Темная сторона демократии: Объяснение этнических чисток - Майкл Манн

Германии не было еврейских погромов. В период перед Первой мировой войной антисемитизм в Германии достиг пика в конце XIX века. Даже сами нацисты воздерживались от антисемитских лозунгов на выборах, поскольку 0,7 % населения страны было невозможно обвинить во всех бедах, переживаемых тогдашней Германией. Антисемитские «почвеннические»[49] партии перед Первой мировой войной большой популярности не имели, исключая разве что Австрию. Антисемитизм существовал в Германии на бытовом уровне и никогда не претендовал быть краеугольным камнем государственной идеологии. Между бытовым антисемитизмом и расстрельными рвами для евреев — дистанция огромного размера. Лишь немногие семиты уезжали тогда из Германии. Большинство считало, что все скоро снова войдет в свою колею. Нацизм, внезапно пришедший к власти, вызывал разноречивые оценки. Уинстон Черчилль писал:

Я не знаю, будет ли Гитлер тем человеком, который ввергнет мир в новую войну, которая поколеблет основы нашей цивилизации, или он войдет в историю как человек, который возродит честь и спокойствие духа великой германской нации (Churchill, 1937: 165).

Черчилль до конца не понимал Гитлера и его мотивы. Не понимал этого и Сталин. Не понимало большинство евреев. Не понимали потому, что к тому времени нацизм еще не завершил весь цикл радикализации. В этом процессе были кульминационные моменты. Немецкий расизм и антисемитизм обозначились в 1920-х гг. вначале среди крайне правых, потом в 1930-х гг. внутри рядов активистов нацистского движения, с 1939 г. эта идея овладела умами рядовых нацистов и немцев как таковых, в 1941 г. эта политика стала основополагающей. Перечисленные всплески радикализации мы можем объяснить лишь тем, что нацизм есть порождение фашизма, но при ином соотношении политических сил и с иной социальной базой. Нацистское движение как организационная структура базировалось на иерархии и военизированном товариществе. Эти факторы воздействовали на нацистское руководство, на массовое движение активистов и на радикализацию немцев вообще.

РАДИКАЛИЗАЦИЯ РУКОВОДСТВА

Он старался отдавать поменьше письменных приказов, своими руками он никого не убивал и даже не присутствовал на казнях, но именно он, Гитлер, был главным виновником геноцида. Соратники объясняли это так: «Гитлер приказал» (Gordon, 1984: 141). У Гитлера было две почти равновеликие страсти: ненависть к евреям и имперский этнический реваншизм. И то и другое было направлено на Восток. Он утверждал, что евреи виновны в Первой мировой войне и Русской революции. С 1919 по 1945 г. он твердил одно и то же: «Очистить нашу нацию от евреев». Его реваншизм не ограничился довоенными границами 1914 г., ему было нужно «жизненное пространство» (Lebensraum) на Востоке. Но «жидобольшевистский» режим стоял на его пути. С 1919 г. он призывал к уничтожению и евреев, и большевиков силами возрожденного рейха. Эта тема неизменно присутствовала в его речах, двухтомном «Майн кампф», «Застольных беседах».

Оставалось лишь определить дату «похода на Восток» и способ уничтожения его народа. Гитлер и элита рейха варьировали термины — Vernietung (истребление), Entfernung (устранение), Verbannung (запрещение). Термин Ausrottung (ликвидация) нечасто фигурировал до 1940 г., но и он не всегда означал физическое уничтожение. Было время, когда Гитлер ратовал за такие меры, которые бы вынудили евреев к «добровольной эмиграции» (Naimark, 2001: 62–64). Но то, что он неизменно называл евреев недочеловеками и паразитами, большевиков — непримиримыми врагами, а славян — низшей расой, говорит о том, что этот человек был начисто лишен морали, что бы мы ни подразумевали под этим словом. В «Майн кампф» он написал, что «можно было бы сберечь миллионы жизней в Первой мировой войне, если бы 12–15 тысяч еврейских предателей нации уничтожили отравляющим газом». Вероятно, это и было первоначальным планом Гитлера — уничтожить несколько тысяч, чтобы остальные в ужасе бросились вон из страны (Kershaw, 1998: 151–152, 249–250; 2000: 41–42,146,151).

Надо думать, что гитлеровский План А означал тотальную этническую чистку через вынужденную эмиграцию. Затем он перерос в План Б — «дикие» депортации. Политика в отношении славян и большевиков была не столь определенной, но от этого война на Востоке не стала менее бесчеловечной. Ведь речь шла о «жизненном пространстве» для немцев. Приверженность Гитлера к этническим чисткам и империалистической агрессии была ценностной рациональностью в чистом виде: политика подчиняется высшей цели, ценность которой абсолютна, а жертвы не принимаются в расчет. Теории рационального выбора для Гитлера не существовало: ради конечной цели он был готов поставить на карту все — судьбу страны и собственную жизнь.

Когда Гитлер стал канцлером Германии, он получил возможность сделать мечту явью — начать большую войну за жизненное пространство на Востоке и массовое уничтожение этнически враждебного населения. Отвращение к прогнившим западным демократиям побудило его вести войну и на этом фронте. По мнению Гитлера, это была война с мировым еврейским заговором, и, когда выяснилось, что его планы невыполнимы, ярость фюрера не имела пределов. В январе 1939 г. прозвучала страшная угроза:

Если международные еврейские финансисты внутри и за пределами Европы еще раз преуспеют во втягивании европейских наций в Мировую войну, то ее результатом будет не большевизация всего мира и победа еврейства, а уничтожение еврейской расы в Европе (Kershaw, 2000: 127).

Без Гитлера могли быть и еврейские погромы, инспирированные нацистами, и жестокая война, но, возможно, не было бы геноцида. Без Гитлера люди с физическими недостатками влачили бы жалкую жизнь, евреи и цыгане скитались бы, не находя себе пристанища, время от времени случались бы и погромы, на левых надавили бы так, что им пришлось бы капитулировать, вполне вероятно, были бы восстановлены и довоенные границы Германии. Сегрегация, принудительные депортации меньшинств во благо титульного большинства стали бы желанной и неизбежной политикой в авторитарно-националистических государствах Европы — могло быть все что угодно, но не геноцид. Геноцид принес Гитлер, человек, по которому можно судить не столько о роли личности в обществе, сколько о самом обществе, которое, обожествив Государство, выдвинуло личность на роль абсолютного диктатора как крайнюю форму фашистского Принципа лидерства.

Геноцид не является изобретением только Гитлера. Крайний этатизм, антисемитизм и антикоммунизм объединяли все правые силы в Австрии и Германии. Огромное влияние на Гитлера и на первых нацистов оказали выходцы из Католической партии, литераторы и журналисты Баварии, Австрии, Богемии и Моравии. Их идея создания Grossdeutschland (Великой Германии), союза всех немцев в едином рейхе, своим острием была направлена на Восток. Предтечи нацизма считали евреев особо опасными из-за их космополитизма и обособленности. Евреев связывали с коммунистическими восстаниями 1918–1919 гг. в Будапеште, Вене, Берлине, Мюнхене. Семиты и большевики вместе угрожали Западу и арийской цивилизации с Востока. Шауль Фридлендер (Friedländer, 1997: 87) называет это искупительным