Договор крови - Таня Хафф

В дверях стояла ужасная пародия на человеческое существо.

Она велела ему освободить Дональда. Она ничего не упомянула про людей, стоявших рядом с боксом, а потому номер девять не обратил на них внимания.

Неуклюже шаркая ногами, раскачиваясь на ходу, он медленно ковылял вперед.

Правая рука Селуччи непроизвольно дернулась, и он начертал в воздухе знак крестного знамения. Девчонка, свидетельница ночного убийства своего приятеля, твердила, что его задушил какой-то мертвец.

Пародия на человеческое существо продолжала шаркать ногами, продвигаясь вперед, и вонь от этой кошмарной фигуры усиливалась с каждым шагом.

«Нормальный человек рванул бы сейчас отсюда куда глаза глядят». Но ноги и руки отказывались повиноваться Майку.

— Готов поспорить, что парнишку, собиравшегося покувыркаться на заднем сиденье со своей подружкой, прикончило именно это чучело, — произнес он сдавленно.

— Думаю, так оно и было, — согласилась Вики, и голос ее звучал так, словно с трудом выходил сквозь стиснутые зубы. — И что ты собираешься делать по этому поводу? Арестовать это страшилище?

— Ох, как смешно. — Не отрывая глаз от переваливающейся с боку на бок непристойной, омерзительной пародии на человека, он осторожно пододвинулся к Вики и прикоснулся к ее плечу; ощущение тепла живой плоти показалось неожиданно значительным. — Как ты думаешь, чего оно хочет?

Он почувствовал, как подруга повела плечом.

— Боюсь даже предполагать.

Существо подошло к герметичному боксу и потянулось к замку.

— Черт бы тебя побрал! — Едва сознавая, что делает, Селуччи шагнул вперед. После того как они пережили такое потрясение, чтобы спасти Дональда Ли, после всего того, что пережил сам этот парень, будь он проклят, если допустит, чтобы бедолагу снова заставили стать не-умершим мертвецом. «Не-умершим мертвецом... Боже милосердный! Звучит словно цитата из фильма ужасов». Он встал, как скала, у торца бокса и рявкнул: — Убирайся! Пошел вон отсюда!

Существо не прореагировало.

— Да чтоб тебе провалиться! Я сказал, убирайся отсюда! — Майк даже не сообразил сразу, что у него в руке оказался револьвер. — Отойди от ящика! Слышишь?

Осознав наконец, что ему каким-то образом угрожают, чудовищное создание медленно повернуло голову и посмотрело прямо ему в глаза.

«...заберешь Дональда. Не позволяй никому остановить тебя».

Номер девять уставился на человека, преградившего ему путь. Голос у него был командный, но слова были не те, каким он должен повиноваться.

«Не позволяй никому остановить тебя».

Этих слов было недостаточно, чтобы он остановился. На человека можно было не обращать внимания.

Он снова повернулся к задвижке, пытаясь покрепче сомкнуть пальцы.

Хуже всего было не то, что цвет его кожи был мертвенно-серый, а его губы и кончики пальцев — зеленовато-черные, и дело было не в том, что лоб пересекал шов, скрепленный скобками, и даже не в следах очевидного триумфа процесса разложения. Самым жутким было то, что подо всеми этими кошмарными свидетельствами смерти, судя по всему, существовал не только примитивный интеллект, но и личность.

Содрогаясь от ужаса, сострадания, и омерзения — почти в равных пропорциях, — Селуччи выхватил револьвер и, прошептав враз пересохшими губами молитву Святой Деве, спустил курок. В первый раз он промахнулся. Вторая пуля впилась в голову существа с такой силой, что его развернуло и бросило на изогнутую поверхность бокса из нержавеющей стали. Детективу так и не пришлось выстрелить в третий раз.

Удар пришелся ему чуть пониже плеча, и Майка швырнуло на батарею из трех баллонов с кислородом, громоздившихся под окном. Револьвер вылетел у него из ладони, и сквозь туман в голове ему показалось, что оружие, вращаясь, скользило по полу, а потом он увидел Вики, бросившуюся вперед с занесенным вверх, словно бейсбольная бита, фонариком.

Вики следила за действиями Селуччи с любопытством стороннего наблюдателя. Случилось так, что, когда она увидела появившееся в дверном проеме странное существо и осознала, чем оно было и чем не было, сработало какое-то защитное устройство, реагирующее на перегрузку психики, и разум ее словно отключился, она перестала реагировать на происходящее и способна была только наблюдать. После того как она прожила несколько последних дней в ужасном внутреннем смятении, мучительно перебирая доводы «за» и «против», бездеятельность она воспринимала как весьма привлекательное состояние. Женщина продолжала направлять свет от фонарика на неуклюже шаркающее существо и отказывалась задуматься над вопросом, что сейчас, собственно говоря, может произойти.

Она думала, что понимает, что именно подвигло Селуччи попытаться помешать восставшему из гроба мертвецу открыть бокс, но, казалось, сама она сдвинуться с места не в состоянии. Вики слышала, что он говорит, но слова путались в сознании и не имели смысла. Когда Майк выхватил револьвер, единственное чувство, которое она испытала, можно было бы определить как легкое удивление.

Мышцы свело судорогой при первом же выстреле. Звук второго выстрела вывел ее из ступора и резко пробудил сознание.

Она увидела, как рука кошмарного существа поднялась вверх, и Селуччи упал навзничь. Она рванулась вперед, прежде чем он ударился об пол. Подскочив к ожившему мертвецу, Вики замахнулась фонариком, словно бейсбольной битой, и изо всех сил ударила им по голове жуткое создание. Звук удара показался ей на удивление приглушенным.

Хотя она находилась к нему вплотную, так что ее буквально окутывала сладковатая вонь разлагавшейся плоти, женщина не смогла отчетливо разглядеть лицо этого существа. «Возблагодарим Господа и за малые милости». Даже так впечатление он производил поистине чудовищное. К несчастью, она не смогла предотвратить его ответный удар.

Не имея возможности использовать обе руки для сохранения равновесия, она была более обеспокоена ограниченными возможностями своего зрения, нежели опасностью разбиться при падении. Вики полетела на пол, перекатилась на бок и при этом зацепилась за что-то поврежденным запястьем.

Селуччи услышал, как она вскрикнула от боли, и снова набросился на поднявшегося из гроба монстра. «Что ты делаешь?» — вопила еще не окончательно замутненная часть его рассудка. Но даже сознавая, что вопрос заслуживал большего внимания, он счел, что все зашло слишком далеко, чтобы он мог прислушаться к голосу разума.

С глухим чавканьем его плечо въехало в ребра существа, вновь вынуждая его отступить к двери. Они упали, обхватив друг в друга за плечи и перекатываясь по полу. Силы, однако, были явно не равны. Жуткая тварь буквально вдавила Селуччи в кафельный пол. Детектив, слыша, как трещат мускулы спины, собрал свою волю в кулак и предпринял отчаянную попытку вырваться из смертоносных объятий, но вонючий ублюдок обхватил его поперек талии и бросил на металлические стеллажи, видневшиеся сквозь открытую дверь кладовой. Едва не потеряв сознание от боли в плече, вконец обессилевший, Майк сполз на усыпанный осколками склянок пол и внезапно оказался в полном мраке: его соперник захлопнул дверь в лабораторию.