Сердце Эрии - Эйлин Рей

еще не обросшая плотью лапа чудовища, которого шинда считала своим Богом, с влажным хрустом насквозь пронзила ее грудь. Кровь закапала с острых пальцев, неровной струйкой скатилась с удивленно раскрытых губ женщины и потекла по ее шее. Ее глаза остекленели, ноги подкосились, и тело медленно осело на землю, соскользнув с костлявой лапы, будто с копья. Существо с каким-то глупым недоумением уставилось на свои окровавленные пальцы. Оно будто не замечало ни Тьмы, что расползалась вокруг, ни испуганного крика моих друзей, разбежавшихся в разные стороны. Шеонна, припадая на раненую ногу, жалась к брату, который пытался отгородить ее от подступающих черных лап. Арий выкрикивал мое имя, призывал бежать, упорно пытаясь добраться до меня, но Тьма отрезала ему путь. Рядом с ним Эсса размахивала трухлявым факелом, что нашла в груде камней, и безжалостно разбивала дымные щупальца – они рассеивались от удара, но вскоре сгущались вновь.

И пока вокруг кипела Тьма и мои друзья сражались за жизнь, восставшее чудовище все так же удивленно разглядывало свои медленно обрастающие кожей лапы и грудь, в которой пульсировало сияющее Сердце.

– Алесса, беги! – в очередной раз крикнул Арий.

Я вскочила на ноги, но тут же оцепенела, ощутив на себе пристальный, изучающий взгляд существа. Оно любопытно склонило голову набок – три черных глаза моргнули по очереди, – а потом вдруг изогнулось, зашипело, оттолкнулось всеми руками от бортика бассейна и выпрыгнуло, приземлившись передо мной.

Я взвизгнула, отскочив назад.

Чудовище замахнулось, но не успело опустить лапу, как острые когти Эспера вонзились в его спину, яростно раздирая еще не сформировавшуюся до конца плоть. Существо зарычало, его руки неожиданно с хрустом вывернулись в суставах назад, крепко схватили исполинского волка и отбросили его в сторону, будто кошку. Эспер ударился о каменный пол, и Тьма, стремительно обступившая со всех сторон, накинулась на него, как стая изголодавшихся крыс. Ее укусы нещадно жалили, и я не сдержала крика, впившись ногтями в собственные плечи и пытаясь содрать раскаленную слизь, в которую обратился черный дым. Но все было тщетно – она липла не к моей коже. Эспер вскочил на лапы и отряхнул покрывшуюся розовыми проплешинами шкуру – черные кляксы разлетелись в стороны, ударились о стены и сползли на пол, где вновь стали частью бурлящей Тьмы.

Я метнулась к тамиру, но неожиданно щупальце крепко обвило мою ногу, и я рухнула ничком. Где-то впереди Эспер снова сошелся в схватке с чудовищем.

– Алесса! – Арий почти добрался до меня, но Тьма выросла перед ним высокой стеной, разделив нас.

Я впилась пальцами в щупальце, сдавливающее ногу, но это было сродни тому, чтобы отрывать от кожи раскаленную цепь: она жгла пальцы, и они немели от нестерпимой боли. Еще одно щупальце попыталось поймать меня за запястье, но я успела отдернуть руку.

– Муирн! – вскрикнула я, заметив в шаге от себя дракончика. Он смотрел на меня широко распахнутыми глазами, наблюдал, как я борюсь с Тьмой, но не спешил помогать. Вместо этого он отвернулся и продолжил царапать что-то на полу, и я отчаянно взмолилась: – Муирн! Помоги, прошу!

Он прянул ушами, лишь быстрее заскрежетав когтями. А потом вдруг ударил передними лапами по спешно начерченной руне, и мир с оглушительным грохотом вспыхнул. По всему залу зажглись сияющие золотые столбы, слепящий свет разорвал полумрак в клочья и пронзил черную тушу Тьмы. Казалось, он лился даже со стен – Муирн успел выцарапать не один десяток рун.

Дыхание перехватило, и я завороженно огляделась. Время остановилось. Точнее, оно умерило свой бег. Когти Эспера будто в замедленной съемке плыли по воздуху, а следом за ними тянулся шлейф лиловой крови. Арий застыл на полу, окутанный коконом Тьмы, – Эсса уже замахнулась факелом, намереваясь его разбить. Шеонна пыталась вырвать брата из тугих черных пут, что оплели его плечи.

Лишь я и Муирн не подчинялись времени. Дракончик рванул когтями щупальце, обвившее мою ногу, – оно рассыпалось черными хлопьями, оставив на коже красную, прокрытую волдырями, полосу.

