Сердце Эрии - Эйлин Рей

вьерк, и ты оказалась настолько глупа, что подкармливала его своей кровью. – Маретта одарила девушку непроницаемым взглядом. – Ты сгниешь в подземелье дворца, когда твою кровь и пыльцу вьерка найдут в теле моего брата.

– Что? Да как ты смеешь? – Атэна отпрянула, будто получив пощечину, и, приподняв полы длинного платья, гордо отвернулась. – Я не собираюсь выслушивать эти гнусные обвинения!

Уйти она не успела. Маретта стремительно схватила девушку за запястье, развернув ее лицом к себе. Незнакомый юноша выскочил вперед и попытался заступиться, но попятился, нос к носу столкнувшись с Эссой.

– Я позволяла Майрону убивать себя самостоятельно, доверяя глупейшим лекарям Дархэльма, но другому его смерти я не прощу, – зашипела Маретта. – Я не позволю тебе завладеть его наследием и семейными рудниками.

– Ты поплатишься за эту клевету, – пригрозила Атэна, с вызовом посмотрев в глаза женщины. – Когда моя невиновность будет доказана, я выкину тебя с Пика, как дворовую собаку. И все гости этого дома будут свидетелями твоего краха!

Маретта неожиданно усмехнулась, и от ее изогнутой и острой, как серп, улыбки по моей коже пробежали мурашки. Она медленно подняла руку Атэны так, чтобы ее видели все собравшиеся, и маска уверенности стекла с лица девушки будто растопленный воск, обнажив животный страх. Острый черный ноготь большого пальца провел полосу по запястью Атэны. Из открывшейся раны выступила кровь, но вместо того, чтобы потечь по коже, тонкая струйка змеей обвилась вокруг руки и сомкнулась тугим кольцом.

Гости испуганно зашептались. Стоявшая передо мной женщина отпрянула, наступив мне на ногу.

– Если еще одно слово сорвется с твоих ядовитых губ без моего позволения, то твой отпрыск в то же мгновение сгниет в твоей утробе, – пригрозила Маретта.

Она оттолкнула девушку. Та осела на пол, не отрывая полного ужаса взгляда от кровавого браслета.

– Вы все, проваливайте! Дела этой семьи вас больше не касаются, – прикрикнула Маретта на гостей, которые поспешили подчиниться. Перехватив взгляд Эссы, женщина приказала: – Увези Ария и наших друзей обратно на Пик.

Зал стремительно пустел. Гости толкались, стремясь как можно скорее покинуть дом, и бурный поток понес меня к выходу. Уже перед самой дверью крепкие пальцы поймали мою руку, и Азарис Альгрейв вытянул меня на свободу.

– Завтра я приеду на Пик, и мы обо всем поговорим, – пообещал он.

– Мы приедем, – поправила его возникшая рядом Лилиан.

Граф кивнул в подтверждение ее слов и кивнул на дверь в противоположной стене – друзья толпились возле нее, тревожно озираясь. Заметив меня, Шеонна призывно замахала руками.

– Иди, – тихо произнес граф, напоследок мягко сжав мое плечо.

Я побежала к друзьям.

Эсса вывела нас через подвал, и мы спешно забрались в экипаж. Зардевшаяся под потолком Слеза Эрии осветила Эспера, который уже ждал нас, обеспокоенно стуча пушистым хвостом по сиденью, и недоумевающего Муирна.

– А тамиру покидал карету, – пожаловался дракончик, когда мы расселись по местам, но никто не отреагировал на его слова.

Экипаж покачнулся, съехав с обочины, и помчался вверх по улице, набирая скорость.

Ночь непроницаемой чернотой залепила окна, и в них, к своему неудовольствию, я видела собственное отражение: в холодном свете Слезы кожа приобрела мертвенно-бледный оттенок, еще недавно опрятная прическа растрепалась – несколько косичек упали на плечи, а выбившиеся пряди прилипли к щекам.

Я уронила взгляд на руку, лишенную перчатки: Сила лиирит все еще грела кожу и разжигала в моей душе жаркий огонек надежды. Если граф Альгрейв действительно был связан с моей матерью, может, теперь вместе мы сумеем отыскать мою семью?

– Ты меня обманула, – вдруг произнес Муирн, и я вскинула удивленный взгляд на дракончика, сидевшего между мной и Арием. Насупившись, он пояснил: – Ты обещала принести мне десерт, но что-то я не чувствую от тебя ни намека на его запах. Только…

Он уперся лапами в мою ногу, приблизился к лицу и шумно принюхался. После чего повел носом в сторону Ария.

