Листая жизни страницы - Василий Иванович Шарапов

- Петр Иванович, выручай!..

В двух словах рассказал ему о звонке Машерова, более подробной информацией не располагал сам.

- Если не запамятовал, у тебя есть опытные специалисты на кофедре «Мосты и тоннели». Захвати кого-нибудь из них и через пятнадцать минут будь у главного входа в институт.

В обозначенный Машеровым срок мы были в аэропорту, где на взлетной полосе стоял ИЛ-2 с запущенными уже двигателями. Через полтора часа приземлились на военном аэродроме в Кобрине.

Авария произошла на строящемся мосту через канал на обходе города на автодороге Брест - Москва. Металлическая ферма длиной 63 метра, перекрыв канал для движения речных судов, лежала в воде. По какой-то причине в момент укладки железобетонных плит и омоноличивания она соскользнула с опор. К счастью, обошлось без жертв. Более детально прояснить ситуацию было невозможно, большая часть формы находилась под водой.

Ни начальника, ни главного инженера Барановичского мостостроительного района, который вел работы по сооружению моста, на месте происшествия не оказалось. Не было и руководителей ДСТ-4. Чертыхнувшись по поводу неразворотливости работников Гушосдора, вместе с Ящерицыным и Новиковым набросали план оперативных действий. Вытащить ферму на берег, возобновив судоходство , взялся с помощью мелиораторов облисполком. Создали комиссию, включили представителей подрядчика - ДСТ-4, Ленинградского института «Союздорпроект». «Белгипродора» и кафедры Белорусского политехнического института. Возглавил комиссию мой заместитель В Г Михайлов. Обо всем этом я и доложил Машорову.

- Ну, с крещенном тебя Василий Иванович! Желаю, чтобы подобное ЧП было у тебя в первый и последний раз! - резюмировал мой рассказ Машеров.

Комиссия расследовала причины аварии в течение почти года. Непосредственным виновником оказался молодой инженер, руководивший укладкой железобетонных плит. Он допустил небольшую ошибку в расчетах. Но на его месте мог оказаться и более опытный работник, поскольку главная причина аварии крылась в конструктивных просчетах, что и было установлено комиссией, а впоследствии подтверждено в рамках уголовного судом. Автора проекта осудили…

Конец мая и почти все лето пришлось потратить на знакомство с положением дел в областях. Мне надо было составить цельную, объективную картину, не привык принимать решения, не обладая всей полнотой информации. Впечатление складывалось противоречивое. С одной стороны, проблемы у всех одинаковые: недостаток финансирования, бедность технической базы, необеспеченность на строительные материалы. Но одни тресты как-то выкручивались, а другие тянули еле-еле. При этом квалификация у всех руководителей была примерно одинаковая. Отсюда вывод: не хватает мотивации. Одни, помоложе, которые сравнительно недавно пришли в эту отрасль, еще горят желанием что-то изменить; другие, отчаявшись, плывут по течению. Как кардинально поменять настроение людей, я надеялся выяснить на месте.

Одним из самых неблагополучных был трест № 3 в Могилеве. План 1971 года не выполнен, в нынешнем - дела идут не лучше. Управляющего Крылова я застал распекающим кого-то на повышенных тонах по телефону. Спрашиваю:

- Вы разбирались, в чем причина хронического отставания? Может быть, начальники и главные инженеры ДСР не на своих местах?

Крылов морщится от моих вопросов, как от зубной боли, отвечает нехотя.

- Аппарат треста укомплектован специалистами нужного профиля, больших претензий к работникам нет, а малые всегда будут.

После короткого рассказа о положении в дорожно-строительных районах области Крылов достал из ящика стола написанное от руки заявление:

- Прошу освободить меня от должности управляющего трестом. Задача, которую вы ставите - увеличить объемы строительно-монтажных работ как минимум в три раза, мне не по плечу. Я и с нынешним объемом, как видите, не справляюсь. Руководить трестом должен человек с более твердой рукой.

И подумав, добавил:

- Василий Иванович, войдите в мое положение. Все равно вы меня уволите. Причем, с треском. Лучше уж уйти самому. Отпустите, Христа Ради, подобру-поздорову!

- Нет, так дело не пойдет! Вот закончим год и тогда возвратимся к этому вопросу, тем более что я еще очень мало знаю о положении дел в системе Гушосдора и пока не собираюсь никого освобождать и снимать с занимаемых постов. Занимайтесь текущими делами, а я побываю в Кричеве и Горках.

В Кричеве, на хорошей площадке, построили новую базу: двухэтажный административно-бытовой корпус и примыкающие к нему производственные мастерские. Во дворе стояло около десятка дорожной техники и автомашин. Подумал: «Ну вот же работают люди! Почему же нельзя навести такой порядок в других районах?!»

Начальник ДСР-20 Шорников был в кабинете один.

- Вы к кому? - посмотрел на меня вопросительно.

- К вам, Владимир Иванович. Будем знакомы: я - Шарапов. Вас можно поздравить с новосельем. Уже успел убедиться, что такая база есть далеко не во всех районах. Буду присылать к вам за опытом.

Шорников смутился. Я расценил это как реакцию на похвалу.

- Хотелось бы взглянуть и на ваши мастерские.

Лицо Шорникова почему-то покрылось красными пятнами. Он засуетился, потом позвал кого-то из аппарата, приказал отвести меня в мастерские. Откровенно говоря, то, что начальник ДСР не захотел пройти со мной сам, меня несколько покоробило. Но его растерянность и неадекватность поведения списал на неожиданность моего визите. Оказалось, дело совсем в другом.

В мастерских не было никакого оборудования, смотровые ямы зияли пустотой. А самое неприятное - из туалета просачиваласась через приоткрытую дверь зловонная жижа. Вся туалетная комната до самого порога была залита нечистотами, перемешавшимися с разбросанными по полу отходами стройматериалов. Вернулся в кабинет начальника. На Шорникова было жалко смотреть. Он сидел, сгорбившись, будто в ожидании, что я его начну сейчас избивать. Не дожидаясь моих вопросом начал оправдываться:

- Понимаете… Строители подвели… Объект еще не принят из-за многочисленных недоделок. Акт не подписан, расчеты не произведены.

Выслушивать жалкий лепет дальше я не стал, прервал Шорникова.

- Выходит, вы и вторую зиму собираетесь жить без мастерских? Десять дней сроку, и мастерские должны быть задействованы! Проверка лично. А если увижу аналогичную картину, будете убирать нечистоты при мне собственноручно!..

В Витебске заглянули на базу ДСР-3, находившуюся в центре города. Согласно генплану города, она подлежала сносу. Пройти по двору можно было только в резиновых сапогах. Деревянные здания мастерских старые, обветшалые; в них, кроме двух токарных станков, практически никакого другого оборудования. Выдержки у меня не хватило, и я сказал главному инженеру М. И. Барановскому:

- Даже если бы вы знали, что дом, в котором живете, идет под снос, разве содержали бы в таком безобразном состоянии!

Забегая вперед, скажу, что Михаил Иосифович принял критику близко к сердцу и построил одну из лучших производственных баз дорожников Белоруссии…

Чем глубже я знакомился с положением дел в подведомственном хозяйстве, тем