Так… Бычок этот – ниже меня на полголовы, значит и руки у него – короче. Держим на расстоянии? Да вот не факт! Руки у него какие-то длинные, как у гамадрила какого, может и вовсе не короче, чем у меня. Колотухи у него… мда-а-а… крепкие такие колотухи! Значит под них попадать точно нельзя. Это как под пресс попасть – и с одного раза можно нокаут выхватить. Значит двигаемся, и работаем на контратаках. Ноги вот еще подключить, но… здесь и сейчас ногами не бьют. Прокатит ли это у местных, или сочтут ниспровергателем устоев… ага «повинен смерти!»? Да и хрен с ним! Понеслась душа в рай!».

В прежней жизни Елизаров особым драчуном не был. Приходилось в молодости порой драться, но кого сие миновало? А вот по эмоциям Чибиса… как-то… азарт какой-то проявился. Тело он успел чуть подкачать, мышцы есть, и силенка чуток накоплена.

- Ну и чё ты хотел, городской? – ну да… как же без базара-то перед дракой?

- Ты, Петя, разумом скорбен? И кто тебе такое погоняло дал – Бычок? Ты не Бычок, ты – баран тупорылый! Животное дикое и тупое! Иди сюда, я тебе нос откушу и кадык сломаю! – если часть своих слов Косов говорил вполне громко, чтобы и другие услышали, то часть – тихо, чтобы слышал только Бычок. Вот как про кадык и нос – зачем кому-то думать, что Косов – буйный сумасшедший, а вот Петя – пусть задумается, вдруг и уверенности у него поубавится. Сам же начал резко накачивать себя, как тогда «тяжелый» учил!

Взревев, этот малохольный кинулся на Ивана. «Правда – бычок! Ему еще и руки в голове приложить – типа – му-у-у-у! Забодаю!». Как-то очень уж прямолинейно противник поступил. Иван сделал быстрый приставной шаг влево, чуть присел, а правую – подставил противнику.

«Бдыщь! Ага – большой шкаф громче падает!» - во всеуслышание прокомментировал Косов. Бычок снова взревел и как резиновый мячик подскочил с земли.

«Ух какой прыгучий! Нет, все же надо ему чуть ножку подправить!».

- Ты, с-с-с-у-ка, чё пинаешься? – заорал в ответ на его лоу-кик в бедро Бычок.

«Ага… а вот чё – что-то ты, Петя, прихрамывать стал. Не нравиться?»

Косов еще раз отпрыгнул в сторону, уходя от броска противника.

- Ты че не дерешься? Чё? Зассал? Дерись, блядь! – Петруха явно не обладал железными нервами.

«Жалко по яйцам бить нельзя – не поймут! А то бы у меня этот поросенок уже в пыли валялся!».

Потом Косов сделал явную ошибку – он пошел на Бычка. И если его пара ударов непонятно куда попала, и попала ли вообще – у Бычка не было видно фатальных повреждений, то плюха, полученная в ответ Иваном, ему явно не понравилась. В голове зазвенело, а рот наполнился соленым и вязким.

«Вот сука! Как он мне влепил, а?! Зубы целые? Ага… вроде целые! Не-е-ет, такой хоккей нам не нужен!».

И Иван снова заплясал перед соперником, не отзываясь на оскорбления и поношения.

«Ждем, ждем! Он явно ошибется! Ага! Вот сейчас! Н-н-н-а-а-а…».

Уловив начало очередного рывка Пети к себе, Иван опять ушел влево, только, не подножку сделал, а, скручивая корпус, согнув правую ногу в колене – и как косой по горизонтали – н-н-н-а! куда-то в брюхо Бычку!

«Ох ты ж ни хрена себе! Вот это у него силища!».

Ивана напором противника развернуло вокруг оси, и швырнуло на землю. Он только краем уха услышал, как утробно хрюкнул Бычок. Значит удар все же прошел! Быстро вскочив, Иван снова приготовился попрыгать.

Но Бычок стоял, тяжело и сипло дыша, пытаясь восстановить дыхание.

- Что, Петя, не все коту масленица? Когда-то и пиздюлями огрестись надо, а? Ушлепок! Ну иди сюда, кункин сблевыш!

«Какой он нервный, однако!».

Бычок снова взревел, и бросился на Косова. А вот правую руку он чуть опустил зря!

Иван опять пропустил Бычка мимо себя, но ухватил его за запястье обеими руками. Разворачиваясь, он провел того по кругу, чуть приподнимая руку противника, потом резко пошел на сближение.

«Н-н-н-а-а-а, тебе! Снова коленом в живот! В-о-о-от! Сейчас куда как ловчей вышло!».

Х-х-екнув, крепыш начал сгибаться, клонясь головой к земле.

«А мы – поможем!».

Чуть подпрыгнув, Иван сверху ударил Бычка локтем, всей массой тела. Уже в последний момент, испуганно мелькнула мысль – ведь убить так можно! Но… что не делается – все к лучшему! Удар у него не вышел. Точнее… вышел не совсем таким, как задумывался - не в основание шеи, а значительно ниже. Как бы даже не между лопаток!

Но Бычку хватило. Он со всего маху сунулся головой в землю.

«От-так! Сука! Еще бы добавить, кулаком в затылок! Чтобы – наверняка! Но – опять нельзя, лежачего не бьют!».

Петя замычал, и попытался подняться на дрогнувших руках.

- Ты, сука, лучше лежи! А то ведь я не сдержусь и от души приложу! Тогда тебя, Бычка, только на мясокомбинат!

Но тот все же стал подниматься и уже достиг позы – «на четвереньках». Иван примерился, но, скосив глаза, понял – не стоит! Вокруг стояла довольно густая толпа молодежи.

«Эк, сколько-то Вас набежало?! Это просто зрители?