– Это не продлится слишком долго, человек. Мои руны здесь слишком слабы, поэтому… – начал спешно дракончик, но я прервала его дрожащим голосом.

– Что это такое, Муирн?

– Я не знаю, – сокрушенно выдохнув, признался он. – Мы ничего не знаем о тех, кто был до нас. Когда мы пришли, в этом мире царили лишь Тьма и ночные кошмары. Мы загнали их под землю и думали, что надежно спрятали память о них, возведя вокруг руин горы и вырастив Чащу. И никто из нас не предвидел, что однажды эта Тьма воззовет к проклятым душам.

Я жалобно шмыгнула носом. Теперь, когда время замерло и я смогла сделать глубокий вдох, наполнив сдавленную страхом грудь, и позволила слезам затуманить мои глаза – всего на мгновение спрятать за ними кишащий вокруг ужас.

– Алесса, послушай меня. – Муирн положил лапу на мою здоровую руку и крепко сжал большой палец, привлекая внимание. – Когда он по-настоящему вдохнет жизнь, Тьма сожрет этот мир. Мы вшестером еще можем попытаться сбежать, хоть рано или поздно она нас нагонит. Но ты не сбежишь: умрешь без Сердца или еще раньше от руки его нового хозяина. Этот монстр не оставит тебя в покое, пока вы делите одну жизнь, – она нужна ему целиком. Поэтому ты должна остановить эту тварь.

– Остановить Бога. – Я нервно усмехнулась сквозь слезы. – Как?!

Уши Муирна печально поникли, а маленькая лапка крепче сжала мой палец.

– Ты знаешь как, – тихо ответил он.

– Это убьет меня, – сдавленно пробормотала я.

– Но ты уже мертва, дитя. Очень и очень давно. Ты живешь украденной жизнью, и, пока она находится в твоих руках, ты никогда не будешь в безопасности. Никто из них не будет. – Муирн оглянулся на Ария. Мое сердце сдавило от боли. – Я дам тебе Силу, но ты сама должна решить, кто последует за тобой во мрак.

Он вычертил в воздухе над моей правой ладонью невидимый узор. Когда последние штрихи руны сомкнулись, руку пронзила острая боль, и, тихо пискнув, я рефлекторно отдернула ее. Под кожей словно разгорался крохотный уголек: от его жара покалывало кончики пальцев и раскалялась в венах кровь. Я удивленно наблюдала за тем, как на атласной ленте разрастается тлеющая по краям дыра, а потом ее лохмотья скатились на пол, утонув в пыли.

Поджав хвост, Муирн отполз назад. Я с трудом поднялась на дрожащих ногах, золотой свет рун резко погас, и в сгустившемся полумраке мир снова ожил, а время стремительно прыгнуло вперед, пытаясь наверстать все то, что отняла у него драконья Сила. Воздух наполнился отчаянными человеческими криками и разъяренным звериным рыком.

Я с ужасом заозиралась по сторонам. Шейн и Шеонна оказались пойманы в ловушку: левая щека друга покрылась алыми, сочащимися кровью волдырями, а подруга жалась спиной к его спине, едва держась на раненой ноге. Она пыталась призывать огонь, но страх не позволял сконцентрироваться, и с ее пальцев сыпались лишь рыжие искры, которые гасли, как только касались холодного камня, а черный дым играючи ловил их в воздухе, будто амев с надломленными крыльями. Эсса потеряла факел и теперь, крича от боли, пыталась голыми окровавленными пальцами сорвать черные путы с Ария. Он сумел освободить руки, но Тьма наползала, не зная усталости, – на месте порванных щупалец тут же появлялись несколько новых.

На меня же, будто раззявленная пасть, катилась волна черного дыма. Я отпрыгнула в сторону, и она с гулким грохотом разбилась о стену, слизав с нее бледную мозаику.

Острая боль неожиданно пронзила мое плечо, я зажала его рукой, пытаясь остановить кровь из прокушенной раны, но под пальцами было сухо – лишь темно-алое пятно по форме моей раненой ладони запятнало и без того уже грязное платье. Я испуганно огляделась: стремительно растущее существо прижало Эспера к земле, Тьма связала его лапы, и зверь беспомощно извивался, пытаясь уклониться от чудовищных когтей.

Еще немного – и монстр нарастит толстую непробиваемую шкуру на своей груди. Еще немного – и его пасть заострится вторым рядом клыков, подобных акульим. Еще немного – и он