Страж. Наемник - Кирилл Кривицкий

– Пыльные ворота, сейчас магический досмотр личностей будет.

В очередной раз, приподнявшись на локтях, Данте увидел мага, со скучающим видом восседающего на высоком резном стуле с несколькими ступеньками и прикрытыми веками, но из-за того, что маг – уроженец халифата, казалось, что маг полностью закрыл глаза. Элкос тихо выругался, Заллос понурил голову. Заметив странное поведение полукровок, Данте тихо обратился к убийце.

– Эл, вы что, тут тоже засветились? – синхронный кивок обеих голов был ответом. – Блин, и качественно?

– На мне один из гильдии торговцев, Зал их главный торговый дом обнес.

– Молодцы, е-мое! Ладно, нашим отрядом командует чистокровный орк, а на полукровок могут внимание вообще не обратить, раз уж нас с лошадьми в оплате сравняли, но ведите себя тише воды, ниже травы. Если начнут спрашивать, обращайтесь ко мне как к вашему наставнику, мол, вы только ученики и все такое. Насколько я разобрался в местных традициях, на учеников внимания не обращают, а уж если эти ученики до кучи полукровки, то вообще считаются личностями не стоящими внимания. К тому же тяжелораненый наставник вызовет лишь презрение и сомнения в его компетентности, это, в свою очередь, автоматически перенесется и на его учеников. В общем, лучше немного потерпеть презрение, чем бездарно сдохнуть не за хвост собачий.

Элкос покачал головой. – Не пройдет номер, проверять будут все равно.

Данте на миг задумался. – "Если запалят их, достанется и нам. Можно самому сдать, но уж больно противно в стукачи записываться, да и все равно заинтересуются, что остается?… А что? Выход. Пройдохи, конечно, но вроде полукровки вменяемые, даже некое подобие чести имеется… А собственно, что я теряю? Ничего, вопрос с ними разрешится сам собой: и под присмотром будут, и убирать как ненужных свидетелей не нужно, и проверку на раз пройдем, и меня прикроют. Предать не смогут, древний ритуал наставничества не позволит, кроме того, моей энергии не требует, исключительно их энергия потратится. С какой стороны не посмотри, одна выгода, а на то, что они полукровки, мне чихать с высо-окой колокольни".

Протянув руку, Данте пристально посмотрел в красновато-карие глаза Элкоса.

– Принимаешь ли ты присягу ученичества?!

Ухватив Данте за запястье и дождавшись, когда вампир сомкнет пальцы вокруг его запястья, уверенно сказал.

– Принимаю, наставник!

В тот же миг, Заллос дернулся от пронзившей короткой боли в запястье, словно раскаленную иглу вогнали под кожу, из-под пальцев вылетел тут же растаявший короткий дымок, а до обоняния донесся легкий запах горелой плоти. Отняв руку, Заллос с удивлением посмотрел на свое запястье, где красовалась выжженная багрово-черная руна, заключенная в двойной прямоугольник внутри которого переливалась россыпь мелких рун. После короткого молчания, процедура повторилась с Заллосом. Поощрительно улыбнувшись, Данте откинулся на носилки, дожидаясь своей очереди на магический досмотр, расслабиться, не получилось, Данте поймал косой взгляд оборотня.

– Эки, прежде чем смотреть на меня обиженно, посмотри на свое запястье.

Закатав правый рукав, Экитармиссен удивленно уставился на точно такую же руну, только рядом еще красовалась оскаленная черно-серебристая волчья голова. Оборотень сдавленно пробормотал.

– Когда?

– В тот самый момент, когда вы встали в хвост нашей стаи. Все прошло автоматически, потому и безболезненно, так что, как только встану, вы меня еще проклянете неоднократно всей компанией.

Тем временем подошла очередь магического досмотра. Как только Данте сотоварищи поравнялись с магом, вампир почувствовал, будто бы по коже провели чем-то мягким, вдоль позвоночника пробежался холодок, вызвавший крупные мурашки и заставивший непроизвольно поежиться. Сев на носилках, вампир встретился с раскосыми угольно-черными глазами мага в бирюзовом халате и такого же цвета камнем на обруче посреди лба. Маг пристально осмотрел вампира, повторяя процедуру, Данте молча терпел постепенно усиливающиеся неприятные ощущения, ничем не выказывая своего недовольства. Осмотр застопорился, Данте, не отводя глаз, и натянуто улыбнувшись, с нажимом сказал.

– Уважаемый, за амулеты заплачено. – маг кивнул и взмахнул рукой пропуская и одновременно накладывая на все оружие отряда печать мира, не позволяющую им пользоваться без ведома дежурного мага стражи города. Данте еще долго чувствовал колючий взгляд мага спиной. Улегшись обратно, пробормотал задумчиво. – Не нравится мне здешний прием, ох не нравится, но хитрость прокатила, вас, ученики, не узнали, а это главное. – помолчал мгновение – Еще бы только выйти из города без накладок.

Тем временем Р-Кахул конвоя приказал следовать за ним, и отряд двинулся по тихим улицам города к внутренней стене, опоясывавшей дворец Ассар-Брасса – градоправителя Кату-Брасс. Под мерный цокот копыт мимо проплывали причудливые строения. Город Кату-Брасс имел интересное внутреннее строение: сазу за воротами начиналось внутреннее торговое кольцо, точнее спираль, уходящая своим началом в самый центр города. Монументальные, отстроенные из больших неравномерных камней мастерски подогнанных один к другому трех – четырехэтажные дома с несколькими крыльями и ажурной лепниной по фасаду сменялись строгими строениями из красного кирпича, украшенные большими цветными витражами вместо окон. Наряду с обычными приплюснутыми куполами, встречались и остроконечные двух и четырехскатные крыши, выложенные серой черепицей. Все здания утопали в зелени и цветах, но всю красоту города портило огромное количество всевозможных вывесок, располагающихся практически над каждым встречающимся входом. Лаконичные надписи гласили: "Амулеты", "Артефакты", "Невольницы" и еще многое другое, но что самое главное – золотые и серебряные вывески словно кричали, что цены там не просто кусаются, а буквально куски отгрызают от любого бюджета.

Повсюду неспешным шагом прогуливались люди в традиционных халатах, но у всех, кроме ярко-выраженной халифатской внешности было общим одно – все встречные во внутреннем торговом кольце были сплошь увешаны золотом и драгоценными камнями. Женщины, чуть не пригибались от тяжести даже на вид жестких от золотого шитья и прочих драгоценностей платьев. Яркие переливы лучей Эйфель-Тиль играющие на гранях бесчисленных самоцветов своим сиянием затмевали самого человека, создавая впечатление, что смотришь не на живое существо, а на россыпь разноцветных переливов, по какому-то недоразумению передвигающуюся самостоятельно. Посыльные, сломя голову носящиеся туда-сюда по каким-то, несомненно, важным поручениям и те были хоть чем-то, но увешаны.