Теория снежного кома (СИ) - Моран Фэя

Но почему тогда вид Рио, так близко стоящего к Милане, вызывал во мне желание вклиниться между ними и оттащить её подальше?

Я ускорил шаг и, дойдя до входа в столовую, остановился, дожидаясь их. Надо было прекратить вести себя как собственник. Это нелепо.

– В общем, я снова уплываю в закат, – сообщил Рио. – Предки решили позавтракать в городе, на встрече с каким-то важным чудаком, так что не скучайте.

– Не будем, – сухо бросил я.

– Ой-ой, какие мы грубые… Но по возвращении я всё равно всё узнаю!

Милана попрощалась с ним, и мне показалось, ей стало грустно после его ухода.

Я был готов взорваться.

Теперь, когда мы официально сложили оружие и по-настоящему целовались, я считал её своей. Моей. Звучало странно, непривычно, но чертовски приятно. И мысль о том, что кто-то другой может претендовать на её внимание, вызывала во мне прилив ярости.

В столовой уже сидели все остальные.

– Привет, Ромео и Джульетта! – крикнул Кенни, многозначительно подмигивая. – Как спалось?

Саманта с Хлоей удивлённо переглянулись, увидев нас с Миланой вместе.

– Всё нормально? – хихикнула Хлоя. – Вы даже не пытаетесь рвать друг другу волосы?

Милана промолчала и направилась к свободному столику. Я последовал за ней, чувствуя, как раздражение медленно, но верно закипает внутри.

Джордан смотрел на нас исподлобья. Он первый, кто услышал о нас не как о врагах, когда я поцеловал Милу прямо перед ним, чтобы он отстал от неё. И, учитывая, что он никогда не был треплом, видимо, он никому не рассказывал об этом. Возможно, потому что не хотел показаться идиотом, поверившим в эту ложь. Но зато теперь точно в этом убедился.

– Профессор сказал, что в воскресенье мы улетаем обратно, – с набитым ртом произнёс Шейн.

Я в уме подсчитал оставшееся количество дней. Три дня.

– Уже? – удивилась Хлоя, отрываясь от своего телефона. – Такое ощущение, что мы только приехали.

– Время летит незаметно, когда весело проводишь время, – философски заметил Кенни.

Мы с Миланой молча доедали завтрак, атмосфера за столом стала какой-то грустной. Как будто мы ели на поминках. Но я точно знал, что Милана была рада вести, что скоро мы вернёмся домой. Она, наверное, очень соскучилась по своему компьютеру.

Внезапно рядом с нашим столом возникла фигура профессора Бьёрна.

– Доброе утро, студенты! – Его голос, как всегда, был бодр и полон энтузиазма. – Надеюсь, вы хорошо выспались, потому что сегодня нас ждёт увлекательнейшая экскурсия!

Все за столом оживились. Новость пришла очень кстати, когда нам оставалось всего три дня до возвращения в Монтану.

– Куда мы поедем, профессор? – спросила Фел, улыбаясь.

– Итак, – профессор Бьёрн обвёл нас всех взглядом, – мы отправимся в Осло, в Норвежский музей науки и техники!

Я бросил взгляд на Милану, и всё внутри потеплело, когда я увидел, как радостно она улыбнулась. Из-за светлых волос, ресниц и бровей она была похожа на солнышко, когда так искренне улыбалась. Я был счастлив снова видеть её в таком состоянии.

Профессор сделал паузу, давая нам время переварить эту информацию.

– Там будут роботы? – с нетерпением спросил Кенни, подпрыгивая на стуле.

– Будут, мистер Янг, и не только роботы, – улыбнулся Бьёрн. – Там представлены экспонаты, демонстрирующие достижения норвежской науки и техники от древних времён до наших дней. Вы увидите старинные механизмы, первые компьютеры, современные технологии в области энергетики и телекоммуникаций. И, конечно же, раздел, посвящённый робототехнике, вас не разочарует… В музее у нас будет около трёх часов, так что советую вам заранее продумать, какие экспозиции вы хотите посетить в первую очередь. На сайте музея есть подробная информация о всех выставках. Можете заглянуть.

Профессор Бьёрн разблокировал экран планшета, который держал в руке, и начал что-то искать.

