Янтарная Цитадель - Фреда Уоррингтон

– Значит, буду ревновать, если узнаю? – донесся голос откуда-то сверху.

Руфрид открыл глаза. На краю водоема стояла Танфия, в одежде для занятий и с полотенцем в руке.

– Вообще-то мне плевать. Забирай его, Метия. – Глаза ее сверкнули, и она швырнула в Руфрида полотенцем. – Два дня! – крикнула она, выбегая из бани. – Ты два дня не мог подождать! Ублюдок!

Выскочив из бань на уступ, Танфия и сама не поняла, почему так злится. Они с Руфридом не были обручены, не давали друг другу клятв, могли выбирать себе любовников по вкусу. Тогда почему же боль так слепит глаза и душу?

Вспомнились уроки Альраэна – никогда не действуй в гневе. Девушка очистила свой рассудок, изгнала из него злобу, точно отравленную стрелу. Потом она пошла в зал упражнений и сказала:

– Альраэн, сразишься со мной?

– Ты только что окончила урок, – заметил учитель, оглядывая девушку.

– Нет, не окончила.

– Хорошо.

Он передал ей длинный деревянный меч. Бойцы отдали друг другу честь, и начался танец ударов и блоков. Вся ярость Танфии ушла в руки, она отвечала ударом на каждый удар, и наконец, ей удалось. Предупредив следующее движение Альраэна, она отбила его меч, и ее собственный прошел сквозь его защиту, остановившись на волосок от горла.

Девушка застыла, задыхаясь. Щеки ее раскраснелись. Учитель уважительно поклонился и одарил ее кривой улыбкой.

– Наконец-то, – заметил он. – Дурно сражаться во гневе, но иногда помогает.

Позднее, когда девушка сидела в комнате, поглаживая белую кошку и собираясь с мыслями, к ней зашел Руфрид.

– Танфия? – Он застенчиво заглянул из-за ширмы.

– Я это сделала! – воскликнула она в жестоком восторге. – Я убила Альраэна.

– Что?!

– Не насмерть. Но я-таки справилась с этим клятым приемом!

Руфрид смотрел в пол.

– Лучше б ты меня измолотила.

– Не-ет, – отрезала она. – Тебя я могла бы взаправду прикончить.

– Тан… мне очень стыдно.

– Два дня нам оставалось. – У нее перехватило горло. – Ты не мог подождать два несчастных денька. Или я тебе просто надоела?

– Да не в этом дело! Просто так... вышло. Я к ней не лез. Это она на меня набросилась… и меня занесло. Знаешь, как бывает…

– Понятно.

– Тан, не плачь…

– Я не плачу! Плевать!

– Нет. Я ни за что не обидел бы тебя так.

Танфия еще сохраняла видимость спокойствия, но глаза ей щипало.

– И как она тебе?

– О чем ты?

– С элирками это по-другому делается?

– Ну, все вроде на месте… не знаю.

– Ты безнадежен.

Руфрид покаянно помотал головой.

– Если это меня и научило чему, так тому, что мне нужна ты, а не кто-то еще. Я тебя люблю, Тан. Прости меня.

Нанесенная ей обида обрушилась скорей на него самого. Поэтому, и потому, что свою боль она в тренировочном зале обратила в победу, Танфия смягчилась.

– Руфе… – Она коснулась его плеча.

– А воздержание правда помогло? – спросил он.

– Не думаю. Тебе – в особенности. Злость на тебя мне оказалась больше под руку.

– Тогда ты у меня в долгу. Шутка! – поспешно прибавил он.

Уголки ее губ невольно вздернулись.

– Ты меня еще любишь? – тихонько спросил он.

– Не знаю.

– У нас все будет хорошо?

– Не знаю, – повторила Танфия. – Просто не знаю.

– Тан, пожалуйста… – Он потянулся к ней, но девушка отстранилась.

– Не сейчас, – прошептала она. – Мне надо пойти подумать.

Танфия долго блуждала по переходам Сребренхольма, заходя в глубинные тоннели, о существовании которых и не догадывалась. Здесь трудились еще замфераи – в тенях проблескивали порой серебряные фигурки – но на пришелицу они не обращали вниманья. Потом она и вовсе осталась одна. Что-то невыразимо покойное было в неярком свечении стен и льдисто-синей тиши.

Злость ушла, но что сменило ее – Танфия сама не могла сказать. Насколько она на самом деле любит Руфрида? Как свою вторую половину, до конца дней? Или как близкого друга, с которым приятно разделить ложе? Она не знала. Ясно ей было лишь одно – что какая-то часть души оледенела в ней, защищаясь от боли, и доверие ушло.

«Что-то сейчас делается в Излучинке?», подумалось ей. Как там родители? Что случится, когда кончится зима? Покуда она не видела выхода из Сребренхольма – словно Эльрилл и вправду накормил их зачарованной едой, чтобы оставить навечно.

Впереди коридор расширялся, образуя зал. Прямо из пола вырастала глыба хрусталя, обтесанная в виде сидения. Танфия вздрогнула. Трон был занят.

Сидящего она с трудом могла разглядеть в густом сумраке, но это был элир в короткой серой накидке. И он не принадлежал к шаэлаир. Волосы его горели темным пламенем, окружая золотой лик… и девушка знала его.

Он глядел в ее сторону, но стоило девушке приблизиться, как элир поднялся и двинулся прочь.

– Не уходи! – крикнула Танфия, подбегая.

Но когда она влетела в зал, гостя не было. Танфия выругалась и чуть не расплакалась; а когда обернулась, то увидела его вновь – в прозрачной глубине хрустальных стен.

Затаив дыхание, она подошла к стене, протянула руку. Элир повторил ее жест, и их пальцы встретились на стыке мира и отражения. Лицо его, душераздирающе прекрасное, было совсем близко.

– Кто ты? – воскликнула девушка.

Губы его шевельнулись, но до нее не донеслось ни звука.

– Я не слышу тебя, – пожаловалась она. – Я Танфия.

– Танфия, – эхом повторил гость.

Пошарив в кармане, девушка вытащила нож. Опал в навершии рукояти сиял ярко-ярко.

– Это твой дар, – проговорила она. – Я знаю, как он зовется – мнелир. Он спас мне жизнь.

Элир кивнул. По щеке его скатилась слеза.

– Хочу коснуться тебя. – Голос его доносился будто из дальнего далека. – Тяжело дотянуться. Я пытаюсь. – Лицо его исказилось от сдерживаемой муки. – Я буду пытаться.

– Да, да, – настойчиво проговорила она. – Чем мне помочь тебе?

Он ответил что-то, но голос его прорывался лишь еле слышным шелестом.

– Не слышу!

Элир оглянулся.

– Они идут, – проговорил он.

По стене пробежало снизу вверх бледное пламя; хрусталь помутнел, и гость исчез. Танфия отшагнула от стены и, преодолевая головокружение, треснула по ней кулаками.

– Не делай так больше! – вскрикнула она. – Не пропадай!

С четверть часа она обшаривала близлежащие коридоры, блуждая по уступам, пещерам и дорожкам, но не нашла ни следа гостя. В отчаянии она схватилась за голову, готовая разрыдаться.

– Танфия? – окликнул ее голос, и, обернувшись, она увидала Эльрилла. – Ты, кажется, сбилась с пути.

– Как вы меня напугали!

– Извини. Расскажи, что случилось.

– Я встретила элира – не знаю, как его зовут – я говорила с ним, а теперь не могу найти.