Страж. Наемник - Кирилл Кривицкий

Ралого одарила вампира скептическим взглядом.

– Дан, не уходи от ответа, ты же ни слова не сказал, что ты подразумеваешь под словами не совсем простой оборотень!

– Красавица, я простой оборотень, необычность заключается лишь в том, что я высший мастер-оборотень и маг со склонностью к нескольким стихиям.

Ралого опасливо посмотрела на вампира, выискивая что-то на лице и готовясь в любой момент соскочить с лошади, Данте недоуменно переглянулся с Экитармиссеном.

– Ралого готовится удрать, спасая свою жизнь. – оборотень насмешливо посмотрел на орчанку. – На Северье, все, за исключением нас четверых, с содроганием вспоминают предания об этих существах. До сих пор сочетание слов маг-оборотень ассоциируется с сумасшедшим, точнее с ходячим бедствием в особо крупных масштабах.

Данте расхохотался.

– Угу, я не тормоз, я медленный газ. Красноглазка, туговато до тебя доходит. От тебя же никто не скрывал, что я маг-оборотень и, по-моему, уже поздно куда-то бежать, не находишь?

Ралого смущенно посмотрела Данте в глаза и тихо пробормотала.

– Я просто читала хроники о магах-оборотнях, когда последнего ловили, разнесли целое княжество, на тот момент самое крупное государство на Северье. Теперь там территория проклятых земель.

Данте пожал плечами.

– Так и нечего было его ловить. Наверняка ведь ловили не для того, чтобы подарочек какой-нибудь вручить?

Ралого кивнула.

– Тогда повсеместно охотились на магов-оборотней. После того, как Файмиссена-Йнис загнали в проклятые земли, принялись за женщин оборотней, чтобы исключить возможность появления подобного существа на свет в будущем.

– О чем я и говорю, я бы на его месте тоже разозлился не на шутку и отбивался, не стесняясь никаких средств.

– Дан, а что значит высший мастер-оборотень, я упоминаний о таких существах даже в хрониках никогда не встречала?

– Мастер-оборотень – это просто оборотень, имеющий способность менять ипостась. Ведь название – оборотень и означает – существо, способное менять облик и превращаться в животное. Как подозреваю, оборотни назвались эндрау-гаур неспроста, наверняка из-за того, что могут превращаться в этих эндрау. – Данте на миг задумался. – Я сам, когда оборачивался, себя в животной ипостаси ни разу не видел со стороны, но подозреваю, что размерами превосходил обычного волка.

Посмотрев на оборотня, Данте прищурился.

– Эки, а откуда вы сами-то знаете, что такое мастер-оборотень?

Экитармиссен, погрустнев, отвел глаза в сторону и глухим голосом сказал.

– Это единственное, что я помню о матери. – помолчав мгновение, Эки продолжил. – Орочьи архимаги, когда мы с братьями научились более-менее разговаривать, провели ритуал погружения в кровь. В результате этого ритуала, сопровождавшегося массой непонятных видений, нам четверым намертво врезались понимание понятия мастер-оборотень и способность его чувствовать. Судя по видениям, мама как раз им и была. Плохо, что никто из нас не запомнил ее лица, только то, что она могла превращаться в эндрау и запомнили.

– Сочувствую, братишка. – Ралого кивнула, поддерживая Данте. Вампир, посмотрев на Ралого и решив оставить оборотня наедине с тяжелыми воспоминаниями, спросил.

– Ралого, скажи, куда мы путь держим и сколько нам еще ехать? – встрепенувшись, Экитармиссен опередил Ралого.

– Мы направляемся к границе халифата с Рокайским герцогством, она находится отсюда примерно в трех ден-хайрах.

– Класс, ден-хайр-то что такое?

– Это дневной конный переход с ночевкой и остановкой на еду и все остальное из расчета среднего конного шага, то есть десять айров в танд.

Вампир подобрался, устраиваясь удобнее, и прищурившись, пробормотал.

– Похоже, разговор предстоит долгий. Блин, задал, казалось бы, один простой вопрос! Эки, что есть айр и танд?

– Дан, ну это же просто! – воскликнула Ралого. – Айр равен тысяче руайхам, а танд равен шестидесяти тиндам. – вампир, схватившись за голову, расхохотался в голос.

– Рал, дорогая моя, это для тебя просто. – помолчав немного обдумывая, как выйти из создавшегося положения, достал кинжал и чиркнул по древку копья лезвием, оставляя легкую царапину, пробормотал. – Будем разъяснять в попугаях. – Ткнув пальцем в царапину, спросил. – Вот эта царапина, сколько будет в ширину, примерно? – Экитармиссен вновь опередил Ралого.

– Один хайх.

– Уже что-то. Еще мельче что-нибудь есть? – Ралого отрицательно помотала головой. – Что тогда больше и сколько в этом чем-то этих хайхов?

– Дальше идет айх, в нем десять хайхов. – вампир кивнул собственным мыслям и взглядом поощрил к дальнейшему повествованию. Ралого продолжила. – Дальше идет руайх, в нем сто айхов, потом, как я уже говорила айр, в котором тысяча руайхов, затем хайр. В нем полтора айра, вот собственно и все. – Ралого развела руками. Экитармиссен подхватил эстафету, почувствовав в себе жилку преподавателя.

– Ты еще забыла о ен-хайре. – переведя глаза на вампира, оборотень увидел заинтересованный взгляд и продолжил. – Ен-хайр – это дневной пеший переход с ночевкой и остановками, примерно равен пятидесяти семи хайрам. Дальше идет ден-хайр, в котором опять же примерно, сто девяносто три хайра.

Кивнув, Данте задумался.

– "Почти как у нас, только названия другие, да и милю урезали на триста метров, вероятно для удобства вычислений. Значит, до Рокайского герцогства где-то около восьмисот шестидесяти восьми с половиной километров. Осталось только узнать что тут со временем, сколько и как называется. Поступим так же как с зарубкой, по идее, должно получиться".

Взяв в руку кинжал, Данте стукнул по копью два раза, оставив промежуток между ударами примерно в секунду.

– Сколько времени прошло между ударами?

Поняв мысль вампира, Ралого незамедлительно ответила.

– Одна нита прошла. – довольно улыбнувшись, продолжила. – После нее идет тинда, в ней шестьдесят нит. Потом идет танд, в котором так же шестьдесят тинд.

– Спасибо, теперь осталось прояснить еще несколько вопросов со временем. Сколько тандов в сутках?

– Двадцать семь.

– А вот теперь пошли различия. Эки, сколько дней в году, в месяце и сколько месяцев в году на Северье?

– Пятьсот четыре дня и четырнадцать месяцев в году, а в месяце тридцать шесть дней. – Хмыкнув, Данте подумал.

– "Вот классно-то как, молодею прямо на глазах! Если пересчитать мои годы, то получается, что биологический возраст по времени Северья сейчас равен вообще восемнадцати годам? Не-е, итак считают, чуть ли не мелочью свихнувшейся, пусть уж лучше будет двадцать пять по времени Земли".

– Ладно, на сегодня хватит, а то у меня уже от новых названий голова закипать начала. – прикрыв ладонью клыкастый зевок, Данте отключился.