– Вот. – Он повернул экран к нам. – QR-код на страницу музея. Там вы найдёте интерактивную карту и расписание демонстраций. Особенно рекомендую обратить внимание на презентацию нового проекта «Heimdall» – это система раннего предупреждения о стихийных бедствиях, основанная на искусственном интеллекте. Очень перспективная разработка.

– Звучит очень круто, – вырвалось у Миланы, её голос был полон восторга.

Наконец и она побудет в своей стихии.

– Не то слово, мисс Льдова, – подтвердил профессор. – Норвегия вкладывает огромные средства в развитие технологий, направленных на безопасность и устойчивое развитие. «Heimdall» – один из самых амбициозных проектов в этой области.

– А что насчёт обеда? – спросил Шейн. – Три часа в музее – это немало.

– Отличный вопрос! – Бьёрн снова улыбнулся. – В музее есть прекрасное кафе с панорамным видом на Осло-фьорд. У каждого из вас будет ваучер на обед, который я раздам в автобусе. Так что не беспокойтесь, голодными вы не останетесь. А теперь, если вопросов больше нет, предлагаю подняться наверх и начать собираться. Автобус отправляется через час.

Ребята зашумели, вставая со своих мест, и побежали в сторону лестницы.

Милана устремила на меня взгляд своих больших бирюзовых глаз, и я начал в них тонуть. Она казалась счастливой. Я не видел угрюмого выражения на её лице, которое наблюдал каждый день последние три года.

И это радовало меня больше всего.

* * *

Норвежский музей науки и технологий оказался настоящим раем для Милы. Я в этом и не сомневался.

Она носилась от одного экспоната к другому, как ребёнок, попавший в магазин игрушек. Меня особенно забавляло наблюдать за ней в зале, посвящённом развитию вычислительной техники. Милана с благоговением смотрела на громоздкие компьютеры прошлого, которые занимали целые комнаты, и с восторгом рассказывала мне о том, как в детстве мечтала собрать свой собственный компьютер.

– Представляешь, – говорила она, указывая на огромный агрегат, увешанный проводами и мигающими лампочками, – вот это настоящая машина!

Я в свою очередь больше интересовался экспозицией, посвящённой возобновляемым источникам энергии. Там как раз проходила лекция одного из ведущих экспертов в области солнечной энергетики. Милана, хоть и с неохотой, но согласилась составить мне компанию.

Я быстро увлёкся лекцией и начал задавать эксперту вопросы о перспективах развития солнечной энергетики. Эксперт, представившийся Эриком Бергманном, подробно рассказал о различных проектах, которые сейчас реализуются конкретно в Норвегии, и о том, как солнечная энергия может помочь в борьбе с изменением климата. После лекции я ещё долго обсуждал с ним различные технические детали, пока Милана болтала с другим экспертом в области ИИ.

В следующем зале, посвящённом робототехнике, она совсем потеряла голову. Она с восторгом наблюдала за демонстрацией работы промышленных роботов и даже уговорила одного из сотрудников музея дать ей поуправлять небольшим роботом-манипулятором. Надо признать, у неё получилось довольно неплохо.

– Ты это видел? – с гордостью спросила она, когда робот под её управлением аккуратно поместил небольшой кубик в указанное место. – У меня несомненно талант ко всему такому.

Я рассмеялся.

– Не собираюсь даже спорить. Ты прямо готовый оператор межгалактической станции. Теперь осталось только найти подходящий космический корабль.

Она надула губы, но в её глазах плясали смешинки.

Мне всё больше начинало казаться, что мы на самом настоящем свидании. Остальных мы оставили позади и прогуливались по музею почти наедине, если не считать моментами проходящих посетителей музея.

– Всё это, конечно, круто, – произнесла Милана, осматривая очередной экспонат, – но я предпочту создавать роботов и покорять межгалактические просторы в своей собственной игре.

Я вспомнил о Магнусе и расплылся в улыбке.

– А после того, как закончишь, ты дашь мне в неё поиграть?

Она удивлённо замерла, не веря ушам. Я успел произвести впечатление ярого хейтера видеоигр из-за травмы, вызванной прошлым, но ради неё я был готов изменить своё мнение.