– От вас всех пахнет смертью, – удивленно заключил он и вытянулся во весь рост. – Почему? И хмурые вы какие-то.

Шеонна, нервно ерзавшая на диванчике, вдруг с силой ударила в стенку кабины и крикнула возчику:

– Останови!

Экипаж заскрипел и резко затормозил.

– Что случилось? – встревожился Шейн.

Шеонна не ответила. Она выскочила на дорогу и, опершись рукой на кабину, болезненно согнулась возле заднего колеса. Ее желудок свело судорогой, и его содержимое выплеснулось на мостовую. Но даже после того, как он оказался полностью опустошен, подруга все еще продолжала стоять скорчившись. Она дрожала, и я не сразу поняла, что Шеонна плачет.

– Шеонна, что случилось? – вновь попытался выяснить Шейн, осторожно положив руки на плечи сестры.

– Это Кассия! – запинаясь, ответила подруга. – Она все еще играет нами в попытке достичь будущего, которое ведомо только ей! Она отправила нас в Клаэрию, велела отдать ар’сэт Сердце, зная, что мы вновь украдем его и сбежим, что это приведет нас именно сюда! – Шеонна вцепилась в руки Шейна, подняв на него блестящие от слез глаза. – Она знала, что мы окажемся именно здесь, что я случайно замечу вьерк и узнаю его. Я просто не могла не узнать: Кассия так часто показывала мне его, рассказывала о свойствах, что на время этот цветок даже являлся мне во снах… – Она перевела взгляд на меня, и тревога тугим узлом свернулась в моем животе. – Она специально вела нас именно сюда. А значит, это еще не конец. Мы еще не в безопасности…

Кровь отлила от моего лица, и даже Эспер оказался бессилен перед этим страхом. Потому что всецело его разделял.

Это еще не конец.

Мы все еще, будто костяные пешки, стояли на чужой игровой доске в ожидании, когда легкая призрачная рука смахнет нас на пол и разменяет на спасение мира, который не имел для меня никакого значения. Опасность всё еще нависала над нашими головами, но я не замечала ее, позволив себе утратить бдительность за толстыми стенами Пика.

– Эй, ребята, – вдруг окликнул нас Муирн, и его голос задрожал, – предлагаю уезжать, да поскорее!

Высунувшись из кабины, дракончик указал лапой на дорогу впереди: улицу затянул серебристый, сияющий в ночи туман. Он стремительно расползался, и под его покровом бурлил черный плотный дым.

Испуганный крик застрял в моем горле. Арий потянул меня обратно в карету, Шейн и Шеонна запрыгнули следом. Муирн что-то спешно корябал на полу под сиденьем. Эсса захлопнула дверь и постучала кучеру:

– Трогай! Эй! – Карета осталась неподвижной. Девушка выглянула в узкое окошко за спиной и севшим голосом выдавила: – Никого нет…

Я испуганно вжалась в спинку кресла, и Арий притянул меня к себе. Эспер ощетинился у моих ног. Туман с липким треском ударил в стекло и просочился в щель под дверью.

Последним, прежде чем ослепнуть от белизны тумана, я увидела, как Муирн притянул к себе брыкающегося Эспера и вспыхнувшее золотым светом кольцо криво нацарапанных рун отрезало их от всепожирающей дымки.

Глава 17

Мутные, словно затянутые бельмами глаза, зеркала взирали на меня с бесконечной усталостью. С нашей последней встречи время отнеслось к ним безжалостно: его прикосновение оставило на посеребренных рамах черный след, искусную резьбу надгрызли трещины, и лишь золото все еще пыталось сиять под слоем похожей на пепел пыли. Одно зеркало, будто хромая старуха, припало на надломленную ножку и облокотилось на своего соседа. Тишина пушистой шалью стелилась сквозь лабиринт, и впервые я не ощущала страха, оказавшись в его узких коридорах. Это место больше не стремилось меня поглотить, а Тьма, что когда-то скалилась за спиной, теперь мягко льнула к моим плечам и согревала шею своим дыханием, будто пытаясь спрятать в своих объятиях.

Но от кого?

Преодолевая звон в ушах, я уперлась руками в черный, покрытый сажей пол и с трудом села – ноги отказывались подчиняться.

– Мне жаль, что ты не успела сбежать, – вдруг раздался тихий голос, будто ветер, проникший сквозь трещину в старой раме. – Я