Избранная пламенем - Кира Верго

— Не отдам я Гелиодора. Не отдам! Хитрые сущности, прекратите со мной играть! — глядя перед собой крикнула им, вцепившись в кота.

— Это я, Лина. Неужели ты не узнаешь меня? — уже тише произнёс голос, и глаза с теплым оттенком янтаря заглянули мне буквально в душу. — Милая, я здесь. Это я.

Он нежно гладил моё лицо, заверяя, что это не обман. Что он настоящий и теперь всё будет хорошо.

— Иди ко мне. Я так волновался. Я чуть с ума не сошёл, — горячо шептал он, предлагая спасительные объятья.

Рядом стоял Январь и молча наблюдал за происходящим.

— Если это правда ты, то скажи мне то, что знаем только мы с тобой, — прошептала я.

И на мгновение я заметила в его глазах растерянность, но затем она сменилась лаской.

— Когда я встретил тебя в мире людей, то забыл покой. С первого дня было ясно, что ты та, кто заберёт моё сердце. То касание рук, когда произошло нечто, та обжигающая искра… я думал, это всего лишь твоё предназначение, но я ощутил этот огонь. Я тогда скрыл это и до сих пор жалею что потерял столько возможностей открыть своё сердце и подарить тебе всё тепло, что рвалось наружу. Время всё знало, она видела нас насквозь. Я понял, что наша связь написана задолго до того, как мы появились… в разных мирах. А потом, пришёл момент истины. Я целовал тебя спящую вечным сном, я шёл за тобой и сейчас, я нашёл тебя. Я люблю тебя и прошу, поверь мне, — искренне сказал он и протянул руку в ожидании.

Это было похоже на правду. Не сдерживая эмоций, бросилась к нему. Да, это правда он! Тепло и аромат дурманили разум всплеском радости. Он гладил мои волосы, шепча на ухо теплые слова, а я плакала, но уже от счастья, что не одна, не брошена на произвол судьбы. Я под защитой и могу расслабиться. Как же хорошо. Тело обмякло в его объятьях, и все испытания показались мутным сном.

— Мрр-мяу-у-у, прошу прощения! Избавьте меня от этого, — раздался голос кота, когда Октябрь поцеловал меня.

Я держала кота мертвой хваткой, и хоть расслабилась внутренне, то внешние реакции остались.

— Ох! Гелиодор, как же я рада, что ты очнулся! — воскликнула от счастья, ещё теснее прижав его к груди.

— Гелиодор? — в один голос спросили Январь с Октябрём.

— Да-а-а, — фыркнул кот, недовольно окинув их взглядом желто-зелёных глаз.

— Неожиданно так. Ты такой… — старался подобрать слова Октябрь, что кот прищурился глядя на него.

— Опустим это. Уже не важно, мяу! Долго вы, мы чуть не погибли, — фыркнул он.

— Но всё уже позади, — ответила я.

— Давайте выбираться отсюда, — сказал Январь.

— Найти дорогу не так просто, — фыркнул кот.

— Не волнуйся, мы позаботились об этом, — сказал Октябрь.

— Как? Вы знаете, где выход? — спросил кот.

— Там же, где и вход, — ответил Январь и кот расхохотался.

— А чего ты смеёшься? — недоумевающе глядя на него спросил Октябрь.

— Да это же немыслимо! Вы пришли сюда и теперь тоже заложники. Ой, горе мне! Что же это такое, вроде великие сути, столько в вас вложено, а такие… тупые, — печально закончил кот.

— Я бы попросил без оскорблений, — отозвался Январь строго глядя на кота. — Что-то ты разговорчив, а у самого-то есть план?

— План был… но изменился, — важно ответил кот.

— Ну, так рассказывай. Чего время терять? — сказал Январь.

— С того момента, как я превратился в кота, меня перестали уважать! — выпалил Гелиодор.

Да что с ним творится? Явно, это не нормально. Он сам на себя не похож, в плане поведения, про внешность я молчу. И братья-месяцы тоже хороши, обижают его, ведь видят, что он сейчас в ранимом состоянии.

— Слушайте, нет времени спорить. Давайте к делу. Каждая сторона предлагает план, и мы выбираем, самый простой, — вмешалась я.

— Мой план — найти точку выхода материи. Эйфирия использовала мой подарок, и я могу определить это место, мяу. Но не обещаю, что это будет просто. По идее, отыскав её, мы выйдем в любом месте нашего измерения, а там, я спокойно могу перевоплотиться и открыть портал в Игмеральд. Но, скорее всего выход и находится в городе. Эйфирия слишком любила это место и никогда его не покидала, мур, — ответил Гелиодор.

— А мы договорились со стражем города, и он не дал закрыться защитному полотну зеркала. Энергией своего посоха, он держит его открытым, а братья сплели нити энергий, чтобы мы могли вернуться назад, — сказал Январь.

— Как это Тагат связался с вами? Уверен, что он уже не ждёт нас. Он слишком принципиален. Поэтому предлагаю мой план. Ваш провальный, — ответил кот.

— Почему? — спросил Январь.

— Потому что соваться в коридор плохая идея. Шанс, что мы выберемся очень низок, мяу! Вы хоть понимаете, что это за место? Там бродят все, кому не лень. Любая сущность, зная лазейку, путешествует через этот коридор, фыр-р-р! И Тагат уже должно запер зеркало, потому что из него могут полезть на свет твари. Уяснили?

— Считаю, что нужно попробовать наш вариант, — заявил Январь. — Братья ждут и никуда не уйдут.

— А я считаю, что это самоубийство для всех нас, — сказал кот, и спрыгнул с моих рук на землю.

— Мы бессмертны, — мрачно заметил Январь.

Кот прищурил глаза и так серьёзно окинул нас взглядом, задержавшись на мне.

— Верно. Мы. Но не она.

Повисло молчание. Каждый обдумывал его слова и варианты исхода событий.

— Ты уверен, что сможешь найти эту точку материи? — нарушил тишину Январь.

— Я обязан это сделать, — важно ответил кот.

— То есть, не уверен, — добавил Октябрь.

— Мы не вправе рисковать. Если ты не имеешь понятия, где она, то сейчас не время разгадывать ребусы Эйфирии. Это ваши личные игры, которые могут дорого обойтись нам, Гелиодор. Ты мудрая и великая суть, но нам нужен четкий план. И наш на весах жизни перевешивает твой, уж прости, — сказал Январь.

Кот не сразу ответил. Он подумал. Казалось, внутри него идёт борьба.

— Как скажешь, — произнёс он.

Эта фраза звучала не как согласие. Было не по себе. Создалось впечатление, что он обиделся.

— Лина, что скажешь? Последнее слово за тобой, раз мы не можем найти согласия? — спросил Январь.

— Думаешь, справедливо перекладывать такие вопросы на хрупкую девушку? — не дав мне ответить, возмутился кот.

— Я думаю, что она знает. Её внутренний голос, может дать подсказку. Это будет хорошо для всех нас, — сказал Январь.

— Лина, ты можешь это сделать? — тихо спросил